Библиотека. Исследователям Катынского дела.

 

 

МИНИСТЕРСТВО ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ДОКУМЕНТЫ
ВНЕШНЕЙ
ПОЛИТИКИ
1940-22 ИЮНЯ 1941
МОСКВА
«МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ»
1995

ТОМ ДВАДЦАТЬ ТРЕТИЙ
КНИГА ПЕРВАЯ

СОДЕРЖАНИЕ

Предисловие

1. Беседа Генерального секретаря ЦК ВКП(б) И. В. Сталина с послом по особым поручениям, главным экономическим экспертом МИД Германии К. Риттером в Кремле 1939 г. в ночь с 31 декабря на 1 января 1940 г.

2. Соболезнование Советского правительства правительству Турецкой Республики. 1 января 1940 г.

3. Телеграмма поверенного в делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанда в НКИД СССР. 3 января 1940 г.

4. Письмо полномочного представителя СССР в Болгарии А. И. Лаврентьева заместителю наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозову. 3 января 1940 г.

5. Прием В. М. Молотовым главы торговой делегации Царства Болгария, Д. Божилова. 4 января 1940 г.

6. Договор о торговле и мореплавании между Союзом Советских Социалистических Республик Болгарией. 5 января 1940 г.

7. Телеграмма первого заместителя наркома иностранных дел СССР В. П. Потемкина Поверенному в делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанду. 5 января 1940 г.

8. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 7 января 1940 г.

9. Беседа поверенного в делах СССР в Королевстве Афганистан С. П. Сычева с послом Ирана Афганистане Сохейли. 8 января 1940 г.

10. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Китайской Республики в СССР Ян Цзе. 8 января 1940 г.

11. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР В. П. Потемкина с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 9 января 1940 г.

12. Телеграмма полномочного представителя СССР в Китайской Республике А. С. Панюшкина наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 9 января 1940 г.

13. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрии Н. И. Шаронова с посланником Югославии в Венгрии С. Рашичем. 11 января 1940 г.

14. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Турецкой Республики СССР А. Актаем. 11 января 1940 г.

15. Телеграмма поверенного в делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанда в НКИД СССР. 13 января 1940 г.

16. К советско-венгерским отношениям. 14 января 1940 г.

17. В Наркоминделе СССР. 15 января 1940 г.

18. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова с посланником Словакии в Венгрии Спижьяком. 15 января 1940 г.

19. Телеграмма первого заместителя наркома иностранных дел СССР В. П. Потемкина поверенному делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанду. 16 января 1940 г.

20. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Румыния СССР Г. Давидеску. 17 января 1940 г.

21. Опровержение ТАСС. 18 января 1940 г.

22. Телеграмма поверенного в делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанда в НКИД СССР. 18 января 1940 г.

23. В Наркоминделе СССР. 20 января 1940 г.

24. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского с послом Японии СССР С. Того. 21 января 1940 г.

25. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР В. П. Потемкина с послом США в СССР Л. Штейнгардтом. 21 января 1940 г.

26. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 25 января 1940 г.

27. Письмо полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 26 января 1940 г.

28. Опровержение ТАСС. 29 января 1940 г.

29. Беседа Генерального секретаря ЦК ВКП (б) И. В. Сталина с послом по особым поручениям главным экономическим экспертом МИД Германии К. Риттером в Кремле. 29 января 1940 г.

30. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламентским заместителем министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 30 января 1940 г.

31. Телеграмма полномочного представителя СССР в Японии К. А. Сметанина в НКИД СССР. 30 января 1940 г.

32. Беседа полномочного представителя СССР в Китайской Республике А. С. Панюшкина с членом палаты общин парламента Великобритании Р. Криппсом. 31 января 1940 г.

33. Совместное коммюнике Смешанной комиссии по уточнению границы между Монгольской Народной Республикой и Маньчжоу-Го в районе недавнего конфликта. 1 февраля 1940 г.

34. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с Послом США в СССР Л. Штейнгардтом. 1 февраля 1940 г.

35. Беседа полномочного представителя СССР в Китайской Республике А. С. Панюшкина с председателем Законодательного юаня Китайской Республики Сунь Фо. 2 февраля 1940 г.

36. Сообщение ТАСС. 5 февраля 1940 г.

37. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом по особым поручениям, главным экономическим экспертом МИД Германии К. Риттером в Кремле. 5 февраля 1940 г.

38. Беседа Генерального секретаря ЦК ВКП(б) И. В. Сталина с послом по особым поручениям, главным экономическим экспертом МИД Германии К. Риттером в Кремле. 8 февраля 1940 г.

39. Беседа секретаря полпредства СССР в Германии В. Н. Павлова с германскими представителями. 9 февраля 1940 г.

40. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова полномочному представителя СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлову. 9 февраля 1940 г.

41. Хозяйственное соглашение между Союзом Советских Социалистических Республик и Германией. 11 февраля 1940 г.

42. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 12 февраля 1940 г.

43. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова с министром иностранных дел Венгрии И. Чаки. 13 февраля 1940 г.

44. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламентским заместителем министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 16 февраля 1940 г.

45. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с членом палаты общин парламента Великобритании Р. Криппсом. 16 февраля 1940 г.

46. Из политического письма полпредства СССР В США наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 17 февраля 1940 г.

47. Опровержение ТАСС. 20 февраля 1940 г.

48. Беседа временного поверенного в делах СССР в Королевстве Греция М. Г. Сергеева с заведующим информационным отделом МИД Греции Пападакисом. 21 февраля 1940 г.

49. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР Великобритании И. М. Майскому. 21 февраля 1940 г.

50. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламентским заместителем Министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 22 февраля 1940 г.

51. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР В. П. Потемкина с посланником Царства Болгарии в СССР Т. Христовым. 22 февраля 1940 г.

52. Опровержение ТАСС. 24 февраля 1940 г.

53. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламентским заместителем министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 24 февраля 1940 г.

54. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева первому заместителю наркома иностранных дел СССР В П. Потемкину. 24 февраля 1940 г.

55. Телеграмма поверенного в делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанда в НКИД СССР. 25 февраля 1940 г.

56. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова с Послом Королевства Афганистан в СССР С. А. Ханом. 27 февраля 1940 г.

57. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР Великобритании И. М. Майскому. 27 февраля 1940 г.

58. Из дневника полномочного представителя СССР в Китайской Республике А. С. Панюшкина. 29 февраля 1940 г.

59. Письмо полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева первому заместителю наркома иностранных дел СССР В. П. Потемкину. 29 февраля 1940 г.

60. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Турецкой Республики СССР А. Актаем. 2 марта 1940 г.

61. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 3 марта 1940 г.

62. Беседа 1-го советника полпредства СССР в Германии М. Г. Тихомирова с представителем ВВС Германии М. Ф. Кляйсом. 4 марта 1940 г.

63. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламент ским заместителем министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 4 марта 1940 г.

64. Телеграмма полномочного представителя СССР в Иране М. Е. Филимонова в НКИД СССР. 4 марта 1940 г.

65. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского полномочному представителю СССР в США К. А. Уманскому. 4 марта 1940 г.

66. Сообщение Центральной Смешанной СССР и Германии пограничной комиссии. 5 марта 1940 г.

67. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 5 марта 1940 г.

68. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 5 марта 1940 г.

69. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 6 марта 1940 г.

70. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом США в СССР Л. Штейнрардтом. 8 марта 1940 г.

71. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 11 марта 1940 г.

72. Телеграмма поверенного в делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанда в НКИД СССР. 11 марта 1940 г.

73. Мирный договор между Союзом Советских Социалистических Республик и Финляндской Республикой. 12 марта 1940 г.

74. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова с посланником США в Венгрии Д. Монтгомери. 12 марта 1940 г.

75. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 12 марта 1940 г.

76. Письмо полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева заместителю наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозову. 13 марта 1940 г.

77. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 14 марта 1940 г.

78. Из дневника полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева. 15 марта 1940 г.

79. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Литовской Республики СССР Л. Наткевичаусом. 16 марта 1940 г.

80. Телеграмма полномочного представителя СССР в Царстве Болгария А. И, Лаврентьева в НКИД СССР. 16 марта 1940 г.

81. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 17 марта 1940 г.

82. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламентским заместителем министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 18 марта 1940 г.

83. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 18 марта 1940 г.

84. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 19 марта 1940 г.

85. Телеграмма полномочного представителя СССР в Турецкой Республике А. В. Терентьева в НКИД СССР. 19 марта 1940 г.

86. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР Японии К. А. Сметанину. 19 марта 1940 г.

87. Опровержение ТАСС. 20 марта 1940 г.

88. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с уполномоченными правительства Финляндской Республики Ю. Паасикиви и Т. Вайонмаа. 20 марта 1940 г.

89. Телеграмма наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова полномочному представителю СССР во Французской Республике Я. 3. Сурицу. 20 марта 1940 г.

90. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлова по сланником Германии в Афганистане X. Пильгером. 21 марта 1940 г.

91. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с правительственной делегацией Финляндской Республики. 21 марта 1940 г.

92. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Королевства Афганистан СССР C. А. Ханом. 23 марта 1940 г.

93. От ТАСС. 24 марта 1940 г.

94. Договор торговле и мореплавании между Союзом Советских Социалистических Республик Ираном. 25 марта 1940 г.

95. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Швеция СССР П. Ассарссоном. 25 марта 1940 г.

96. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Норвегия СССР Э. Масенгом. 25 марта 1940 г.

97. Беседа 1-го секретаря полпредства СССР в Германии В. Н. Павлова с берлинским корреспон дентом югославской газеты «Политика» Радуловичем. 26 марта 1940 г.

98. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 26 марта 1940 г.

99. В Наркоминделе СССР. 27 марта 1940 г.

100. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И.М . Майского с министром иностранных дел Великобритании Э. Гали факсом. 27 марта 1940 г.

101. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского с послом США в СССР Л. Штейнгардтом. 27 марта 1940 г.

102. Беседа наркома судостроения, руководителя торговой делегации в Германии И. Ф. Тевосяна с начальником штаба ВВС Германии, генеральным директором управления авиастроения генералом Э. Удетом. 28 марта 1940 г.

103. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского полномочному представителю СССР в США К. А. Уманскому. 28 марта 1940 г.

104. Беседа наркома судостроения, руководителя торговой делегации в Германии И. Ф. Тевосяна с командующим ВВС, министром авиации Германии рейхсмаршалом Г. Герингом. 29 марта 1940 г.

105. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 1 апреля 1940 г.

106. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Румыния в СССР Г. Давидеску. 2 апреля 1940 г.

107. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 3 апреля 1940 г.

108. Из дневника полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева. 4 апреля 1940 г.

109. Беседа наркома внешней торговли А. И. Микояна с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 5 апреля 1940 г.

110. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 5 апреля 1940 г.

111. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлова в НКИД СССР. 6 апреля 1940 г.

112. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова полномочному представителю СССР в Королевстве Иран М. Е. Филимонову. 6 апреля 1940 г.

113. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 9 апреля 1940 г.

114. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Румыния в СССР Г. Давидеску. 9 апреля 1940 г.

115. Телеграмма наркома судостроительной промышленности, главы торговой делегации СССР в Германии И. Ф. Тевосяна в политбюро ЦК ВКП(б) из Берлина. 12 апреля 1940 г.

116. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 13 апреля 1940 г.

117. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в США К. А. Уманскому. 13 апреля 1940 г.

118. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР для Кеменова и Щеглова. 15 апреля 1940 г.

119. Беседа полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева с посланником Литовской Республики в Германии К. Скирпой. 19 апреля 1940 г.

120. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с министром иностранных дел Великобритании Э. Галифаксом. 19 апреля 1940 г.

121. Опровержение ТАСС. 20 апреля 1940 г.

122. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Швеция в СССР П. Ассарссоном. 20 апреля 1940 г.

123. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 20 апреля 1940 г.

124. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 20 апреля 1940 г.

125. Беседа наркома внешней торговли А. И. Микояна с Советником посольства Германии в СССР Г. Хильгером. 21 апреля 1940 г.

126. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова с министром торговли и промышленности Югославии И. Андресом. 26 апреля 1940 г.

127. Из дневника полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева. 26 апреля 1940 г.

128. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 26 апреля 1940 г.

129. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с представителем правительства Китайской Республики генералом Хэ Яоцзу. 28 апреля 1940 г.

130. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом США в СССР Л. А. Штейнгардтом. 28 апреля 1940 г.

131. Беседа полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева с представителями деловых кругов Германии X. Ионасом и X. Ашенбреннером. 29 апреля 1940 г.

132. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с министром иностранных дел Великобритании Э. Галифаксом. 29 апреля 1940 г.

133. Телеграмма поверенного в делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанда в НКИД СССР. 29 апреля 1940 г.

134. Опровержение ТАСС. 1 мая 1940 г.

135. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова поверенному в делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанду. 1 мая 1940 г.

136. Опровержение ТАСС. 4 мая 1940 г.

137. Из дневника полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева. 4 мая 1940 г.

138. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 5 мая 1940 г.

139. Беседа временного поверенного в делах СССР в Королевстве Греция М. Г. Сергеева с посланником Венгрии в Греции Де Великсом. 7 мая 1940 г.

140. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 9 мая 1940 г.

141. Опровержение ТАСС. 10 мая 1940 г.

142. Прием В. М. Молотовым министра просвещения Словацкой Республики Йозефа Сивака. 10 мая 1940 г.

143. Беседа поверенного в делах СССР в Королевстве Дания И. Ф. Власова с советником миссии Германии в Дании Г. Хензелем. 10 мая 1940 г.

144. Из дневника полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского. 10 мая 1940 г.

145. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 10 мая 1940 г.

146. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 10 мая 1940 г.

147. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 10 мая 1940 г.

148. Договор о торговле и мореплавании между Союзом Советских Социалистических Республик и Королевством Югославия. 11 мая 1940 г.

149. Беседа полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского с министром земледелия США Г. Уоллесом. 13 мая 1940 г.

150. Прием В. М. Молотовым главы торговой делегации Королевства Швеция Г. X. Эриксона ... 16 мая 1940 г.

151. Беседа полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева с посланником Латвийской Республики в Германии Э. Кревиньшем. 16 мая 1940 г.

152. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Дания в СССР Л. Больт-Йоргенсеном. 17 мая 1940 г.

153. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 17 мая 1940 г.

154. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с министром иностранных дел Великобритании Э. Галифаксом. 20 мая 1940 г.

155. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Великобритании И. М. Майскому. 21 мая 1940 г.

156. Сообщение ТАСС. К вопросу о предварительных переговорах между СССР и Англией о торговых отношениях. 22 мая 1940 г.

157. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с министром иностранных дел Великобритании Э. Галифаксом. 22 мая 1940 г.

158. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С. Того. 23 мая 1940 г.

159. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 23 мая 1940 г.

160. Телеграмма поверенного в делах СССР в Королевстве Румыния П. Г. Куколева заместителю наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозову. 24 мая 1940 г.

161. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 25 мая 1940 г.

162. Из дневника полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева. 28 мая 1940 г.

163. Сообщение ТАСС. 30 мая 1940 г.

164. Беседа атташе полпредства СССР в Королевстве Венгрия Н. А. Чемоданова с корреспондентом американского агентства Юнайтед Пресс X. Г. Горрелом. 30 мая 1940 г.

165. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлова в НКИД СССР. 30 мая 1940 г.

166. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с поверенным в делах Великобритании в СССР Д. X. Ружегелем. 31 мая 1940 г.

167. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с временным поверенным в делах США в СССР У. Гарстоном. 31 мая 1940 г.

168. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом и представителем правительства Германии Президентом Германского Красного Креста Л. Саксен-Кобург-Гота. 31 мая 1940 г.

169. Беседа полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева с послом по особым поручениям правительства Германии К. Риттером. 1—4 июня 1940 г.

170. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Румыния в СССР Г. Давидеску. 1 июня 1940 г.

171. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С. Того. 1 июня 1940 г.

172. Из телеграммы полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 1 июня 1940 г.

173. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Великобритании И. М. Майскому. 1 июня 1940 г.

174. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова поверенному в делах СССР в Королевстве Румыния П. Г. Куколеву. 2 июня 1940 г.

175. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Норвегия в СССР Э. Масенгом. 3 июня 1940 г.

176. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Турецкой Республики в СССР А. Г. Актаем. 3 июня 1940 г.

177. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С. Того. 3 июня 1940 г.

178. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 3 июня 1940 г.

179. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Турецкой Республике А. В. Терентьеву. 3 июня 1940 г.

180. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с поверенным в делах Великобритании в СССР Д. X. ле Ружетелем. 4 июня 1940 г.

181. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с поверенным в делах Французской Республики в СССР Ж. Пайяром. 4 июня 1940 г.

182. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского поверенному в делах СССР во Французской Республике Н. Н. Иванову. 5 июня 1940 г.

183. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 6 июня 1940 г.

184. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова с посланником Королевства Венгрия в СССР И. Криштоффи. 7 июня 1940 г.

185. Из дневника 1-го советника полпредства СССР в Германии М. Г. Тихомирова. 7 июня 1940 г.

186. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С. Того. 7 июня 1940 г.

187. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова полномочному представителю СССР в Королевстве Афганистан К.А.Михайлову. 7 июня 1940 г.

188. Соглашение между Союзом Советских Социалистических Республик и Японией. 9 июня 1940 г.

189. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С. Того. 9 июня 1940 г.

190. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Китайской Республики в СССР Шао Лицзы. 9 июня 1940 г.

191. Сообщение ТАСС. 10 июня 1940 г.

192. Беседа заведующего 1-м Дальневосточным отделом НКИД СССР Г. Ф. Резанова с поверенным в делах Китайской Республики в СССР Чжан Датанем. 10 июня 1940 г.

193. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламентским заместителем министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 10 июня 1940 г.

194. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова с министром иностранных дел Венгрии И. Чаки. 11 июня 1940 г.

195. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлова в НКИД СССР. 11 июня 1940 г.

196. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова поверенному в делах СССР в Королевстве Румыния П. Г. Куколеву. 11 июня 1940 г.

197. Телеграмма временного поверенного в делах СССР в Королевстве Греция М. Г. Сергеева в НКИД СССР. 12 июня 1940 г.

198. Из дневника советника полпредства СССР в Японии Я. А. Малика. 12 июня 1940 г.

199. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова с советником посольства Германии в СССР В. Типпельскирхом. 13 июня 1940 г.

200. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Королевства Италия в СССР А. Россо. 13 июня 1940 г.

201. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Французской Республики в СССР Э. Лабояном. 14 июня 1940 г.

202. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 14 июня 1940 г.

203. Сообщение ТАСС. 15 июня 1940 г.

204. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Латвийской Республики в СССР Ф. Коциньшем. 16 июня 1940 г.

205. Беседа наркома иностранных дел СССР В, М. Молотова с посланником Эстонской Республики в СССР А. Реем. 16 июня 1940 г.

206. Сообщение ТАСС. 17 июня 1940 г.

207. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С. Того. 17 июня 1940 г.

208. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 17 июня 1940 г.

209. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Италия Н. В. Горелкина в НКИД СССР. 18 июня 1940 г.

210. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Королевства Италия А. Россо. 20 июня 1940 г.

211. Телеграмма полномочного представителя СССР в Турецкой Республике А. В. Терентьева в НКИД СССР. 20 июня 1940 г.

212. Беседа начальника отдела внешних сношений наркомата обороны СССР полковника Г. И. Осетрова с военным атташе посольства Германии в СССР генерал-лейтенантом Э. Кестрингом. 21 июня 1940 г.

213. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Италия Н. В. Горелкина. 22 июня 1940 г.

214. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 22 июня 1940 г.

215. Сообщение ТАСС. 23 июня 1940 г.

216. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Финляндской Республики в СССР Ю. Паасикиви. 23 июня 1940 г.

217. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 23 июня 1940 г.

218. Телеграмма полномочного представителя СССР в Царстве Болгария А. А. Лаврищева в НКИД СССР. 23 июня 1940 г.

219. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьеву. 23 июня 1940 г.

220. Сообщение ТАСС. 24 июня 1940 г.

221. Обмен письмами в связи с установлением дипломатических отношений между СССР и Королевством Югославия. 24 июня 1940 г.

222. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Иран М. Е. Филимонова в НКИД СССР. 24 июня 1940 г.

223. Телеграмма полномочного представителя СССР в Турецкой Республике А. В. Терентьева в НКИД СССР. 24 июня 1940 г.

224. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Королевства Италия в СССР А. Россо. 25 июня 1940 г.

225. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 25 июня 1940 г.

226. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 26 июня 1940 г.

227. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Италия Н. В. Горелкина наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 26 июня 1940 г.

228. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Финляндской Республики СССР Ю. Паасикиви. 27 июня 1940 г.

229. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Румыния СССР Г. Давидеску. 27 июня 1940 г.

230. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР Королевстве Италия Н. В. Горелкину. 27 июня 1940 г.

231. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова полномочному представителю СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлову. 27 июня 1940 г.

232. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР Королевстве Румыния А. И. Лаврентьеву. 27 июня 1940 г.

233. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлова НКИД СССР. 28 июня 1940 г.

234. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева в НКИД СССР. 28 июня 1940 г.

235. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 28 июня 1940 г.

236. Телеграмма наркома иностранных дел В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьеву. 28 июня 1940 г.

237. Коммюнике о подписании торгового договора между СССР и Финляндской Республикой. 29 июня 1940 г.

238. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Румыния СССР Г. Давидеску. 29 июня 1940 г.

239. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С. Того. июля 1940 г.

240. Беседа Генерального секретаря ЦК ВКП(б) И. В. Сталина с послом Великобритании в СССР Р. Криппсом в Кремле. 1 июля 1940 г.

241. Прием В. М. Молотовым главы торговой делегации Королевства Дания чрезвычайного посланника и полномочного министра Г. Гасле. 2 июля 1940 г.

242. Беседа наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова с послом Японии в СССР C. Того. 1 июля 1940 г.

243. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Финляндской Республики СССР Ю. Паасикиви. 3 июля 1940 г.

244. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 3—4 июля 1940 г.

245. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 4 июля 1940 г.

246. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 4 июля 1940 г.

247. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР Королевстве Италия Н. В. Горелкину. 4 июля 1940 г.

248. Прием В. М. Молотовым вице-министра иностранных дел Королевства Швеция Э. Богемана. 5 июля 1940 г.

249. Беседа генерального секретаря НКИД СССР А. А. Соболева с советником посольства Германии в СССР В. Типпельскирхом. 5 июля 1940 г.

250. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева в НКИД СССР. 5 июля 1940 г.

251. Телеграмма наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова полномочному представителю СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронову. 5 июля 1940 г.

252. Беседы полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова с министром иностранных дел Венгрии И. Чаки и Адорьяном. 6—8 июля 1940 г.

253. Из дневника советника полпредства СССР в Германии А. 3. Кобулова. 6 июля 1940 г.

254. Телеграмма полномочного представителя СССР в Турецкой Республике А. В. Терентьева в НКИД СССР. 6 июля 1940 г.

255. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 8 июля 1940 г.

256. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева. 9 июля 1940 г.

257. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского с посланником Королевства Югославия в СССР М. Гавриловичем. 9 июля 1940 г.

258. Телеграмма полномочного представителя СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградова в НКИД СССР. 10 июля 1940 г.

259. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 11 июля 1940 г.

260. Беседа генерального секретаря НКИД в СССР 11 июля 1940 г. 427 A. А. Соболева с советником посольства Германии в СССР В. Типпельскирхом. 11 июля 1940 г.

261. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с послом Турции в Румынии X. Танриовером. 12 июля 1940 г.

262. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского временному поверенному в делах СССР в Турецкой Республике C. А. Виноградову. 12 июля 1940 г.

263. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 12 июля 1940 г.

264. Беседа наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 13 июля 1940 г.

265. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 13 июля 1940 г.

266. Телеграмма и.о. заведующего 3-им Дальневосточным отделом НКИД СССР Г. П. Латышева полномочному представителю СССР в МНР И. А. Иванову. 13 июля 1940 г.

267. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского полномочному представителю СССР в Королевстве Иран М. Е. Филимонову. 13 июля 1940 г.

268. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Германии А. А. Шкварцеву. 13 июля 1940 г.

269. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с послом Югославии в Румынии А. Авакумовичем. 16 июля 1940 г.

270. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 17 июля. 1940 г.

271. Беседа полномочного представителя СССР в Китайской Республике А. С. Панюшкина с Председателем Исполнительного юаня Китая маршалом Чан Кайши. 18 июля 1940 г.

272. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Королевстве Италия Н. В. Горелкину. 18 июля 1940 г.

273. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с послом Турции в Румынии X. Танриовером. 19 июля 1940 г.

274. Письмо полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 19 июля 1940 г.

275. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с посланником Италии в Румынии П. Гиджи. 22 июля 1940 г.

276. Беседа полномочного представителя СССР в Китайской Республике А. С. Панюшкина с заместителем начальника генштаба Китая маршалом Бай Чжунси. 22 июля 1940 г.

277. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова, наркома внешней торговли СССР A. И. Микояна поверенному в делах СССР во Французской Республике Н. Н. Иванову. 22 июля 1940 г.

278. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с поверенным в делах Великобритании в Румынии Р. Хенки... 23 июля 1940 г.

279. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского с послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 23 июля 1940 г.

280. Телеграмма поверенного в делах СССР во Французской Республике Н. Н. Иванова в НКИД СССР. 23 июля 1940 г.

281. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского полномочному представителю СССР в Великобритании И. М. Майскому. 23 июля 1940 г.

282. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Италия Н. В. Горелкина. 24 июля 1940 г.

283. Беседа наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова с уполномоченным германского правительства по переселению Вернером Лоренцом. 24 июля 1940 г.

284. Беседа наркома внешней торговли А. И. Микояна с потом Королевства Италия в СССР А. Россо. 27 июля 1940 г.

285. Из телеграммы полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 27 июля 1940 г.

286. В Наркоминделе СССР. 28 июля 1940 г.

287. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с поверенным в делах Великобритании в Румынии Р. Хенки. 29 июля 1940 г.

288. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 29 июля 1940 г.

289. Беседа заведующего 1 Дальневосточным отделом НКИД СССР Г. Ф. Резанова с советником посольства Китайской Республики в СССР Лю Цзэжуном. 31 июля 1940 г.

290. Письмо полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова заместителю наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозову. 31 июля 1940 г.

291. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 31 июля 1940 г.

292. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в США К. А. Уманскому. 31 июля 1940 г.

293. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 1 августа 1940 г.

294. Закон Союза Советских Социалистических Республик. 2 августа 1940 г.

295. Закон Союза Советских Социалистических Республик. 2 августа 1940 г.

296. Телеграмма поверенного в делах СССР в Царстве Болгария А. А. Лаврищева в НКИД СССР. 2 августа 1940 г.

297. Закон Союза Советских Социалистических Республик. 3 августа 1940 г.

298. Беседа полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова с люблинским литератором Видмаром. 3 августа 1940 г.

299. Телеграмма полномочного представителя СССР. Королевстве Афганистан К. А. Михайлова в НКИД СССР. 4 августа 1940 г.

300. Закон Союза Советских Социалистических Республик. 5 августа 1940 г.

301. Беседа наркома иностранных дел СССР В.М. Молотова с посланником Королевства Румыния в СССР Г. Давидеску. 5 августа 1940 г.

302. Закон Союза Советских Социалистических Республик. 6 августа 1940 г.

303. Обмен нотами между наркоматом внешней торговли СССР и посольством США в СССР. 6 августа 1940 г.

304. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова с посланником Югославии в Венгрии Светозаром Рашичем. 6 августа 1940 г.

305. Беседа полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова с посланником Болгарии в Югославии Стоилом Стоиловым. 6 августа 1940 г.

306. Беседа Полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова с посланником Греции в Югославии Розетта. 6 августа 1940 г.

307. Беседа наркома внешней торговли СССР A. И. Микояна с послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 6 августа 1940 г.

308. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А, А. Шкварцева наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 6 августа 1940 г.

309. Телеграмма наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова полномочному представителю СССР в США К. А. Уманскому. 6 августа 1940 г.

310. Беседа полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова с посланником США в Югославии А. Лайном. 7 августа 1940 г.

311. Беседа наркома иностранных дел СССР, В. М. Молотова с послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 7 августа 1940 г.

312. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова "полномочному представителю СССР в Германии А. А. Шкварцеву. 8 августа 1940 г.

313. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 8 августа 1940 г.

314. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с министром иностранных дел Румынии М. Манойлеску. 9 августа 1940 г.

315. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Турецкой Республики в СССР А. Г. Актаем. 9 августа 1940 г.

316. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Швеции в СССР П. Вильгельмом Г. Ассарссоном. 10 августа 1940 г.

317. Из дневника полномочного представителя СССР 12 августа— в Японии К. А. Сметанина. 10 сентября 1940 г.

318. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова поверенному в делах СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградову. 13 августа 1940 г.

319. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлова в НКИД СССР. 14 августа 1940 г.

320. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 14 августа 1940 г.

321. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьеву. 14 августа 1940 г.

322. Из дневника полномочного представителя СССР в Царстве Болгария А. А. Лаврищева. 15 августа 1940 г.

323. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева -с министром иностранных дел Румынии М. Манойлеску. 15 августа 1940 г.

324. Письмо полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И: Шаронова заместителю наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозову. до 15 августа 1940 г.

325. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 16 августа 1940 г.

326. Письмо полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова заместителю наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозову. 17 августа 1940 г.

327. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с Генеральным секретарем МИД Румынии Григорчеа. 17 августа 1940 г.

328. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 17 августа 1940 г.

329. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с министром иностранных дел Румынии М. Манойлеску. 19 августа 1940 г.

330. Из дневника полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева . 19 августа 1940 г.

331. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с вице-министром иностранных дел Королевства Швеция Э. Богеманом. 19 августа 1940 г.

332. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в США К. А. Уманскому. 20 августа 1940 г.

333. Беседа полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова с поверенным в делах Дании в Югославии Миреером. 21 августа 1940 г.

334. Беседа наркома внешней торговли СССР A. И. Микояна с Послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 22 августа 1940 г.

335. Беседа наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 23 августа 1940 г.

336. Телеграмма наркома иностранных дел СССР, В. М. Молотова полномочному представителю СССР и МНР И. А. Иванову. 23 августа 1940 г.

337. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 24 августа 1940 г.

338. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 24 августа 1940 г.

339. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в, Великобритании И. М. Майскому. 25 августа 1940 г.

340. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с министром иностранных дел Королевства Румыния М. Манойлеску. 26 августа 1940 г.

341. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского с временным поверенным в делах США в СССР У. Тирстоном. 26 августа 1940 г.

342. Телеграмма полномочного представителя СССР в Царстве Болгария А. А. Лавришева наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 26 августа 1940 г.

343. Коммюнике. 27 августа 1940 г.

344. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф.Шуленбургом. 29 августа 1940 г.

345. В Наркоминделе СССР. 30 августа 1940 г.

346. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Финляндской Республики в СССР Ю. Паасикиви. 30 августа 1940 г.

347. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С. Того. 30 августа 1940 г.

348. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 31 августа 1940 г.

349. Беседа полномочного представителя СССР, в Королевстве Югославия В. А. Плотникова с министром иностранных дел Югославии А. Цинцар-Мирковичем. 2 сентября 1940 г.

350. Беседа наркома внешней торговли СССР А. И. Микояна с завсекгором восточноевропейских стран отдела экономической политики МИД Германии, главой делегации в СССР К. Шнурре. 2 сентября 1940 г.

351. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 2 сентября 1940 г.

352. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 2 сентября 1940 г.

353. Сообщение ТАСС. 3 сентября 1940 г.

354. Договор о торговле и мореплавании между Союзом Советских Социалистических Республик и Королевством Венгрия. 3 сентября 1940 г.

355. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлова с посланником Афганистана в Германии А. Н. Ханом. 3 сентября 1940 г.

356. Телеграмма временного поверенного в делах СССР в Королевстве Греция М. Г. Сергеева в НКИД СССР. 3 сентября 1940 г.

357. Телеграмма поверенного в делах СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградова наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 4 сентября 1940 г.

358. Телеграмма полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 4 сентября 1940 г.

359. Соглашение между правительством Союза Советских Социалистических Республик и правительством Германии об эвакуации лиц немецкой национальности с территории Бессарабии и Северной Буковины на территорию Германии. 5 сентября 1940 г.

360. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С.Того. 5 сентября 1940 г.

361. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Германии А. А. Шкварцеву. 6 сентября 1940 г.

362. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского поверенному в делах СССР во Французском государстве Н. Н. Иванову. 6 сентября 1940 г.

363. Указ Президиума Верховного Совета СССР. 7 сентября 1940 г.

364. Сообщение ТАСС. 7 сентября 1940 г.

365. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Японии К. А. Сметанину. 7 сентября 1940 г.

366. Беседа полномочного представителя СССР в Германии. А. А. Шкварцева со статс-секретарем МИД Германии Э. Вайцзекером. 9 сентября 1940 г.

367. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР, Ф. Шуленбургом. 9 сентября 1940 г.

368. Беседа полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова с посланником Венгрии в Югославии Бакач-Бессения . 10 сентября 1940 г.

369. Из дневника советника полпредства СССР в Германии А. 3. Кобулова. 10 сентября 1940 г.

370. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Румыния в СССР Г. Гафенку. 10 сентября 1940 г.

371. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Царства Болгария в СССР И. Стаменовым. 10 сентября 1940 г.

372. В Наркоминделе СССР. 11 сентября 1940 г.

373. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 12 сентября 1940 г.

374. В Наркоминделе СССР 13 сентября 1940 г.

375. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева. 13 сентября 1940 г.

376. Телеграмма поверенного в делах СССР во Французском государстве Н. Н. Иванова наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 13 сентября 1940 г.

377. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 13 сентября 1940 г.

378. Сообщение ТАСС. 14 сентября 1940 г.

379. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 14 сентября 1940 г.

380. Телеграмма поверенного в делах СССР во Французском государстве Н. Н. Иванова в НКИД СССР. 14 сентября 1940 г.

381. Телеграмма представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 14 сентября 1940 г.

382. Телеграмма поверенного в делах СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградова в НКИД СССР. 14 сентября 1940 г.

383. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева. 16 сентября 1940 г.

384. Беседа Полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова с заведующим экономическим отделом МИД Венгрии А. Оппаваром 16 сентября 1940 г.

385. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Германии А. А. Шкварцеву. 16 сентября 1940 г.

386. Прием наркомом иностранных дел СССР В. М. Молотовым министра общественных работ Королевства Дания Г. Ларсена. 18 сентября 1940 г.

387. Телеграмма первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского полномочному представителю СССР в Царстве Болгария А. А. Лаврищеву. 18 сентября 1940 г.

388. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьеву. 18 сентября 1940 г.

389. Беседа полномочного представителя СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградова с послом Югославии в Турции Ильей Шуменковичем. 19 сентября 1940 г.

390. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова полномочному представителю СССР в Королевстве Румыния A. И. Лаврентьеву. 19 сентября 1940 г.

391. Беседа 1-го Советника полпредства СССР в Германии М. Г. Тихомирова с поверенным в делах США в Германии А. Керком. 20 сентября 1940 г.

392. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 20 сентября 1940 г.

393. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 21 сентября 1940 г.

394. Беседа наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 21 сентября 1940 г.

395. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 21 сентября 1940 г.

396. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева в НКИД СССР. 24 сентября 1940 г.

397. Опровержение ТАСС. 25 сентября 1940 г.

398. Из дневника полномочного представителя СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградова. 25 сентября 1940 г.

399. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в США К. А. Уманскому. 25 сентября 1940 г.

400. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 25 сентября 1940 г.

401. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 25 сентября 1940 г.

402. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с поверенным в делах Германии в СССР В. Типпельскирхом. 26 сентября 1940 г.

403. Телеграмма поверенного в делах СССР во Французском государстве Н. Н. Иванова в НКИД СССР. 26 сентября 1940 г.

404. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Финляндской Республики в СССР Ю. Паасикиви. 27 сентября 1940 г.

405. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 27 сентября 1940 г.

406. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в США К. А. Уманскому. 27 сентября 1940 г.

407. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева. 28 сентября 1940 г.

408. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 28 сентября 1940 г.

409. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьеву. 28 сентября 1940 г.

410. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева. 30 сентября 1940 г.

411. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Финляндской Республики в СССР Ю. Паасикиви. 30 сентября 1940 г.

412. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского с послом Китайской Республики в СССР Шао Лицзы. 1 октября 1940 г.

413. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева. 1 октября 1940 г.

414. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР Сигенори Того. 1 октября 1940 г.

415. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 1 октября 1940 г.

416. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламентским заместителем министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 3 октября 1940 г.

417. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с временным поверенным в делах Германии СССР В. Типпельскирхом. 4 октября 1940 г.

418. Коммюнике о подписании Соглашения о железнодорожном сообщении между СССР и Германией. 5 октября 1940 г.

419. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Великобритании И. М. Майскому. 6 октября 1940 г.

420. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламентским заместителем министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 7 октября 1940 г.

421. Телеграмма поверенного в делах СССР во Французском государстве Н. Н. Иванова в НКИД СССР. 7 октября 1940 г.

422. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 7 октября 1940 г.

423. Письмо заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова полномочному представителю СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникову. 9 октября 1940 г.

424. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Финляндской Республики в СССР Ю. Паасикиви. 9 октября 1940 г.

425. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 9 октября 1940 г.

426. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева в НКИД СССР. 10 октября 1940 г.

427. Телеграмма полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова в НКИД СССР. 10 октября 1940 г.

428. Телеграмма поверенного в делах СССР во Французском государстве Н. Н. Иванова в НКИД СССР. 10 октября 1940 г.

429. Соглашение СССР и Финляндии об Аландских островах. 11 октября 1940 г.

430. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Швеция в СССР П. Ассарссоном. 11 октября 1940 г.

431. Телеграмма поверенного в делах СССР во Французском государстве Н. Н. Иванова в НКИД СССР. 11 октября 1940 г.

432. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Германии А. А. Шкварцеву. 11 октября 1940 г.

433. Телеграмма полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова в НКИД СССР. 12 октября 1940 г.

434. Телеграмма полномочного представителя СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградова в НКИД СССР. 12 октября 1940 г.

435. Телеграмма полномочного представителя СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградова в НКИД СССР. 12 октября 1940 г.

436. Из дневника полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева. 14 октября 1940 г.

437. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Италия Н. В. Горелкина в НКИД СССР. 15 октября 1940 г.

438. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 15 октября 1940 г.

439. Сообщение ТАСС. 16 октября 1940 г.

440. Сообщение Центральной смешанной пограничной комиссии СССР и Финляндии. 16 октября 1940 г.

441. Послание Генерального секретаря ЦК ВКП(б) И. В. Сталина Главнокомандующему вооруженными силами Китайской Республики, Предсе дателю Исполкома партии Гоминдан Чан Кайши. 16 октября 1940 г.

442. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 16 октября 1940 г.

443. Беседа полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова с посланником США в Югославии Артуром Блисс Лайном . 17 октября 1940 г.

444. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с Послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 17 октября 1940 г.

445. Беседа наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова с послом Японии в СССР C. Того. 17 октября 1940 г.

446. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 17 октября 1940 г.

447. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с министром иностранных дел Великобритании Э. Галифаксом. 17 октября 1940 г.

448. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с послом Китайской Республики в СССР Шао Лицзы. 17 октября 1940 г.

449. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградову. 17 октября 1940 г.

450. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникову. 17 октября 1940 г.

451. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева. 18 октября 1940 г.

452. Телеграмма первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского полномочному представителю СССР в Великобритании И. М. Майскому. 18 октября 1940 г.

453. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 18 октября 1940 г.

454. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову, копия: Микояну. 18 октября 1940 г.

455. Сообщение ТАСС. 19 октября 1940 г.

456. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с Послом Германии в СССР Ф.Шуленбургом. 19 октября 1940 г.

457. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР . 19 октября 1940 г.

458. Послание Генерального секретаря ЦК ВКП(б) И. В. Сталина министру иностранных дел Германии И. Риббентропу. 21 октября 1940 г.

459. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф.Шуленбургом. 21 октября 1940 г.

460. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с послом Великобритании СССР Р. Криппсом. 22 октября 1940 г.

461. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СCCP в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронову. 22 октября 1940 г.

462. Беседы Атташе полпредства СССР в Югославском Королевстве В. Сахарова с заведующим отделом печати МИД Югославии Стевановичем. 23 и 25 октября 1940 г.

463. Телеграмма полномочного представителя СССР. США К. А. Уманского наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 24 октября 1940 г.

464. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с посланником Югославского Королевства в СССР М. Гавриловичем . 25 октября 1940 г.

465. Коммюнике об организации Единой Дунайской комиссии. 26 октября 1940 г.

466. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 26 октября 1940 г.

467. Телеграмма первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского полномочному представителю СССР в Германии A. А. Шкварцеву. 26 октября 1940 г.

468. Телеграмма наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова полномочному представителю СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградову. 26 октября 1940 г.

469. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 28 октября 1940 г.

470. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с послом США в СССР Л. Штейнгардтом. 29 октября 1940 г.

471. Телеграмма полномочного представителя СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградова в НКИД СССР. 29 октября 1940 г.

472. Беседа полномочного представителя СССР в Китайской Республике А. С. Панюшкина с заместителем начальника Генштаба Вооруженных сил Китайской Республики маршалом Бай Чжунси. 31 октября 1940 г.

 

 

ПРЕДИСЛОВИЕ

XXIII том серийной публикации «Документы внешней политики» охватывает период с 1 января 1940 г. по 22 июня 1941 г. Он включает наиболее значительные документы, отражающие внешнеполитическую деятельность советского государства в условиях уже развернувшейся второй мировой войны и перед нападением нацистской Германии на Советский Союз. В этот острейший период советское руководство, продолжая официально объявленный в сентябре 1939 года курс нейтралитета в европейском конфликте, принимало активные политические, дипломатические, военные, экономические и другие меры, направленные на обеспечение безопасности страны на западных, восточных и южных границах, укрепление ее обороноспособности с учетом все более явственно надвигавшейся военной опасности.

Сборник состоит в основном из не публиковавшихся ранее документов Архива внешней политики Российской Федерации МИД РФ, а также включает ряд важнейших документов из Архива Президента Российской Федерации.

Собранные вместе с некоторыми ранее опубликованными, но с течением времени ставшими малодоступными материалами, документы тома дают возможность объективного и углубленного анализа взаимоотношений СССР как с крупными мировыми державами, так и с малыми странами, способствуют раскрытию исторической правды о начальном периоде второй мировой войны, проливают дополнительный свет на предысторию Великой Отечественной войны.

В сборнике представлены некоторые идеологизированные документы, без которых трудно представить политическую обстановку того времени. Вместе с тем документы откровенно пропагандистского характера, как правило, в сборник не включаются. Не являются предметом данной публикации документы и материалы по международной деятельности ВКП(б).

Правила публикации и оформления документов указаны в предисловии к XXII тому данной серии.

Включенные документы в подавляющем большинстве публикуются полностью. Обязательно оговариваются немногочисленные случаи, когда часть документа опускается как не имеющая отношения к внешней политике. Сохраняются имеющиеся пометки и резолюции. Тексты доку-

5

 


ментов печатаются по современной орфографии. В примечаниях используются документы, по тем или иным причинам не вошедшие в том, а также материалы из иностранных публикаций.

* * *

Настоящий том выходит в двух книгах. Первая включает документы за январь — октябрь 1940 года, вторая — за ноябрь 1940 года — 22 июня 1941 г., а также примечания и весь справочный аппарат.

Сборник подготовили сотрудники Историко-документального департамента МИД России: канд. юр. наук О. Ф. Сакун, В. Н. Баврин, И. М. Субботина, Е. Б. Тогулева.

Помощь при подготовке сборника оказали сотрудники Архива внешней политики Российской Федерации: Е. В. Белевич, Т. С. Бирюлева, Н. М. Баринова, И. В. Фетисов, а также ответственный сотрудник Архива Президента Российской Федерации В. А. Лебедев.

 

 

1. БЕСЕДА ГЕНЕРАЛЬНОГО СЕКРЕТАРЯ ЦК ВКП(б) И. В. СТАЛИНА С ПОСЛОМ ПО ОСОБЫМ ПОРУЧЕНИЯМ, ГЛАВНЫМ ЭКОНОМИЧЕСКИМ ЭКСПЕРТОМ МИД ГЕРМАНИИ К. РИТТЕРОМ

В ночь с 31 декабря 1939 г. на 1 января 1940 г.*

Особая папка

Риттер заявляет, что он будет касаться только крупных вопросов. Его интересует поставка железа и железной руды, связанная с большими поставками в Советский Союз оборудования, которое содержит очень много металлов. В начале немецкая сторона просила 4 млн. тонн железной руды и 0,5 миллиона тонн лома. Далее выяснилось, что металла потребуется в связи с большими заказами очень много, во всяком случае больше, чем предусматривалось ранее. Советская сторона заявила нам 3 миллиона тонн железной руды с содержанием 38,42% железа. Это содержание железа не удовлетворит немецкую сторону.

Риттер просит поставить полтора миллиона тонн железной руды с 50% содержанием железа. Кроме того, 200 тыс. тонн чугуна и 200 тыс. тонн лома. Он заявляет, что поставляемые железо и чугун будут возвращены обратно Советскому Союзу готовыми изделиями**.

Тов. Сталин отвечает, что советская сторона не может выполнить требования немцев, т. к. наша металлургия не имеет техники обогащения руды и советская промышленность потребляет сама всю железную руду с высоким содержанием железа. Через год советская сторона, может быть, будет иметь возможность поставить железную руду с большим содержанием железа, но в 1940 году этой возможности не имеется. Немецкая сторона имеет хорошую обогатительную технику железной руды и может потреблять железную руду с содержанием 18% железа. Что касается лома и чугуна, то в отношении количества он ничего не может сказать. Во всяком случае, Советский Союз поможет немецкой стороне, что в его силах.

___________________
* На беседе присутствовали: с советской стороны — Председатель Совнаркома и нарком иностранных дел СССР В. М. Молотов, наркомы А. И. Микоян и И. Ф. Тевосян, торгпред СССР в Германии Е. И. Бабарин; с немецкой стороны — посол Германии в СССР Ф. В. Шуленбург, посланник К. Ю. Шнурре, советник Г. Хильгер.
** Зачеркнуто в тексте оригинала «в станках».

7

 


Далее тов. Сталин заявляет, что он не думает сделать торговый оборот простым коммерческим оборотом, он думает о помощи. В этом легко убедиться. Советская сторона, продавая хлеб Германии, безусловно оказывает помощь, т. к. этот же хлеб можно было бы продать вне Германии на золото. Он рассчитывает на то, что немцы ответят такой же помощью. Если немецкой стороне тяжело поставить то количество морской артиллерии, которое желает советская сторона, то он готов сократить его. Он согласен заказать 3 башни по 2 15-дюймовых орудия вместо 14 башен. Далее, у немцев имеется 11-дюймовая артиллерия, она стоит на всех карманных линкорах. Советская сторона хочет получить 3 башни по 3 пушки этого калибра. Если немцы согласны помочь Советскому Союзу освоить эту артиллерию, советская сторона больше ничего не требует. Далее он говорит о том, что советская сторона согласна вместо 12 башен заказать 4 башни по 36-дюймовых орудия. Советская сторона также желает купить чертежи на 16-дюймовую пушку. Это считалось бы также помощью Советскому Союзу.

Эти сокращенные требования советской стороны сильно облегчат поставку немцев.

Далее тов. Сталин заявляет, что немцы готовы поставить советской стороне один крейсер, это он считает за помощь.

Тов. Микоян указывает на то, что Германия может поставить также второй крейсер.

Тов. Сталин говорит, что он не хочет настаивать на втором, т. к. Германия находится в состоянии войны.

Далее тов. Сталин говорит о том, что советская сторона желает купить у Германии способ обогащения руды — методы Лурги и Ренн. Ему известно, что эти методы проданы японцам, он считает возможным продажу их Советскому Союзу. Затем он заявляет, что Германия могла бы свободно продать Советскому Союзу два перископа и 3—4 аккумулятора для подводных лодок, которые необходимы Советскому Союзу для улучшения своего производства.

Риттер отвечает, что морская артиллерия никогда не отказывалась, разговор велся только о сроках поставки. После заявления Сталина он будет убеждать свое правительство сделать все возможное. Он не может дать обещания, но лично убежден, что Германское правительство пойдет навстречу.

Тов. Сталин говорит о том, что советская сторона хотела бы получить морскую артиллерию в 1940 году.

Риттер заявляет, что на изготовление башен пойдет 3 года.

Тов. Сталин говорит, что 3 года потребуется вместе с проектированием, но поскольку Германия уже имеет готовые проекты и высокую технику, то он считает достаточным 1,5 года. Конструировать немецкой стороне придется только 16-дюймовую пушку, но мы просим лишь ее проекты, а не в изготовленном виде. 3 года советскую сторону никак не устраивают, так как через это время Советский Союз, по-видимому, будет строить сам.

Риттер говорит, что один крейсер «Лютцев» будет поставлен безусловно. Второй крейсер «Зейдлиц» может быть поставлен при условии оплаты его медью, никелем, оловом, золотом.

Далее он останавливается на станках. Немецкая сторона, говорит он, изъявила согласие поставить на 200 млн. марок предметов вооружения. Что же касается снарядных станков, то сейчас Германия не может их поставить, т. к. сама в них нуждается.

8

 


Шнурре добавляет, что, тем не менее, из 54 млн. марок немецкая сторона согласилась поставить станков на 7 млн. марок.

Тов. Тевосян отвечает, что в этих 7 млн. марок нет станков фирмы «Хассе Вреде».

Шнурре говорит, что эта фирма не может изготовлять заказы для Советского Союза, т. к. выполняет военную программу.

Тов. Тевосян говорит, что советская сторона согласна изготовлять орудийные станки по чертежам фирмы «Хассе Вреде» на других фирмах.

Шнурре просит учесть военную обстановку в Германии.

Тов. Сталин говорит, что несколько станков при такой богатой промышленности ничего не стоит поставить.

Риттер обещает еще раз поставить этот вопрос в Берлине. В отношении авиации Риттер признается в завышенных оценках стоимости ее, но указывает, что в оценку вошли также лицензии.

Тов. Сталин говорит, что, возможно, советская сторона будет копировать самолеты, но, прежде чем копировать, нужно посмотреть, что они из себя представляют, и за те, которые будут копироваться, советская сторона готова оплатить лицензии.

Далее Риттер заявляет, что немецкая сторона согласна продать методы обогащения руды способом Лурги и Ренн. Что касается перископов, то они находятся все на учете в связи с войной.

Тов. Микоян указывает, что Цейсс имеет большие возможности для поставки перископов.

Тов. Сталин говорит, что несколько перископов можно всегда поставить, не нанося ущерба своим военным силам.

Риттер обещает поставить этот вопрос еще раз в Берлине.

Далее Риттер обещает удовлетворить желание советской стороны в закупке аккумуляторов. Затем он еще раз настаивает на поставке железной руды с содержанием 50% железа. Он говорит, что не просит твердого обещания, но хочет знать, может ли немецкая сторона рассчитывать на поставку руды с большим содержанием железа в 1941 году.

Тов. Сталин отвечает на это утвердительно.

Далее тов. Сталин заявляет, что советская сторона готова поставить хромистую руду в количестве 100 тыс. тонн в 1940 году. В следующем году советская сторона может поставить в больших количествах, но сейчас это сделать невозможно.

Риттер благодарит за это и ставит вопрос об организации складов для цветных металлов в Германии на изготовление советских заказов.

Тов. Сталин возражает против организации таких складов в чужом государстве по двум причинам: во-первых, создание складов потребует какого-то контроля за использованием этих металлов со стороны фирм, он же не хочет влезать в дела фирм; во-вторых, создание складов на территории Германии будет известно воюющим странам, в том числе и Англии, которая может препятствовать Советскому Союзу закупать эти металлы в третьих странах для Германии.

Риттер настаивает на организации этих складов для обеспечения быстрого выполнения советских заказов.

Тов. Сталин возражает против этого и говорит, что мы можем уже сейчас немного продать из своих запасов цветных металлов, а дальше будем закупать в третьих странах. Уже в этом году мы можем поставить 1,5 тыс. тонн никеля.

Далее тов. Сталин говорит, что Советский Союз и Германия должны

9

 


реализовать содержание письма Молотова к Риббентропу*. В этом письме цифр не имеется, теперь их следует уточнить и занести в договор. В этом договоре должны фигурировать количество, сроки поставки. Сумма советских и германских поставок должна балансироваться. В договоре можно указать, что Советский Союз покупает для Германии цветные металлы в третьих странах, также можно указать, что Советский Союз может продать немного меди, никеля, несколько сот [тонн] олова немедленно. Озаглавить договор можно так: «Торговый Договор на 1940 год».

Далее тов. Сталин говорит, что Советский Союз располагает большими запасами железной руды на Кольском полуострове, но для развития добычи не хватает экскаваторов, бурильных машин и др [угого] оборудования. Если немецкая сторона даст эту технику, то можно добывать железную руду в больших количествах. То же касается добычи меди и никеля в СССР. В Актюбинске имеются залежи хромовой руды.

Риттер отвечает, что немецкая сторона охотно примет предложения советской стороны о технической помощи в поставке экскаваторов, бурильных машин, и он видит возможность произвести уплату за это оборудование цветными металлами, которые будут добываться. Он хотел бы после заключения договора приступить к практическому осуществлению этой идеи.

Далее Риттер возражает против сбалансирования советских и германских поставок ежеквартально, что предусматривается в советском проекте договора. Он говорит, что германские поставки должны производиться в продолжительное время.

Тов. Сталин говорит, что Советская сторона не обязалась давать Германии кредита. Факт же немедленной поставки сырья Германии и продолжительное время для поставки оборудования в СССР из Германии означает на деле кредит. Он говорит, что наше соглашение не должно быть кредитным соглашением. Поэтому советская сторона сегодня сократила поставки, чтобы они могли закончиться со стороны Германии в течение года.

Риттер говорит о том, что он не хотел предложить ничего нового. Он ссылается только на письма между Молотовым и Риббентропом. Что касается сокращения заказов со стороны Советского Союза из Германии, то оно произошло ввиду того, что стоимость советских заказов и германских поставок была не эквивалентна.

Тов. Сталин говорит, что это не так. Советский Союз мог бы разницу между советскими и германскими заказами оплатить золотом. Поэтому он настаивает: сколько Германия даст, столько и получит.

Шуленбург высказывает опасение, что при такой постановке вопроса может приостановиться поставка зерна и нефти.

Тов. Сталин заявляет, что иначе сделать нельзя. Здесь в первую очередь играет [роль] товарообмен, и не может быть такого положения, чтобы Советский Союз поставил на 500 млн. марок, а Германия — на 400 млн. марок.

Риттер соглашается выравнивать баланс не ежеквартально, а к концу года, т. к. германские поставки будут сосредоточены или в конце или в первом квартале следующего года.

Тов. Сталин заявляет, что баланс должен всегда осуществляться и выравниваться минимум через полгода.

___________________
* См. Документы внешней политики. 1939 год.— М., 1992.— Т. XXII.— Кн. 2.— Док. 645 (далее Документы...).

10

 


После ухода немецкой делегации тов. Сталин высказал мысль, что в связи с продолжительностью немецких поставок договор лучше заключить на полтора года.

Записал Бавария.

Архив Президента Российской Федерации (далее Архив Президента РФ), ф. 45, on. 1, д. 198, л. 1—8.

 

 

2. СОБОЛЕЗНОВАНИЕ СОВЕТСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА ТУРЕЦКОМУ ПРАВИТЕЛЬСТВУ

1 января 1940 г.

Сегодня (1 января) Полпред СССР в Турции тов. Терентьев посетил министра иностранных дел Сараджоглу и выразил Турецкому правительству от имени Советского правительства соболезнование в связи с катастрофой, постигшей восточные районы Турции[1].

Известия. — 1940.3 января

 

 

3. ТЕЛЕГРАММА ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИТАЛИЯ Л. Б. ГЕЛЬФАНДА В НКИД СССР

3 января 1940 г. Немедленно

Политический директор МИД Бути, которого видел сегодня, выражал частным образом сожаление по поводу недальновидности Италии в советском вопросе. Бути в общем не отрицал, что усиленная антибольшевистская агитация и подчеркивание расхождений с Берлином по советскому вопросу используются Римом как прикрытие более глубоких антигерманских и профранко-английских маневров. Бути считает, что в этой последней части Италия проявляет опасную поспешность. Никаких шансов на мир в Европе, несмотря на все усилия Рима и Ватикана, сейчас нет. Итало-германские отношения ухудшаются. Париж же и Лондон также должного доверия к Риму не проявляют. В советском вопросе Италия зашла дальше Англии и Франции, что может быть ей только невыгодно и вредно. В этой связи Бути упомянул о каком-то заявлении Россо, мотивирующем его отъезд из Москвы. Я, естественно, о содержании этого заявления Бути не расспрашивал и не показал вида, что впервые о нем слышу. Прошу Вас информировать меня о демарше Россо[2].

Из всех итальянских газет только «Мессажеро» сообщает об отъезде Россо, редактируя заметку весьма двусмысленно, в духе не временного, а окончательного отъезда.

Гельфанд

АВП РФ, ф. 059, on. 1. п. 329, д. 2266, л. 5—6.

11

 


 

 

4. ПИСЬМО ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ЦАРСТВЕ БОЛГАРИЯ А. И. ЛАВРЕНТЬЕВА ЗАМЕСТИТЕЛЮ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. Г. ДЕКАНОЗОВУ

3 января 1940 г.

Некоторые страны наряду с дипломатическими акциями пытаются укрепить свое влияние в Болгарии через заключение культурных конвенций.

Культурные конвенции заключены Болгарией с Францией, Италией и предполагается заключение аналогичной конвенции с Германией. Кроме того, в Софии недавно учрежден английский институт культуры. Во время первой встречи с Кьосеивановым последний высказался о возможности заключения культурной конвенции между Болгарией и СССР. В одну из последних встреч я попросил Кьосеиванова детализировать его высказывания по этому поводу. Тогда он предложил мне связаться с министром просвещения Филовым, что я и сделал. При встрече Филов дал понять, что болгарское правительство в принципе не возражает против заключения культурной конвенции между СССР и Болгарией, но уже предупредительно заметил, что нецелесообразно в конвенцию включать пункт о создании русских школ в Болгарии, как это предусмотрено другими конвенциями в отношении французских и итальянских школ.

Замечу от себя, что личные наблюдения за внутренней жизнью Болгарии свидетельствуют о громадных симпатиях болгарского народа к Советскому Союзу, к советской культуре*. Эти симпатии проявляются в самых разнообразных формах:

а) В Болгарии ежедневно расходится 9—10 тыс. экземпляров советской газеты «Известия».

б) 26 советских фильмов демонстрируются сейчас в кинотеатрах разных городов Болгарии. Советские фильмы — самые популярные фильмы в стране. Публика встречает их восторженно. Каждый фильм бывает на экране в одном театре 2—3 недели, а некоторые и больше, например, «Парад молодости» демонстрировался в Софии 7 недель.

в) Советская оперетта «Свадьба в Малиновке», освещающая эпизод из гражданской войны в нашей стране, пользуется громадным успехом, несмотря на то, что она поставлена софийским театром хуже, чем московскими, как по музыкальному, так и художественному исполнению.

Заключение культурной конвенции сыграет большую роль в деле дальнейшего роста симпатий болгарского народа к Советскому Союзу, в деле усиления нашего влияния в Болгарии и противопоставления его влиянию других стран. Поэтому заключение культурной конвенции между СССР и Болгарией является весьма целесообразным, а настоящий момент самым подходящим и выгодным для этого дела.

В конвенции можно было бы предусмотреть следующие формы культурной связи:

1) В области науки:

а) Установление связи между советской и болгарской Академиями наук. Установление связи между советскими университетами и Софий-

___________________
* См. также Документы внешней политики. 1939 год.— Т. XXII.— Кн. 2.—

Док. 904.

12

 


ским университетом. Обмен научными трудами. Взаимные визиты ученых. Эпизодический обмен лекциями советских и болгарских ученых.

б) Можно предусмотреть, если согласятся болгары, в известных пределах подготовку болгарских инженерно-технических кадров в СССР. До сих пор в самой Болгарии не готовились технические кадры, а болгарские инженеры получали образование за границей, главным образом в Германии. Сейчас есть решение создать технический факультет при Софийском университете. Надо полагать, что на кафедры этого факультета будут приглашены иностранцы, вероятнее всего немцы. При заключении культурной конвенции можно было бы сделать попытку предложить наших преподавателей для чтения специальных курсов на техническом факультете.

2. В области кинематографии и искусства:

а) Распространение советских кинофильмов в Болгарии. В этом направлении имеются большие возможности, т. к. в Болгарии нет своей кинопромышленности.

б) Постановка советских пьес, опер и оперетт в болгарских театрах.

в) Обмен гастрольными выступлениями московских и софийских театров.

г) Специальные радиопередачи.

д) Обмен художественными и фотовыставками.

3. В области литературы и языка:

а) Регулярный обмен литературой и периодическими изданиями.

б) Перевод отдельных произведений художественной литературы с русского языка на болгарский и с болгарского на русский.

в) Организация курсов русского языка в Болгарии. Подготовительная работа к открытию таких курсов ведется сейчас советско-болгарским содружеством в Софии.

4. В области спорта:

Спортивные соревнования, состязания.

Все это, разумеется, лишь наметки, не исчерпывающие многообразия форм культурной связи, которые могут быть конкретизированы при составлении культурной конвенции.

Прошу незамедлительно сообщить Ваши указания как о принципиальных возможностях заключения культурной конвенции, так и о ее содержании и о порядке переговоров.

Прилагаю болгаро-итальянскую и болгаро-французскую культурные конвенции.

Полпред СССР в Болгарии А. Лаврентьев

АВП РФ, ф. 074, on. 25, п. 109, д. 22, л. 1—4.

 

 

5. ПРИЕМ В. М. МОЛОТОВЫМ ГЛАВЫ ТОРГОВОЙ ДЕЛЕГАЦИИ ЦАРСТВА БОЛГАРИЯ Д. БОЖИЛОВА

4 января 1940 г.

Вчера, 4 января, Председатель Совета Народных Комиссаров СССР и Нарком иностранных дел тов. В. М. Молотов принял главу болгарской торговой делегации министра финансов Болгарии г-на Божилова[3].

13

 


На приеме присутствовали болгарский посланник в Москве г. Антонов и заместитель Наркома иностранных дел тов. В. Г. Деканозов.

Известия. — 1940.—5 января.

 

 

6. ДОГОВОР О ТОРГОВЛЕ И МОРЕПЛАВАНИИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И БОЛГАРИЕЙ

[5 января 1940 г.]

Союз Советских Социалистических Республик, с одной стороны, и Болгария, с другой стороны, одушевленные желанием укрепить дружественные отношения и содействовать развитию экономических отношений между обеими странами и их народами, решили заключить настоящий Договор о торговле и мореплавании[4] и назначили для этой цели своими Уполномоченными —

Президиум Верховного Совета Союза Советских Социалистических Республик:

Анастаса Ивановича Микояна, Народного Комиссара Внешней Торговли Союза ССР;

Его Величество Борис III, Царь болгар:

Господина Добри Божилова, Министра Финансов Болгарии,

которые после обмена своими полномочиями, найдя их в должной форме и в надлежащем порядке, согласились о следующих постановлениях.

Статья I

Произведения почвы и промышленности одной из Договаривающихся Сторон, при ввозе их на территорию другой Договаривающейся Стороны, не будут облагаться пошлинами или сборами, а также налогами, включая все дополнительные сборы и надбавки, иными или более высокими, чем те, которые взимаются или будут взиматься с произведений почвы и промышленности какого бы то ни было третьего государства.

Промышленные изделия, изготовленные на территории одной из Договаривающихся Сторон путем обработки материалов иностранного происхождения, в том числе и зарегистрированных в порядке временного допуска, будут равным образом считаться промышленными изделиями этой Договаривающейся Стороны. При этом, однако, условлено, что промышленные изделия, изготовленные путем обработки материалов иностранного происхождения, будут считаться промышленными изделиями Договаривающихся Сторон лишь в том случае, если в результате обработки или улучшения они существенно изменятся или значительно изменится их ценность. Починка, переупаковка, простая очистка и т. п. не будут считаться такой обработкой или улучшением.

При вывозе произведений почвы и промышленности из территории одной из Договаривающихся Сторон на территорию другой Договаривающейся Стороны не будут взиматься пошлины или сборы, иные или более высокие, чем те, которые взимаются или будут взиматься при вывозе тех же предметов в наиболее благоприятствуемое в этом отношении государство.

Что касается таможенных правил и их применения, исследования

14

 


и анализа ввозимых товаров, условий уплаты сборов и пошлин, а также пользования таможенными и другими складами общего пользования, каждая из Договаривающихся Сторон обязуется не подвергать ввоз и вывоз другой Договаривающейся Стороны менее благоприятному режиму, чем применяемый ею к любому третьему государству.

Обе Договаривающиеся Стороны оставляют за собой право требовать представления свидетельств о происхождении ввозимых на их территорию товаров; Договаривающиеся Стороны будут уведомлять друг друга о том, какие учреждения имеют право выдавать такие свидетельства о происхождении. Эти свидетельства освобождаются от консульской визы.

Статья II

Произведения почвы и промышленности одной из Договаривающихся Сторон, после провоза их транспортом через территорию одного или несколькихтретьих государств, не будут при ввозе на территорию другой Договаривающейся Стороны облагаться пошлинами или сборами более высокими, чем те, которыми они были обложены, если бы ввозились непосредственно из страны своего происхождения. Эти постановления применяются как в отношении товаров, перевозимых прямо, так и после перегрузки, переупаковки или помещения на складах.

Статья III

Обе Договаривающиеся Стороны сохраняют за собой право — по соображениям государственной безопасности, общественного порядка, здравоохранения, защиты животных и растений, обеспечения сохранности предметов искусства, археологических и исторических ценностей — устанавливать в любой момент запрещения или ограничения в отношении ввоза и вывоза, если такие запрещения или ограничения будут одинаково применяться при подобных обстоятельствах к любому третьему государству.

Статья IV

Внутренние сборы, которыми на территории одной из Договаривающихся Сторон облагаются или будут облагаться производство, обработка, обращение или потребление какого-либо товара, независимо от того, от чьего бы имени и в чей бы счет такие сборы ни взимались, не будут ни при каких обстоятельствах применяться к товарам другой Договаривающейся Стороны в больших размерах или более обременительным способом, чем к товарам наиболее благоприятствуемого государства.

Статья V

Суда каждой из Договаривающихся Сторон и их грузы, независимо от происхождения, будут пользоваться в портах другой Стороны при входе, выходе иво время пребывания в них режимом наибольшего благоприятствования как в отношении пошлин и сборов всякого рода (каковы бы ни были их наименование и характер), взимаемых от имени и в пользу государства, муниципалитетов, корпораций, публичных властей, должностных лиц, концессионеров или различных учрежде-

15

 


ний, так и в отношении причаливания судов, предоставления им мест погрузки и разгрузки в портах, рейдах, заливах, устьях рек, бассейнах, а равно всех формальностей и распоряжений — административных, таможенных и других, которым должны будут подчиняться суда и их экипажи.

Сборы, не относящиеся к мореплаванию, не могут взиматься с судов другой Договаривающейся Стороны, даже если такими сборами облагаются собственные суда в стране взимания сборов, поскольку о взимании их не будет достигнуто соглашение между обеими Договаривающимися Сторонами.

Статья VI

Граждане и юридические лица каждой из Договаривающихся Сторон, а также Торговое Представительство Союза ССР в Болгарии (ст. XIX) будут иметь право, на тех же условиях и уплачивая те же сборы, как граждане и юридические лица наиболее благоприятствуемого государства, пользоваться морскими каналами, шлюзами, паромами, мостами и подвижными мостами, устройствами, местами погрузки и разгрузки, сигналами и огнями, служащими для обозначения судоходных вод, лоцманскими услугами, подъемными кранами, складами и хранилищами, верфями, доками и ремонтными мастерскими, поскольку эти места, устройства, установки или предприятия предназначены для общего пользования. При этом условлено, что за исключением маячного и лоцманского сборов не будет взиматься никаких сборов, если указанные места, устройства, установки или предприятия в действительности не были использованы.

Статья VII

Суда каждой из Договаривающихся Сторон могут переходить из одного порта другой Стороны в другой или в другие порты той же Стороны либо для разгрузки всего или части своего груза, привезенного из-за границы, либо для комплектования и пополнения своего груза, предназначенного за границу.

Болгарские суда могут грузить или дополнять свой груз в одном из портов Союза ССР при направлении в какой-либо другой порт Союза ССР, расположенный на другом море.

Суда Союза ССР, заходящие в какой-либо болгарский порт, и, равным образом, болгарские суда, заходящие в какой-либо порт Союза ССР только для погрузки и выгрузки части их груза, будут вправе, с соблюдением законов и постановлений другой Договаривающейся Стороны, оставлять на судне ту часть груза, которая предназначена для другого порта того же или иного государства, и вывозить эту часть груза обратно, не платя за нее никаких таможенных пошлин и сборов, кроме сборов по надзору, и притом в размере не свыше установленного для судов Стороны, взимающей сбор.

С разрешения и под надзором надлежащих властей прямые перегрузки грузов с одного судна на другое могут производиться без какого-либо промежуточного складирования на судне или на берегу и без уплаты каких-либо сборов или пошлин, кроме сборов по надзору в размере не свыше установленного для судов Стороны, взимающей сбор.

16

 


Статья VIII

От уплаты морских пошлин и сборов в портах Договаривающихся Сторон освобождаются:

1)   суда, которые, переходя из какого-либо порта одной из Сторон в другой или другие порты той же Стороны, удостоверят, что упомянутые пошлины и сборы уже уплачены ими в полной мере в первом порту той же Стороны, причем должны быть соблюдены законы и постановления относительно сроков действия уплат и других условий освобождения от новых уплат;

2) суда, которые вошли в порт с грузом добровольно или вынужденно и вышли из порта, не произведя никаких коммерческих операций.

Эти льготы не относятся к маячным сборам, к лоцманским услугам, к буксировке, карантину и к другим сборам, взимаемым за все судно при его обслуживании, а также к сборам за пользование установленными в интересах движения устройствами, взимаемым также с местных судов и с судов наиболее благоприятствуемого государства.

В случаях вынужденного захода в порт для ремонта судна разгрузка и последующая погрузка грузов на то же или на другое судно, если первое не может плавать, закупка необходимого провианта для экипажа, топлива и смазочных материалов для судна и продажа испорченных товаров с разрешения таможенных властей не будут считаться коммерческими операциями.

Статья IX

Болгарские государственные учреждения и предприятия, юридические лица и граждане Болгарии будут иметь право помещать в портах Союза. ССР на Черном и Азовском морях, равно как и в портах, имеющих доступ к указанным морям, в таможенные склады, а также в таможенные открытые и закрытые помещения товары болгарского происхождения.

Равным образом государственные учреждения и предприятия Союза ССР, Торговое Представительство Союза ССР в Болгарии, юридические лица и граждане Союза ССР будут иметь право помещать в портах Болгарии, равно как и в портах, имеющих доступ к морю, в таможенные склады, а также в таможенные открытые и закрытые помещения товары происхождения из Союза ССР.

Такие товары могут оставаться в указанных складах или помещениях в течение 6 месяцев, считая со дня их складирования, без уплаты каких бы то ни было таможенных пошлин, сборов или других налогов. В течение указанного периода товары, которые не будут проданы с соблюдением в Союзе ССР законов и постановлений о монополии внешней торговли и других соответствующих законов, а в Болгарии — болгарских законов и постановлений, могут быть снова вывезены без оплаты таможенными пошлинами, сборами или другими налогами. По истечении 6-месячного срока товары, которые находились бы в указанных складах или помещениях, должны быть вновь вывезены с соблюдением упомянутых выше условий.

Освобождение от таможенных пошлин и сборов или других налогов, предусмотренное в настоящей статье, не распространяется на сборы по хранению товаров, на страховые премии, на погрузочные и перевалочные сборы, а также на оплату услуг.

Под указанными в первых двух абзацах настоящей статьи порта-

17

 


ми, имеющими доступ к морю, понимаются порты, которые, будучи расположены на реке, посещаются морскими торговыми судами.

Статья Х

Правительство Союза ССР соглашается не считать нарушением постановлений о государственной монополии внешней торговли и, следовательно, будет облегчать доставку и погрузку в портах Союза ССР на болгарские суда провианта, предназначенного для их экипажа, а равно топливных и смазочных материалов, предназначенных для надобностей судов.

Болгарское Правительство, со своей стороны, обязуется разрешать вывоз, облегчать доставку и погрузку в болгарских портах на суда Союза ССР провианта, предназначенного для их экипажа, а равно топливных и смазочных материалов, предназначенных для надобностей судов.

Номенклатура провианта, топливных и смазочных материалов, упомянутых выше, а также количественные нормы предусматриваются в списках, подлежащих согласованию между Правительствами Договаривающихся Сторон.

Статья XI

Национальность судов будет взаимно признаваться, согласно законам и постановлениям каждой из Договаривающихся Сторон, на основании документов и патентов, находящихся на судне и выданных надлежащими властями соответствующей Стороны.

Мерительные свидетельства, выданные или признаваемые одной из Договаривающихся Сторон, будут признаваться и другой Стороной, и соответствующие суда не будут подвергаться в ее портах новому измерению тоннажа и не будут обязаны уплачивать какие бы то ни было сборы за измерение.

Суда, плавающие под флагом одной из Договаривающихся Сторон, не вправе изменять в портах другой Стороны свою национальность, если только продавец не получит предварительного разрешения на перемену флага, выданного властями Стороны, под флагом которой судно плавает.

Статья XII

В случае если бы судно, плавающее под флагом одной из Договаривающихся Сторон, село на мель или потерпело крушение у берегов другой Стороны, судно и его груз будут пользоваться теми же преимуществами и льготами, какие предоставляются другой Стороной при тех же обстоятельствах собственным судам и их грузам. При этом судну, его экипажу и грузу будет оказываться необходимая помощь и содействие.

За спасенные товары не будет уплачиваться никаких таможенных пошлин, сборов и налогов, если эти товары не предназначены для внутреннего употребления и не будут реализованы в стране, у берегов которой судно село на мель или потерпело крушение.

Статья XIII

Постановления настоящего Договора не распространяются на судо-

18

 


ходство по внутренним водным путям каждой из Договаривающихся Сторон.

При плавании по Дунаю суда Союза ССР и их грузы будут во всяком случае пользоваться в портах Болгарии правами, предусмотренными в отношении судов Союза ССР и их грузов постановлениями настоящего Договора.

Статья XIV

При наличии между учреждениями, предприятиями и гражданами обеих Договаривающихся Сторон споров, касающихся права собственности на судно или права на пользование им, независимо от времени возникновения споров — до или после заключения настоящего Договора, такие споры не могут служить поводами для репрессалий по отношению к судам Договаривающихся Сторон и к их грузам.

Статья XV

Договаривающиеся Стороны согласны применять режим наиболее благоприятствуемого государства в отношении транспорта лиц, багажа и грузов другой Стороны по железнодорожным, грунтовым и внутренним водным путям. При этом граждане каждой из Договаривающихся Сторон будут пользоваться теми же правами и льготами, которыми пользуются граждане другой Стороны, и граждане наиболее благоприятствуемого государства.

Статья XVI

Союз Советских Социалистических Республик предоставляет свободный транзит через территорию Союза ССР для грузов, следующих из Болгарии по железным дорогам через Снятии в Германию, в Балтийские и Скандинавские государства и обратно.

Болгария предоставляет Союзу Советских Социалистических Республик свободный транзит по железным дорогам Болгарии для грузов, следующих через территорию Болгарии из Союза ССР в третьи страны или из третьих стран в Союз ССР.

Грузы, следующие транзитом из территории одной из Договаривающихся Сторон через территорию другой, будут освобождаться на территории последней от каких-либо транзитных сборов независимо от того, перевозятся ли они прямым транзитом или во время транзита разгружаются, складируются и вновь грузятся.

Свободный транзит предоставляется пассажирам и их багажу при условии выполнения правил и распоряжений, действующих на территории страны, через которую транзит осуществляется.

Статья XVII

Договаривающиеся Стороны соглашаются:

а) устанавливать тарифы на перевозки пассажиров, багажа и грузов, отправляемых из территории одной Стороны на территорию другой или

следующих транзитом через территорию соответствующей Стороны, таким образом, чтобы перевозки совершались по установленным и опубликованным тарифам, применяемым к соответствующим перевозкам по тем же путям и в тех же направлениях; при этом к указанным перевоз-

19

 


кам должны применять специальные, исключительные и транзитные тарифы, действующие в стране, на территории которой или через территорию которой перевозки совершаются; во всяком случае перевозки должны производиться по наиболее низким тарифам, применяемым на том же пробеге и в том же направлении; изложенное выше в настоящем пункте не относится к льготам, которые предоставляются в благотворительных и культурных целях, а также и к льготам, предоставляемым железнодорожной администрации и служащим;

б) производить все перевозки, сопровождая их перевозочными документами установленной формы для грузов, пассажиров и багажа;

в) установить путем соглашения прямые тарифы для перевозок грузов, пассажиров и багажа между обеими странами.

Статья XVIII

Обе Договаривающиеся Стороны согласны дополнительно урегулировать путем взаимного соглашения подробности по вопросам, вытекающим из постановлений настоящего Договора в отношении торгового мореплавания, транспорта и транзита.

Статья XIX

Ввиду того, что по законам Союза Советских Социалистических Республик монополия внешней торговли принадлежит государству, составляя одну из неотъемлемых основ социалистического строя, закрепленного Конституцией Союза ССР, Союз Советских Социалистических Республик будет иметь в составе своей Миссии (Полномочного Представительства) в Болгарии Торговое Представительство, правовое положение которого определяется постановлениями, прилагаемыми к настоящему Договору; это приложение составляет неотъемлемую часть последнего.

Статья XX

Юридические лица, имеющие местом своего пребывания территорию одной из Договаривающихся Сторон и существующие согласно законам этой Стороны, будут рассматриваться как законно, существующие также и на территории другой Договаривающейся Стороны.

Граждане и юридические лица каждой из Договаривающихся Сторон будут иметь право выступать в судах другой Стороны в качестве истцов или ответчиков, пользуясь услугами адвокатов и других представителей в соответствии с законами этой Стороны, и будут иметь свободный доступ в ее суды и учреждения для защиты своих интересов.

Граждане и юридические лица каждой из Договаривающихся Сторон будут, во всяком случае, пользоваться на территории другой Стороны всеми правами и льготами, какие предоставлены или будут предоставлены гражданам и юридическим лицам любого третьего государства.

Статья XXI

Обе Договаривающиеся Стороны согласны принимать на своих верфях заказы на постройку судов для граждан, юридических лиц и государственных учреждений другой Стороны.

20

 


Относительно стоимости постройки судов и относительно других условий между заинтересованными учреждениями, организациями и лицами будут заключаться в каждом отдельном случае соответствующие договоры.

Статья XXII

В целях улучшения и повышения земледельческих культур (культурные растения) обеих Договаривающихся Сторон Союз Советских Социалистических Республик получает от Болгарии и Болгария получает от Союза ССР образцы исходного материала (семена, черенки, корневища, клубни и др.) для селекции, а также и селекционные сорта для размножения с целью введения их в земледелие обеих стран.

При торговле и обмене семенами, растениями и частями растений (черенки, луковицы, корневища, клубни, цветы и др.), равно как и при их перевозке через территории Договаривающихся Сторон, включая и перевозки транзитом, должны соблюдаться соответственные законы, постановления и распоряжения.

Статья XXIII

До заключения специальной ветеринарной конвенции каждая из Договаривающихся Сторон будет применять в отношении ввоза, вывоза и провоза животных и продуктов животноводства, происходящих из территории другой Стороны, соответственные свои законы, постановления и распоряжения.

Статья XXIV

Каждая из Договаривающихся Сторон обязуется применять в отношении ввоза, вывоза и провоза семян растений и частей растений, равно как и в отношении животных и продуктов животноводства, все льготы и преимущества, которые предоставлены или будут предоставлены наиболее благоприятствуемому государству.

Статья XXV

В отношении почтовой, телеграфной и телефонной связи между обеими Договаривающимися Сторонами будут применяться действующие договоры и соглашения и исполнительные регламенты Всемирного Почтового Союза и Международного Союза Электросвязи, поскольку обе Договаривающиеся Стороны в них участвуют и поскольку эти отношения не будут урегулированы особыми соглашениями между соответственными управлениями обеих Договаривающихся Сторон или не будут противоречить законам и распоряжениям соответствующей Стороны.

Статья XXVI

Постановления настоящего Договора не распространяются:

а) на права и преимущества, которые предоставлены или будут предоставлены каждой из Договаривающихся Сторон для облегчения пограничных сношений с соседними государствами в полосе, не превышающей 15 километров с каждой стороны границы;

б) на права и преимущества, вытекающие из таможенного союза;

21

 


в) на льготы, которые Союз ССР предоставил или предоставит в будущем Латвии, Литве и Эстонии или континентальным азиатским государствам, территории которых граничат с территорией Союза ССР;

г) на применение специальных законов и постановлений о поощрении судостроения и о сохранении, обновлении и развитии национального торгового флота;

д) на льготы и привилегии, предоставляемые водному спорту;

е) на выполнение портовых служб, включая лоцманскую проводку, буксировку, спасание и оказание помощи на морях и водах и на занятие рыболовным и зверобойным промыслом, а также на рыболовство и зверобойный промысел в территориальных водах;

ж) на каботажное судоходство;

з) на льготы, которые предоставлены или будут предоставлены в отношении занятия рыболовным и зверобойным промыслами, а также в отношении продажи продуктов этих промыслов в портах обеих Договаривающихся Сторон.

Статья XXVII

Договаривающиеся Стороны обязуются давать исполнение арбитражным решениям по спорам, возникающим из заключаемых их гражданами, организациями или учреждениями торговых сделок, если разрешение спора соответствующим арбитражем — специально для этой цели образованным или постоянно действующим — было предусмотрено в самой сделке или же в отдельном соглашении, облеченном в требуемую для самой сделки форму.

В исполнении арбитражного решения, вынесенного в соответствии с изложенным выше в настоящей статье, может быть отказано лишь в следующих случаях:

а) если арбитражное решение на основании законов той страны, в которой оно вынесено, не приобрело значения вступившего в силу окончательного решения;

б) если арбитражное решение обязывает Стороны к такому действию, которое недопустимо по законам страны, в которой испрашивается исполнение решения;

в) если арбитражное решение противоречит основным началам социально-политического строя страны, в которой испрашивается исполнение решения.

Постановления об исполнении, равно как и само исполнение арбитражных решений, будут иметь место в соответствии с законодательством Договаривающейся Стороны, дающей исполнение решения.

Статья XXVIII

Настоящий Договор заключается сроком на три года. Он вступит в силу в день обмена актами о ратификации. Обмен актами о ратификации будет произведен в возможно короткий срок в городе Софии*. Обе Договаривающиеся Стороны, однако, согласны ввести Договор временно в действие не позднее чем через месяц по его подписании,

___________________
* Ратифицирован Президиумом Верховного Совета СССР 3 февраля 1940 г. Обмен ратификационными грамотами произведен в г. Софии 13 февраля 1940 г.

22

 


причем, если обмен актами о ратификации не последует ранее, то предусмотренный выше трехлетний срок будет исчисляться со дня временного введения Договора в действие.

Договор может быть денонсирован каждою из Сторон в любое время с предупреждением за три месяца.

В случае, если не позднее трех месяцев до истечения срока действия Договора он не будет денонсирован, он останется в силе до тех пор, пока одна из Договаривающихся Сторон не денонсирует его с трехмесячным предупреждением.

В удостоверение чего поименованные выше Уполномоченные подписали настоящий Договор и приложили к нему свои печати.

Совершено в Москве в двух экземплярах, каждый на русском и болгарском языках, причем оба текста имеют одинаковую силу.

5 января 1940 года А. Микоян д. Божилов

АВП РФ, ф. За — Болгария, д. 19.

 

 

7. ТЕЛЕГРАММА ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. П. ПОТЕМКИНА ПОВЕРЕННОМУ В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИТАЛИЯ Л. Б. ГЕЛЬФАНДУ

5 января 1940 г.

Мы не считаем своевременным и целесообразным предлагаемое Вами в письме от 18 декабря за № 248* объяснение с Чиано, с обязывающими заявлениями с нашей стороны об учете Советским Союзом итальянских интересов на Балканах и в Венгрии. Нам незачем делать авансы Италии[5], тем более что, по Вашим собственным сообщениям в телеграммах № 14, 15 и 16**, само итальянское правительство начинает понимать, что для него невыгодно дальнейшее обострение отношений с Советским Союзом.

Потемкин

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 330, д. 2269, л. 1.

 

 

8. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

Разослано: т. Сталину, т. Ворошилову, т. Микояну, т. Кагановичу, т. Потемкину, т. Деканозову, т. Лозовскому, т. Шкварцеву

7 января 1940 г.

Шуленбург[6] поставил следующие вопросы: 1. О взаимном обмене консульскими представителями. Германское правительство, исходя из экономических интересов, желало бы иметь консульства в Ленинграде, Одессе, Батуми, Владивостоке, Львове.

___________________
* Предложение Л. Б. Гельфанда см. Документы.— Т. XXII.— Док. 872.
** Не публикуются.

23

 


Тов. Молотов ответил, что пожелание Германского правительства об учреждении ряда новых консульств в СССР приемлемо и в ближайшее время будет дан ответ относительно пунктов учреждения германских консульств, а также будут названы города Германии, в которых СССР желает учредить советские консульства.

2. Шуленбург просит, если возможно, дать указание военным властям не бомбардировать с воздуха принадлежащую Германии целлюлозную фабрику на берегу Ладожского озера, которая дважды уже подверглась бомбардировке.

3. На Дальнем Востоке, особенно в японских портах, застряло много германских пароходов. 11 октября 1939 года перед Наркомморфлотом был поставлен вопрос о возможности использования этими пароходами Северного морского пути в навигацию 1940 года. Было обещано этот вопрос обсудить. Однако ответа до сего времени не последовало. Шуленбург просит тов. Молотова о содействии.

Тов. Молотов обещает поинтересоваться этим вопросом.

4. Шуленбург заявляет, что между тов. Микояном и германской торговой делегацией имеются большие расхождения по вопросу выравнивания торгового баланса. Тов. Микоян требует выравнивания баланса к концу 1940 года; германская же сторона просит отсрочить германские поставки по крайней мере до 1 апреля 1941 года. Шуленбург высказывает мысль, что в письмах, которыми обменялись Риббентроп — Молотов, предусмотрено компенсирование советского сырья в более длительные сроки. По духу этих писем можно было бы, по мнению посла, предоставить Германии даже большие сроки, чем требует торговая делегация. Принимая во внимание те усилия, которые положила Германия во время войны с Польшей, посол надеется, что советское правительство найдет возможным пойти навстречу этим пожеланиям Германского правительства, т. к. Германия не будет в состоянии в течение года выполнить советские заказы на ту сумму, на которую СССР поставит свое сырье. Объекты, которые должны быть представлены Германией, требуют для изготовления определенного времени.

Тов. Молотов на это отвечает, что сейчас трудно что-либо определенно сказать. Для этого необходимо знать объекты, которые будут поставляться Германией Советскому Союзу. Когда будут известны эти объекты, тогда легче будет договориться, т. к. даже немецкая сторона не может конкретно указать, в чем у нее затруднения при соблюдении принципа балансирования. Может быть, даже окажется, что никаких затруднений в выполнении наших заказов в тот же годичный срок, что и поставки со стороны СССР, не встретится. Практически получится, конечно, так, что наши продукты пойдут несколько раньше. Они уже, как известно, начались. Однако принцип балансирования необходимо предусмотреть в соответствии с принципом взаимопомощи по линии советско-германских хозяйственных отношений, имея в виду, что мы даем Германии некоторое сырье, которое не является у нас излишним, а делаем это за счет урезывания своих нужд обороны и хозяйственного плана.

Шуленбург соглашается с доводами тов. Молотова, что можно вернуться к этому вопросу после определения конкретных объектов германских поставок, и сообщает, что Риттер выехал в Берлин для согласования перечня этих объектов.

5. Шуленбург интересуется мнением тов. Молотова в отношении политики шведского правительства, имея в виду недоброжелательное выступление шведской прессы и отдельных шведских кругов. «Остаются

24

 


ли в силе сказанные ранее Вами слова,— спрашивает Шуленбург тов. Молотова,— что Швеция вряд ли ввяжется в конфликт, так как она от этого проиграет? Это тем более интересно знать, что Англия стремится к расширению конфликта».

Тов. Молотов отвечает, что он намерен информировать посла не только о поведении Швеции, но и Норвегии. Англия стремится столкнуть с позиции нейтралитета как Швецию, так и Норвегию. Поэтому мы предприняли кое-какие шаги. В частности, 5 января наш полпред в Стокгольме тов. Коллонтай и в ночь на 5 января полпред в Осло тов. Плотников заявили шведскому и норвежскому правительствам, что враждебное в отношении СССР поведение прессы, а также ряда официальных лиц, организация бюро по вербовке «добровольцев» и снабжение Финляндии оружием против СССР и т. п., не соответствуют политике нейтралитета, объявленной шведским и норвежским правительствами, что эти действия направлены против СССР и могут повлечь за собой осложнения в отношениях между СССР и этими странами.

Полученный от норвежского правительства ответ свидетельствует, что Норвегия хочет остаться на позиции нейтралитета. Таков же предварительный ответ был и шведского МИД, хотя окончательного ответа шведского правительства еще нет. «Мы, конечно,— замечает тов. Молотов,— должны осторожно отнестись к этим ответам. Посмотрим, что будет дальше».

Шуленбург замечает, что в общем положение пока надо рассматривать как неясное. Затем сообщает, что у него имеются сведения, будто финны не уверены в том, что они долго смогут продержаться, и они готовы «с сегодня на завтра» приступить к переговорам[6].

Тов. Молотов на это отвечает, что финны опоздали с этой готовностью[7].

В заключение Шуленбург еще раз подчеркивает, что Англия ищет предлога для расширения конфликта.

На вопрос тов. Молотова, принимаются ли Германией меры к укреплению своего влияния в Швеции, Шуленбург дал утвердительный ответ, хотя и в довольно неопределенной форме.

Продолжая свою мысль, что Англия стремится к расширению конфликта, Шуленбург сообщает, что имеются слухи о создании в Сирии большой армии, об угрозе Баку и т. п. Далее Шуленбург останавливается на Иране и заявляет: имеется впечатление, что шах сильно недоволен СССР. СССР якобы круто к нему подошел по линии экономической, что может толкнуть его в сторону англичан. Известно, что Англия уже пошла шаху навстречу, предоставив ему возможность перевести свои деньги из английских банков в американские, несмотря на имеющееся там запрещение вывозить валюту.

Тов. Молотов ответил, что с Ираном у нас тянется вопрос о торговом договоре больше года. Мы не соглашаемся на нетто-баланс, который явно нам не выгоден. Никаких намерений экономически прижать Иран у нас нет. Сейчас имеются сообщения, что Иран готов отказаться от нетто-баланса, а это — перспектива к заключению торгового договора. На днях в Москву должна прибыть иранская торговая делегация.

6. Шуленбург интересуется причиной отъезда из Москвы итальянского посла Россо. Сам Россо будто говорил Шуленбургу, что его отъезд вызван возвращением в Москву вновь назначенного в Рим советского полпреда.

Тов. Молотов отвечает, что в Риме одно время создалось нетерпимое отношение к полпредству и мы вызвали полпреда затем, чтобы

25

 


лично от него получить информацию о положении дел. Отзыв же Россо, чем бы он вызван ни был, нас не беспокоит.

Шуленбург замечает, что Советское правительство поступило правильно, т. к., по его сведениям, полиция в Риме вела себя по отношению к советскому полпредству недопустимо. Это, несомненно, ошибка итальянских властей. «Однако этот случай,— продолжает Шуленбург,— неприятен тем, что он освещается в мире в невыгодном для СССР свете».

На этом беседа закончилась.

На беседе присутствовал советник германского посольства Хильгер.

Беседу записал С. Козырев

Дополнение к беседе:

1. Германское правительство просит о снабжении топливом в бухте «Западная Лица» немецкого крейсера. Шуленбург напоминает, что в свое время тов. Молотов выражал согласие на снабжение там подлодок, однако надобность в этом миновала. Шуленбург надеется, что необходимое содействие в снабжении крейсера будет оказано.

Тов. Молотов на эту просьбу дал положительный ответ.

2. Шуленбург напоминает о своей просьбе об использовании в целях получения сведений о погоде советского судна, которое выйдет в определенном направлении под видом встречи «Седовцев». Германский военный атташе дал все необходимые сведения военному ведомству СССР, однако этот вопрос до сего времени не решен.

Тов. Молотов отвечает: ему казалось, что германское посольство перестало уже интересоваться этим вопросом, что же касается советских моряков, то они в свое время отнеслись скептически к этому мероприятию. Они сомневались, выйдет ли что из этого.

Беседу записал С. Козырев

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 14, д. 155, л. 3—8.

 

 

9. БЕСЕДА ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ АФГАНИСТАН С. П. СЫЧЕВА С ПОСЛОМ ИРАНА В АФГАНИСТАНЕ СОХЕЙЛИ

8 января 1940 г.

В соответствии с протоколом Сохейли прислал визитную карточку, на которую я ответил личным визитом.

С Сохейли мы встретились, как старые знакомые. Он рассказал о должностях, которые он занимал за время с 1930 года. Сказал, что в бытность его министром иностранных дел французская печать позволила себе выпады против Резы-Шаха. Последний выразил, в связи с этим, недовольство им, Сохейли, и он должен был уйти в отставку. При этом Сохейли заметил, что, когда он был назначен МИДом, против него в иностранных кругах повелись интриги, так как считали, что он будет

26

 


работать над улучшением советско-иранских отношений, которые в то время были очень плохими. Результатом этих интриг и были, мол, очевидно, выпады во французской печати против Резы-Шаха. Последнее время Сохейли был губернатором в Кермане. Недавно, говорит Сохейли, Реза-Шах вызвал его в Мазандеран и там сказал ему, что он назначен послом в Афганистан.

На мое замечание, что предшественнику Сохейли Каземи удалось, кажется, урегулировать здесь важный вопрос иранско-афганских отношений — Гильмендский вопрос,— Сохейли заявил, что нет, не совсем. Афганский Национальный Совет не утвердил одной важной статьи этого соглашения о водопользовании из Гильменда. При этом Сохейли выразил недовольство афганцами и заметил, что «они — несговорчивый народ». Подробнее расспрашивать Сохейли об этом деле я пока не стал.

Перейдя к вопросам международного положения, Сохейли заявил, что, еще будучи послом в Лондоне, он предвидел неизбежность советско-германского сближения и в этом духе писал в Тегеран; в советско-английское сближение он не верил.

На мой вопрос, как он расценивает перспективы англо-германской войны, Сохейли заявил, что очень трудно сказать что-либо определенное... Англо-французы рассчитывают на рост внутреннего недовольства в Германии и на поражение Гитлера изнутри. Я заметил на это, что, поскольку Гитлер сделал предложение о мире [8], а англо-французский блок отказался от мира, вряд ли англо-французский тыл будет крепче германского.

Сохейли спросил меня, каково положение на финляндском фронте. Я сообщил ему о последних сводках Штаба Ленинградского Военного Округа.

Затем Сохейли сказал, что здесь, в Афганистане, боятся СССР*. На мой вопрос, почему он так думает, Сохейли ответил, что об этом он слышал в Тегеране. Да,— заметил я,— кое-кто заинтересован, как видно, запугивать Афганское правительство. Я не думаю, однако, чтобы здесь придавали этому серьезное значение.

Я спросил Сохейли, как он расценивает советско-иранские отношения. Сохейли ответил, что сейчас они стали лучше, а раньше они были плохими из-за немцев: советская сторона видела, мол, в иранско-немецких отношениях больше чем только простые экономические отношения.

Сохейли хорошо отозвался о бывшем полпреде т. Черных.

Затем он спросил меня о Цукермане, Юреньеве, Эйнгорне, Логановском, Пастухове, Давтяне. Я сказал, что Цукерман расстрелян как изменник Родины. О том, где находятся другие, я не знаю.

В конце беседы поговорили об Иране. Сохейли отметил большой прогресс в развитии Ирана под руководством Реза-Шаха в промышленности, сельском хозяйстве, образовании, строительстве армии, строительстве городов и проч.

Если поедете в Иран, сказал он, многого не узнаете*...

С. Н. Сычев

АВП РФ, ф, 071, on. 22, п. 192, д. 6, л. 25.

___________________
* Так в оригинале.

27

 


 

 

10. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ КИТАЙСКОЙ РЕСПУБЛИКИ В СССР ЯН ЦЗЕ

8 января 1940 г

Во время беседы присутствовали: заместитель Народного комиссара по иностранным делам тов. Лозовский С. А. и переводчик Федоренко Н. Т., а также первый секретарь Китайского посольства в Москве г-н Чжан. Беседа началась в 17 час. 15 мин., окончилась в 18 час. 45 мин.

После обмена приветствиями и протокольной части, в которой выяснилось, что г-н посол отдает свой прощальный визит, произошла следующая беседа:

Посол: Известно, что Советский Союз постоянно помогал Китаю с самого начала войны сопротивления. Эту помощь Советский Союз продолжает оказывать и до сих пор. Поэтому от имени Китайского правительства я приношу Вам искреннюю благодарность.

Уезжая по вызову своего правительства в Китай, я хотел бы знать, не намерен ли господин Народный комиссар сделать какие-либо указания?

Тов. Молотов: Очень сожалею по поводу Вашего отъезда, мне хочется, чтобы будущий посол работал так же хорошо, как и Вы. Что касается наших взаимоотношений с Китаем, то до сих пор нам удавалось разрешать все вопросы благоприятно; думаю, что нам это удастся и в будущем [9]. Однако нам не совсем понятна позиция Китая по вопросу исключения СССР из Лиги Наций*. Как известно, достаточно было одному из членов поднять руку против исключения, как это решение не состоялось бы. Но Китай воздержался от голосования, и СССР был исключен. Нас не очень беспокоит исключение, но непонятно поведение Китая.

Посол: Я объясняю это тем, что Веллингтон Ку, являясь представителем старой дипломатической школы, не всегда координирует свои действия с указаниями нынешнего Китайского правительства. Китайский делегат должен был выступить против исключения СССР из Лиги Наций, но он не сделал этого. Здесь есть доля и моей вины, о чем я очень сожалею. Я доложу свое мнение маршалу Чан Кайши, который неоднократно указывал на необходимость координации действий СССР и Китая.

Тов. Молотов: Можно ли заключить, что Веллингтон Ку не придерживается политики Китайского правительства?

Посол: Да.

Тов. Молотов: Разделяет ли Китайское правительство поведение Ку?

Посол: Нет.

Тов. Молотов: Но об этом нигде не заявлялось?!

Посол: Следует учесть, что Кун Сянси, Сунь Фо и Ку придерживаются англо-американской политики и часто не разделяют политику Китайского правительства. В данном случае Ку поступил также. Я доложу об этом маршалу Чан Кайши.

Далее посол коснулся переговоров между СССР и Японией и попросил осветить Характер этих переговоров.

Тов. Молотов: Эти переговоры касаются только вопросов торговли. Сейчас трудно сказать, как они закончатся.

___________________
* См. Документы...-Т. XXII.—Док. 857, 860, 874.

28

 


Посол: Я имею директиву от маршала Чан Кайши о получении от Вас указаний по вопросам внешней политики Китая, так как в настоящее время в связи с войной Китай не в состоянии правильно оценить международную обстановку.

Тов. Молотов: Наша позиция в отношении Китая остается прежней. Только вопрос о поведении китайского представителя в Лиге Наций для нас не совсем ясен.

Посол: В отношении этого вопроса я постараюсь правильно информировать общественные круги Китая и приму все необходимое, чтобы исправить это положение.

Когда я был у г-на Сталина на приеме*, он говорил о несвоевременной постановке вопроса о военном союзе между СССР и Китаем. С тех пор прошло немало времени, к тому же у меня созрели новые мысли. Известно, что СССР активно помогает Китаю, но теперь Китаю нужна более активная помощь. Мне кажется, что уже пришло время поставить вопрос о военных базах СССР в Китае, которые обеспечивали бы безопасность Китая и СССР от их общего врага. Мое предложение сводится к следующему: СССР и Китай заключают военный союз, по которому СССР обязуется усилить помощь Китаю. По окончании же войны Китай представляет СССР территорию для военных баз на Ляодунском полуострове: Дайрен, Хулудао, Порт-Артур и др.; на Шаньдунском полуострове: Вейхайвей и др.**

Тов. Молотов: Высказанная послом мысль очень интересна, но я боюсь, что эту точку зрения разделяют не все китайцы (тот же Кун Сянси и др.). Кроме того, не остаются ли в силе положения, высказанные тов. Сталиным?

Посол: Если этот вопрос заслуживает внимания, то я продвинул бы его в Китае, так как мне известно мнение Чан Кайши по этому поводу. Что же касается Кун Сянси, Сунь Фо и др., то они не имеют реальной силы и не могут быть нам помехой.

Тов. Молотов: Нужно тщательно обдумать эти мысли. Боюсь, что для этого еще не настало время. Я уже не говорю о поведении Веллингтона Ку.

Посол: Я уверен, что это рассеется. А главное, как говорит китайская народная мудрость, если имеешь ошибки, то не бойся их исправлять.

Тов. Молотов: Совершенно правильно. Я видел в лице г-на посла наиболее передового представителя современного Китая, и я желаю ему успеха в будущей работе на благо Китайского государства.

Посол заверил тов. Молотова в том, что он по-прежнему будет стоять на стороне СССР и вести борьбу с агрессором в интересах мира.

Беседу записал Н. Федоренко

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 1, д. 8, л. 13—15.

___________________
* В АВП текста беседы не обнаружено.
** См. соглашения между СССР и Китайской Республикой 14 августа 1945 г.

29

 


 

 

11. БЕСЕДА ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. П. ПОТЕМКИНА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, т. Лозовскому.

9 января 1940 г.

1. Центральная смешанная советско-германская комиссия по демаркации границы между СССР и Германией закончила свою работу. Однако остается неразрешенным единственный вопрос. Он касается все той же Остроленки, относительно которой и в порядке дипломатическом, и в самой комиссии имели место многократные переговоры. Советская делегация в смешанной комиссии, соглашаясь на уступку Германии участка территории с казармами, проводит линию границы слишком близко к последним и отказывается передать Германии дополнительную часть местной территории, которую т. Молотов считал возможным уступить вместе с казармами. Шуленбург просит в срочном порядке разрешить окончательно данный вопрос, чтобы центральная смешанная комиссия по демаркации могла считать свою задачу выполненной.

2. В Ленинградском порту и около Кронштадта находятся в настоящее время 8 германских судов, ожидающих помощи ледокола, который должен их вывести в открытое море. Несмотря на попытки германского посольства получить от советских властей сообщение, когда состоится вывод этих судов, положение остается неясным, так что судам грозит опасность остаться замороженными в Ленинграде или получить повреждения от нажима льда.

Посольство просит, чтобы ледоколу «Ермак» было дано распоряжение без дальних замедлений вывести в открытое море суда «Люмме», «Гиннхайм», «Бунгсберг», «Лаутерфельс», «Ротенфельс», «Биркенфельс», «Окенфельс» и «Фалькенфельс».

3. Германское правительство весьма заинтересовано в возвращении в Германию нескольких десятков немецких пароходов, блокированных в японских портах. Возникает вопрос о возможности использования для этой цели Северного морского пути. В октябре 1939 года эксперт германского посольства по делам морского транспорта имел по этому поводу беседу с Народным комиссаром морского флота. С советской стороны было обещано обсудить данный вопрос и дать ответ. До сих пор германское посольство не получило такого ответа. Поэтому Шуленбург просит НКИД, насколько возможно, ускорить разрешение интересующего Германское правительство вопроса.

4.   Вследствие изъятия злотого из обращения в пределах СССР германские комиссии по эвакуации находятся в затруднительном положении, нуждаясь в финансовых средствах для оплаты своих расходов на советской территории. Посольство уже ставило вопрос о выдаче Госбанком некоторого аванса в советских рублях в распоряжение германских комиссий по эвакуации. Ввиду крайней срочности вопроса Шуленбург просит ускорить его практическое разрешение.

5.   В Москве, проездом с Дальнего Востока, находится небезызвестный германский писатель Колин Росс [10]. Сегодня истекает срок его транзитной визы. Между тем Россу хотелось бы посетить еще Киев и Ленинград. Посольство поддерживает просьбу Росса продлить ему пребывание в СССР еще на 2—3 недели. Вместе с Россом в продлении визы нуждаются его жена и 16-летний сын.

30

 


6. Германский фотограф Лаукс, сопровождавший Риббентропа и производивший снимки наиболее интересных моментов пребывания германского министра иностранных дел в Москве, просит разрешения вновь приехать в Москву и произвести серию фотоснимков по представленному им плану. Посольство поддерживает эту просьбу и просит НКИД, по сношении с компетентными властями, сообщить ответ на просьбу Лаукса.

7. Шуленбург сообщил, что 28 ноября и 20 декабря на участке советско-германской границы по реке Буг; близ Бялы Подлясской и Словатичи, были произведены выстрелы с советской стороны на германскую территорию. Серьезных последствий эти выстрелы не имели, официального демарша по этому поводу германское посольство не предпринимает, но посол выражает надежду, что в дальнейшем на советско-германской границе будет сохраняться полное спокойствие.

8. Шуленбург передал мне список 52 лиц польского происхождения, проживающих еще на территории Западной Украины и Западной Белоруссии, но желающих выехать из пределов СССР. Большинство этих лиц принадлежат к родовой польской аристократии, многие из них имеют родственников и друзей в Германии, Австрии, Чехословакии, Италии и других странах. Посольство от имени Германского правительства просит нас ознакомиться с указанным списком и, если возможно, удовлетворить просьбу перечисленных в нем лиц о разрешении выезда из СССР за границу.

9. Относительно Остроленки я ответил послу, что меня удивляет возвращение германской стороны к вопросу, который представлялся мне окончательно решенным, тем более, что в свое время Типпельскирх подтвердил мне, что все вопросы, связанные с демаркацией советско-германской границы, уже урегулированы в смешанной комиссии. Очевидно, нам придется запросить дополнительных указаний насчет Остроленки у своего правительства. Что касается сведений о возможном использовании Северного морского пути для прохода немецких пароходов, блокированных в японских портах, то мы постараемся ускорить сообщение посольству интересующих его данных. Снесемся мы и с командованием Ленинградского порта по вопросу о скорейшем выводе оттуда 8 немецких пароходов. Касательно аванса в советских рублях для нужд германских комиссий по эвакуации НКИД договориться с Наркомфином. О продлении пребывания в СССР Колина Росса и о разрешении фотографу Лауксу произвести ряд интересующих его снимков в Москве я поручу отделу Центральной Европы договориться с компетентными органами.

В. Потемкин

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 7, л. 4—7.

 

 

12. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КИТАЙСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ А. С. ПАНЮШКИНА НАРКОМУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВУ

9 января 1940 г.

Молотову. Сегодня по поручению Чан Кайши генерал Чжан Чун сообщил, что ввиду быстро развивающихся событии на Западе, незнания действительного положения в Европе Чан Кайши просил помощи и совета товарища Сталина по дальнейшей внешней политике Китая. Он заявил, что Чан Кайши будет ориентироваться на Советский

31

 


Союз и хотел бы получить указания товарища Сталина с расчетом координировать свои действия по внешней политике с Советским Союзом. Он опять поднимает вопрос (как перед Луганцом) о выделении для него постоянного советника по политическим вопросам, учитывая, что с полпредом разрешать эти вопросы МИДу неудобно.

Действительное положение следующее: 4 января в Чунцин приехал английский посол Кларк Керр, сегодня прибывает Джонсон*, они, по всей вероятности, будут нажимать на Чан Кайши, рассчитывая на ухудшение отношения Китая к СССР, поэтому Чан Кайши в большом замешательстве и не знает, что ему делать. Вчера Чан Кайши, чтобы Кларк Керр и Джонсон несколько остыли в своих требованиях, срочно вылетел в Гуйлин (провинция Гуанси), где намечается победа китайских войск под Нанькином, с расчетом возвратиться в Чунцин победителем и соответственно этому вести разговор с приехавшими послами.

Сегодня в беседе Сунь Фо сообщил, что в случае постановки в Лиге Наций вопроса об экономической санкции в отношении СССР Китай будет голосовать против введения санкции.

Телеграмму прошу передать товарищу Сталину.

Панюшкин

АВП РФ, ф. 059, on. I, п. 338, д. 2312, л. 8—9.

 

 

13. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ВЕНГРИЯ Н. И. ШАРОНОВА С ПОСЛАННИКОМ ЮГОСЛАВИИ В ВЕНГРИИ С. РАШИЧЕМ

Разослано: т. Молотову, т. Потемкину, т. Деканозову

11 января 1940 г.

Был югославский посланник Рашич, вчера звонивший по телефону о разрешении прийти. Говорит, что 4 дня т. н. был в Белграде, доложил министру о встрече и беседе со мной и министр поручил ему и в дальнейшем встречаться.

Начал с моих слов о том, что СССР никакой коммунистической пропаганды в Югославии не ведет и что, возможно, итальянцы (я поправил «англичане») провоцируют какие-то выступления.

Я должен неофициально сказать,— говорит Р[ашич],— что, несмотря на все заявления, договоры и т. п., у нас существует недоверие к Италии и ее целям на Балканах, точнее, к целям в отношении Югославии, и я считаю возможным, что она разжигает наши антикоммунистические настроения, чтобы из-за нашего страха перед продвижением СССР на Балканы привязать нас покрепче к себе.

Вы знаете, что все говорят, что Ваше продвижение на Балканы, видимо через Карпаты, вопрос ближайшего будущего. Этот вопрос был главным, обсуждавшимся между Чиано и Чаки [11], судя по моей информации.

Можете ли Вы повторить то, что Вы говорили о том, что Россия останется у Карпат?

Я ответил, что я говорил и повторяю, что мы имеем достаточно места у себя, договоры с прибалтами (в ответ на его реплику) и финский

___________________
* Джонсон, Нельсон Т.— посол США в Китае в 1935—1941 гг.— Прим. сост.

32

 


вопрос нами был поставлен как усиление обороны СССР и никаких империалистических тенденций у нас не имеется.

«Могу я это считать официальным заявлением?»

Я ответил, что других заявлений он не получит и что на Белград мы, безусловно, не пойдем, как и на Албанию и Рим.

Нас, говорит Р[ашич], жмет Италия, правда, неофициально, в целях более тесного сближения с ней, обещая гарантии и т. д., но мы боимся идти на это, и трехсторонний союз Италия — Венгрия — Югославия не очень привлекает нас, тем более что гарантия — вещь, которая себя в последнее время не оправдывает. Англичане, французы, продолжал он, тоже говорят о гарантиях, но фактически чем они могут нам помочь?

Я заметил, что англичане гарантировали и Польшу в свое время и что я считаю более «мирным» местом не имеющую гарантий Венгрию, чем имеющих их, скажем, Грецию или Турцию.

Р[ашич] спросил о прочности советско-германских отношений в связи с тем, что везде идут слухи о крайней непрочности их и т. д.

Я ответил, что им ничто не мешает быть прочными и долговечными, что различия в политических системах и мировоззрениях не мешают хорошим отношениям двух крупнейших государств Европы и что начавшаяся взаимная работа будет укрепляться и расширяться.

«А если Германия будет побеждена, ведь все страны снабжают союзников?» — заметил Р[ашич].

Я ответил, что, насколько мне известно, Германию снабжают и Югославия, и Румыния, и Болгария, и Италия, и мы имеем торговый договор с Германией, и вообще французы еще ни одного кв. см германской территории не заняли, а Англия до своего последнего солдата никогда не воевала.

Р[ашич] согласился и говорит, что Англия ищет сейчас новый театр войны и, видимо, хочет иметь его в первую очередь здесь или в Финляндии, которой 18 государств хотят помочь.

Я указал на заметку «Таймс» от 17 апреля 1919 г. (Известия) и сказал, что не думаю, чтобы Панама и Эквадор сильно помогли Финляндии, а как англичане могут помочь, мы видели в Польше, если же они и захотят в действительности помогать, то кроме транспортных трудностей им придется вспомнить времена интервенции и отказ воевать того же французского флота в Черном море.

«Значит, Вы и Германия будете господами мира?» — спросил Р[ашич].

Я ответил, что мы господами мира не думаем быть, мы имеем достаточно «лебенераум» у себя и господствовать во всей Европе не думаем.

На замечание Р[ашича], что враждебность Англии к СССР еще более сближает СССР с Германией, я ответил характеристикой политики Англии на континенте после Версаля, но заметил, что мы с Англией хотели бы иметь хорошие отношения, и если Англия не захочет их иметь, то это не наша вина.

Я спросил Р[ашича], был ли он у Чаки [12].

Р[ашич] ответил, что думает на днях пойти, и спросил, пойду ли я. Я ответил «нет», так как вопрос о блоке против СССР не стоит, вопрос же о Югославии для меня теперь ясен.

«Но ведь вопрос ставится фактически о пропуске войск через Югославию в случае Вашего нападения?» — заметил Р[ашич].

Я ответил, что нашего нападения никому не дождаться, Венгрия в этом уверена. («О да, мне Чаки раньше говорил»,— заметил

33

 


Р[ашич].) И я думаю, что Италия шумит о коммунистической опасности, имея слишком много внутренних трудностей, кроме всего прочего.

Р[ашич] заметил, что он все время у себя говорил, что нельзя недооценивать сближения Германии и СССР, что французы слишком близоруки всегда и что Англия на этот раз не рассчитала игру до конца, и затем спросил, почему мы не отвечаем на все слухи и заметки в мировой печати.

Я ответил, что нельзя отвечать на все глупости и что для ответа на все просто времени не хватит. Кстати, сообщил ему несколько примеров лживых сообщений «Гавас» как по передачам из Финляндии, так и из событий германо-польской войны.

Р[ашич] заметил, что такое же спокойствие он видел в Германии в момент присоединения Австрии, когда югославский посол в Париже посылал несколько телеграмм в день в Белград о волнении в Берлине, а берлинский посол мог послать только сообщение, что в Берлине все спокойно.

«Мы, славяне, смотрим по-старому на Россию»,— заметил Р[ашич], прощаясь. Я ответил, что о панславизме могли бы говорить мы, а не «польское правительство» во Франции, но, как он видит, мы не говорим и только смеемся над слухами, частью провокационными, о «советской опасности на Дунае» и другими.

Р[ашич] просил разрешения передать беседу министру в Белград, я ответил — «пожалуйста».

Полпред СССР в Венгрии Н. И. Шаронов

АВП РФ, ф. 077, on. 20, п. 109, д. 3, л. 15—17.

 

 

14. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ТУРЕЦКОЙ РЕСПУБЛИКИ В СССР А. АКТАЕМ

11 января 1940 г.

Тов. Молотов принял посла в присутствии своего заместителя тов. Деканозова.

Начиная беседу, посол передает тов. Молотову поздравления от имени Сараджоглу. Выслушав благодарность и ответные поздравления тов. Молотова Сараджоглу, Посол заявляет, что он пришел говорить по вопросу о чисто гуманитарной помощи.

20 дней тому назад польский посол в Анкаре обратился к Сараджоглу с вопросом, не сможет ли Турецкое правительство вместе с каким-нибудь другим правительством, например с Америкой, сделать демарш перед Советским правительством с тем, чтобы было разрешено оказать помощь питанием, одеждой и медикаментами полякам, находящимся в концентрационном лагере Срепелеповка, близ Львова.

Сараджоглу немедленно ответил польскому послу, что он не может сделать такой демарш вместе с каким бы то ни было государством, но если польское правительство желает оказать, с разрешения Советского правительства, гуманитарную помощь, план и рамки которой само Советское правительство установит, то он готов оказать польскому правительству услугу и обратиться к советскому правительству.

Третьего дня польский посол заявил Сараджоглу, что польское правительство полностью принимает его предложения и готово, если советское правительство на то согласится, перевести в распоряжение

34

 


посольства 1 млн. франков для покупки предметов, о которых выше шла речь.

Сараджоглу поручил Актаю выяснить мнение тов. Молотова по этому поводу и спросить, каким образом он, Актай, сможет приступить к этому делу, если на него согласится советское правительство.

Тов. Молотов отвечает послу, что, как Сараджоглу должно быть известно, советское правительство не знает никакого польского правительства и никаких польских посольств, а их заявления не представляют для Советского Союза никакого интереса.

Данный вопрос был поставлен г-ном Сараджоглу, возможно, потому, что он не имел достаточной информации. Тов. Молотов указывает послу, что он считает это дело внутренним делом Советского Союза. Одновременно т. Молотов выражает уверенность в том, что все меры, которые необходимо принять, принимаются советскими органами без того, чтобы обременять оставшихся от бывшей Польши нуждающихся польских деятелей.

Посол отвечает, что он передаст полностью ответ тов. Молотова Сараджоглу, и выражает надежду, что тов. Молотов понял ту роль, которую в этом деле играет Турция.

Роль эта, замечает тов. Молотов, не особенно завидная.

Затем посол спрашивает у тов. Молотова, не имеет ли он каких-либо вопросов в связи с их последней беседой, во время которой были затронуты многие стороны советско-турецких взаимоотношений.

Тов. Молотов напоминает послу об обещании последнего поискать в газетах, не было ли опубликовано сообщение о позиции турецкого делегата на последней сессии Лиги Наций.

Актай отвечает, что немедленно после разговора с тов. Молотовым он телеграфировал Сараджоглу и последний дал ему объяснения, почти идентичные тем, которые он, посол, давал тов. Молотову во время их последней беседы. По словам посла, во время голосования в Ассамблее вопроса об СССР турецкий делегат воздержался так же, как и делегаты стран Балканской Антанты[13] и Саадабадского пакта [14] Когда вопрос был передан в Совет, то представитель Балканской Антанты воздержался от голосования. Посол подчеркивает, что ответ, который он сейчас дает тов. Молотову, является официальным.

На это тов. Молотов указывает послу, что он желал бы знать, было ли опубликовано где-либо сообщение о поведении турецкого делегата на сессии.

Актай отвечает, что по этому вопросу он запрашивал турецкую прессу, в том числе редакции отдельных турецких газет, но пока не получил никакого ответа.

Тов. Молотов отмечает, что информация, которой он располагает по вопросу об опубликовании сообщения, не противоречит информации посла.

Посол говорит, что в течение последних 7 дней он не получает больше газет на турецком языке, и спрашивает, не является ли это общей мерой, принятой органами связи по отношению к иностранным газетам.

Тов. Молотов отвечает, что такой общей меры нет и что здесь, по-видимому, имеет место недоразумение. Возвращаясь к вопросу о позиции турецкого делегата в Ассамблее Лиги, тов. Молотов иронически указывает послу, что у него нет неясности в вопросе о позиции других, кроме Турции, стран Балканской Антанты. Ему также известно, что представитель Ирана уклонился от голосования, а что касается пред-

35

 


ставителя Турции, то о его позиции он никакого сообщения в печати не видел.

Посол говорит, что он тоже не видел такого сообщения в печати, и говорит, что если он его найдет, то не преминет сообщить об этом тов. Молотову. Посол признается, что он сейчас не в состоянии ответить на этот вопрос.

Тов. Молотов соглашается с этим и говорит, что он видит, что посол не в состоянии ответить на поставленный ему вопрос.

Беседу записал Подцероб

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 1, д. 8, л. 18—21.

 

 

15. ТЕЛЕГРАММА ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИТАЛИЯ Л. Б. ГЕЛЬФАНДА В НКИД СССР

13 января 1940 г.

Ваш № 258. Пока, к сожалению, могу лишь сообщить о своих подозрениях и впечатлениях от ряда бесед, которые приводят к мысли, что в действительности игра Италии глубже и не столь грубо примитивна, как она ныне выступает на поверхность. Нижеформулируемые положения нуждаются еще в тщательной проверке, которой займусь повседневно.

1. Макензен* неоднократно мне повторял, что абсолютно верит Муссолини, нынешние деловые связи которого с Англией и Францией объясняются необходимостью улучшения экономического положения Италии и завершения ее вооружения. В свете заявления Чиано о том, что Италия сможет быть готова к войне через 2—3 года, утверждение Макензена приобретает известное правдоподобие. Подтверждается это и нашими данными об экономическом и военном положении Италии.

2. Вся предшествующая история германо-итальянских отношений, в результате которых основные звенья итальянского военного и полицейского аппарата насквозь и до сих пор пропитаны немцами, исключает возможность столь открытого сотрудничества Рима с Парижем и Лондоном, размещения здесь громадных англо-французских военных заказов, получения сырья, англоконтроля в самих итальянских портах и проч. без того, чтобы такая политика не была как-то согласована с Германией. Сейчас Италия настолько перебарщивает в проангло-французском усердии, что это вдвойне становится подозрительным.

3.   И Чиано в прошлом, и крупные итальянцы недавно говорили мне, что сверхгерманского вождя Гитлера и нацизм англо-французы не потерпят, как и фашизм в Италии. В Лондоне и Париже, естественно, не забыли ни Абиссинии, ни июньских криков и кампании Рима о Тунисе, Ницце, Корсике и Савое. Передают, что Муссолини лично убежден в опасности для него свержения Гитлера.

4.   Направление итальянской экспансии все время носило колониальный и антифранцузский характер. От Германии кроме обещания не проникать в Адриатику и не трогать Венгрию Риму получить нечего. Выжидательная и стратегически выгодная Берлину позиция Муссолини, воору-

___________________
* Ханс Георг фон Макензен был послом Германии в Италии в 1938— 1943 гг.

36

 


жающая его теперь за англо-французский счет, может оказаться результатом прямого сговора с немцами.

5.   В этих условиях Италия сохраняет роль моста к Парижу и Лондону на случай поисков замирения, равным образом сможет и выступить, выждав максимальное время, когда будет готова и когда такое выступление получит наибольшие шансы на успех. Маловероятным, даже в случае поражения Германии, явилось бы выступление Рима на стороне Парижа и Лондона. В этом случае, сохранив и увеличив свои силы, Италия будет скорее всего добиваться «предотвращения», то есть неповторения, в отношении Германии Версаля (кроме разве Австрии) и удовлетворения хотя бы части своих требований. Во всяком случае, здесь единодушно считают особо опасным усиление Франции и Англии.

6.   В свете несомненных глубоких итало-германских связей мне кажется невероятной столь длительная и упорная антисоветская активность Италии без хотя бы молчаливого благословения на нее Берлина. Макензен сказал мне, что об итало-советских отношениях здесь не говорил. Посол, однако, по меньшей мере получил от Рима соответствующее заверение о характере итальянской деятельности на Балканах и в Венгрии. Допускаю, что антисоветская целеустремленность этой деятельности, имеющая целью преградить нам путь на Балканы и сохранить антикоминтерновские позиции за собой на будущее, в какой-то степени скрывает за сценой и Германию*...

7.   Внешне итальянцы произвели соответствующее распределение ролей. Чиано выставляет себя человеком смертельно обиженным в Зальцбурге![5] изменившим, мол, внешнеполитической ориентировке и играющим ведущую антисоветскую роль. Это помогает ему втираться в доверие к французам и англичанам. Макензен же во всех серьезных случаях разговаривает лично с Муссолини. Конечно, итальянцы способны и обмануть Гитлера, если дела пойдут уж очень плохо, однако наличие военного союза да и, несомненно, других гарантий приводит к предположению о санкционировании в какой-то степени Германией всей нынешней политики Рима.

Гельфанд

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 329, д. 2266, л. 41—44.

 

 

16. К СОВЕТСКО-ВЕНГЕРСКИМ ОТНОШЕНИЯМ

14 января 1940 г.

Вчера, 14 января, венгерский посланник в Москве г. Криштоффи посетил заместителя народного комиссара иностранных дел т. В. П. Потемкина и сделал ему следующее официальное заявление. [16]

В последнее время распространяются тенденциозные слухи относительно переговоров, имевших место недавно в Венеции между министром иностранных дел Венгрии Чаки и министром иностранных дел Италии Чиано [11] Утверждают, будто означенные итало-венгерские переговоры были направлены против Советского Союза. Правительство Венгрии считает необходимым в категорической форме опровергнуть эти утверждения. Оно считает уместным добавить, что в Венеции не обсуждался вопрос об орга-

___________________
* Так в оригинале.

37

 


низации блока каких-либо государств. Г-н Криштоффи просил довести вышеприведенное сообщение до сведения правительства Советского Союза

Известия.1940.15 января.

 

 

17. В НАРКОМИНДЕЛЕ СССР

15 января 1940 г.

За последнее время внимание Советского правительства привлечено некоторыми фактами, имеющими место в Швеции и Норвегии. Близкие к правительствам обеих стран органы печати и некоторые официальные лица при попустительстве и поддержке шведских и норвежских властей стали развертывать широкую кампанию против СССР и предпринимать действия, несовместимые с политикой нейтралитета, провозглашенной правительствами той и другой страны.

В связи с этими фактами правительство СССР поручило своим полпредам в Швеции и Норвегии сделать соответствующие представления правительствам обеих стран.

5 января полпред СССР в Швеции тов. Коллонтай передала министру иностранных дел Швеции г. Гюнтеру заявление от имени Советского правительства. В этом заявлении было сказано:

«На всем протяжении декабря месяца враждебные Советскому Союзу круги и пресса во главе с близкой к правительству газетой «Социал-Демократен» вели недопустимую кампанию против Советского Союза, объяснить которую можно было бы лишь в том случае, если бы Швеция находилась в состоянии войны с СССР или готовилась к войне с СССР».

Заявление полпреда отмечало далее, что в шведской прессе находят себе место прямые призывы к войне против Советского Союза и требования вооруженного вмешательства Швеции в войну на стороне правительства Рюти — Таннера против СССР.

Указанная кампания, рассчитанная на то, чтобы вызвать осложнения между СССР и Швецией, не встречает противодействия со стороны шведского правительства. Более того, некоторые официальные лица открыто принимают участие в организации военной помощи правительству Рюти — Таннера. К 7 декабря при покровительстве шведских властей в ряде городов Швеции было открыто до 47 вербовочных бюро. Количество завербованных этими бюро «добровольцев» исчисляется тысячами человек. По некоторым данным, относящимся к 28 декабря, в Финляндию прибыло из Швеции до 10 тысяч таких «добровольцев». После этого сообщалось, что из Южной и Центральной Швеции в Финляндию выехали 2 корпуса «добровольцев». Общее командование над ними принял шведский генерал Эрнст Линдер.

К упомянутой кампании шведской прессы, призывам к военным действиям против СССР и открытому формированию «добровольческих отрядов» при содействии шведских властей следует добавить непосредственное снабжение правительства Рюти — Таннера оружием из Швеции и разрешение транзита через Швецию в Финляндию всех видов военного снабжения[18].

Заявление полпреда СССР в Швеции министру иностранных дел заканчивалось следующим образом:

38

 


«Правительство СССР обращает внимание Шведского правительства на приведенные выше факты и действия шведских властей, направленные против СССР. Правительство СССР считает своевременным указать Шведскому правительству на то, что эти действия шведских властей не только противоречат шведской политике нейтралитета, но и могут повести к нежелательным осложнениям в отношениях между Швецией и Советским Союзом».

Того же 5 января полпред СССР в Норвегии т. Плотников также вручил заявление от имени правительства СССР министру иностранных дел Норвегии г. Кут. В этом заявлении было сказано:

«В последнее время некоторые близкие к правительству круги в Норвегии и норвежская пресса ведут ничем не сдерживаемую кампанию против Советского Союза, которая ни к чему другому, кроме вреда и осложнений в отношениях между Союзом Советских Социалистических Республик и Норвегией, повести не может».

Далее в заявлении полпреда было отмечено, что наряду с прямыми призывами к войне против СССР в норвежской прессе находят место требования, чтобы правительство Норвегии оказало военную поддержку правительству Рюти — Таннера против Советского Союза. Некоторые официальные лица, как г. Хамбро, президент стортинга, капитан-генерал Орфлит и другие, содействуют этой кампании и даже принимают в ней активное участие. В Норвегии открыто организуются вербовочные комитеты для разжигания войны на территории Финляндии против СССР. Имеются сведения, что для Финляндии создается особая дивизия «добровольцев» стран группы Осло. Одновременно под покровительством норвежских властей происходит снабжение правительства Рюти — Таннера оружием из Норвегии и идет транзит разных видов военного снаряжения через Норвегию в Финляндию. Заявление полпреда СССР министру иностранных дел Норвегии заканчивалось следующими словами:

«Правительство СССР обращает внимание Норвежского правительства на вышеизложенные факты и действия норвежских властей, направленные против Советского Союза. Правительство СССР считает неотложным заявить правительству Норвегии, что указанные действия норвежских властей не только грубо противоречат объявленной Норвежским правительством политике нейтралитета, но и могут повести к нежелательным осложнениям и нарушить нормальные взаимоотношения между СССР и Норвегией»,

6 января министр иностранных дел Норвегии г. Кут передал полпреду СССР в Норвегии т. Плотникову ответ норвежского правительства.

В своем ответе Норвежское правительство указывает, что выдвигаемые против него обвинения в нарушении нейтралитета основываются на неправильной информации. Выступления в норвежской прессе против Советского Союза исходят от частных лиц и не имеют за собой одобрения ответственных кругов. Что касается организации вербовочных комитетов в Норвегии, то Норвежское правительство не оказывает им никакого содействия. Вербовка на военную службу иностранного государства запрещена в Норвегии законом и потому не будет разрешена. Норвежские власти не содействуют также отправке оружия или военного снаряжения в Финляндию. Если отдельные лица добровольно едут за границу для участия в войне, то, по мнению Норвежского правительства, это не является нарушением нейтралитета. Не противоречит международному праву и провоз оружия через Норвегию. Тем не менее, насколько известно Норвежскому правительству, до сих пор провоз через Норвегию военного материала в Финляндию не имел места, а частный вывоз из Норвегии

39

 


подобного рода снабжения происходит лишь в самых незначительных размерах.

Ответ Норвежского правительства заканчивался заверением, что оно «до сих пор сохраняло и впредь намерено сохранять" нейтралитет, объявленный им в отношении войны в иностранных государствах. Норвежское правительство выражает надежду, что дружественные взаимоотношения между СССР и Норвегией будут существовать и впредь».

10 января дал свой ответ на заявление полпреда СССР в Швеции и министр иностранных дел г. Гюнтер.

В своем ответе Шведское правительство заявляет, что шведский народ питает к Финляндии горячие симпатии, находящие свое отражение в прессе, однако конституционные законы Швеции препятствуют превышениям предоставленной прессе свободы, в частности оскорблению иностранных держав и их представителей. По мнению Шведского правительства, ни его позиция в отношении прессы, ни его действия в какой-либо другой области не дают Советскому Союзу повода для обвинений против Швеции. Выдвигаемые обвинения покоятся в основном на неточной информации. В частности, не соответствуют фактам утверждения, касающиеся вербовки шведских добровольцев. Набор добровольцев проводится лишь по частной инициативе, и число их не соответствует цифрам, приводимым советским правительством. Органы шведской власти не оказывают содействия набору добровольцев, и офицеры, и рядовые шведской службы не участвуют как добровольцы в финской войне.

Транспортировка в Финляндию различного рода предметов, вывозимых из Швеции или идущих транзитом из других стран, не может вызвать возражений. Швеция стремится сохранить свои торговые отношения с другими странами. Финляндия может импортировать из Швеции и пересылать через Швецию транзитом различного рода товары, на которые в Финляндии есть спрос. Шведское правительство не считает возможным изменить такое положение и затруднять коммерческий товарооборот между Швецией и Финляндией.

Ответ Шведского правительства заканчивался выражением надежды, что «вышеприведенные соображения устранят недоразумения, которые могли возникнуть между Швецией и СССР, и докажут Правительству СССР, что не имеется оснований для обвинений против правительства Швеции. Шведское правительство не ведет агрессивной политики против СССР и желает избегнуть каких бы то ни было недоразумений во взаимоотношениях между Советским Союзом и Швецией».

Ответ, данный правительствами Норвегии и особенно Швеции на представления Правительства СССР, нельзя признать вполне удовлетворительным. Правительства Норвегии и Швеции не отрицают всех фактов, доказывающих нарушение ими политики нейтралитета. Такая позиция правительств Швеции и Норвегии таит в себе опасности. Она свидетельствует о том, что правительства Швеции и Норвегии не оказывают должного сопротивления воздействию тех держав, которые стремятся втянуть Швецию и Норвегию в войну против СССР.

Известия. — 1940. — 15 янв.

40

 


 

 

18. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ВЕНГРИИ Н. И. ШАРОНОВА С ПОСЛАННИКОМ СЛОВАКИИ В ВЕНГРИИ СПИЖЬЯКОМ

15 января 1940 г.

Был словацкий посланник Спижьяк, сообщивший, что в протесте Словакии по поводу арестов венгров было указано, что эти аресты были произведены в ответ на аресты словаков в Венгрии. В ответ на мой вопрос об их отношениях сейчас с Венгрией он ответил, что никаких улучшений нет. Венгерская пресса не помещает никаких положительных заметок и статей о Словакии. Даже по поводу открытия университета в Братиславе сообщили только, что туда прибыла советская делегация и что между СССР и Словакией имеется тесная связь.

Зав. политотделом МИДа спрашивал Сп[ижьяка], как работают Советы в Словакии, и на ответ «никак, а как в Карпатской Руси?» ответил, что «никакой пропаганды Советов мы в Карпатской Руси не нашли еще».

На следующий вопрос о возможности военного блока Италия — Венгрия— Югославия Сп[ижьяк] ответил, что создание его считают невозможным, югославский посланник ему также говорил, что если Югославия венграм показывает палец в виде приветствия, то они раскидывают объятия, а Югославия очень холодно относится ко всем заигрываниям Венгрии.

Посредничать между Венгрией и Румынией по урегулированию споров Югославия также не будет, говорит он, т. к. сильная Венгрия потребует тот же Банат, а румыны лучше отдадут Вам Бессарабию (что им посоветуют и соседи), чем хотя бы часть Трансильвании венграм.

Я заметил, что это все верно, если не принимать во внимание антисоветское острие предполагаемых комбинаций.

Сп[ижьяк] ответил, что Югославия на антисоветскую комбинацию не пойдет, т. к., несмотря на династические настроения, народ относится к СССР, как раньше относился к русским; кроме того, Югославия непосредственно ничего выиграть не может, работать же для Италии и Венгрии ей более чем нет смысла, и даже если англичане спровоцируют Румынию на вооруженный конфликт с СССР, то Югославия останется в стороне, даже если Италия стала бы помогать Румынии. М[аркус] и Сп[ижьяк] говорят, что венгры начали ускоренную постройку укреплений на Карпатах к нашей границе, по сообщению словацкого военного атташе.

Были с женой у эрцгерцога Иосифа-старшего и эрцгерцогини. Беседа 30 мин. о русской музыке и спорте.

АВП РФ, ф. 077, on. 20, п. 109, д. 3, л. 18.

 

 

19. ТЕЛЕГРАММА ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. П. ПОТЕМКИНА ПОВЕРЕННОМУ В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИТАЛИЯ Л. Б. ГЕЛЬФАНДУ

16 января 1940 г.

14 января венгерское правительство через посланника в Москве официально заявило нам, что переговоры Чиано — Чаки в Венеции [11] не были направлены против СССР, и что при этих переговорах не обсуждался вопрос об организации блока каких-либо государств. 15 января, принимая итальянского поверенного в делах, я спросил его, был ли венгерский де-

41

 


марш произведен с ведома итальянского правительства. Машиа ответил, что не знает этого, но подчеркнул, что венгерское заявление соответствует линии внешней политики Италии. Постарайтесь при удобном случае осторожно выяснить отношение МИД к венгерскому демаршу и проверить, соответствуют ли действительности заверения Венгрии. По некоторым данным, переговоры в Венеции весьма близко коснулись Румынии, и румынский посланник в Риме достаточно полно об этом информирован. Желательно разузнать конкретно, что намечено было в Венеции и верны ли сведения, будто Югославия отказалась пропустить через свою территорию итальянские войска для эвентуальной помощи Венгрии.

Потемкин

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 330, д. 2269, л. 7.

 

 

20. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛАННИКОМ КОРОЛЕВСТВА РУМЫНИЯ В СССР Г. ДАВИДЕСКУ

17 января 1940 г.

Посланник начинает с заявления о том, что, подведя итоги своему пребыванию в Москве, он не отмечает прогресса в советско-румынских отношениях, которые он желал бы видеть более интенсивными как по линии экономической, так и культурной. Его, дескать, разочаровала также и позиция, занятая советской печатью по отношению к Румынии. Например, советская печать посвятила лишь краткие заметки выступлению Гафенку*, совсем не отражающие содержание его речи.

Давидеску говорит, что назначение советскозо посланника в Бухарест весьма содействовало бы сближению между СССР и Румынией во всех областях их взаимоотношений.

Тов. Молотов отвечает посланнику, что с точки зрения хороших отношений между двумя соседними странами в румынской прессе печатается больше отрицательного, чем положительного. Этого нельзя сказать о советской прессе. Тов. Молотов подчеркивает, что он не имеет на этот счет никаких претензий, а лишь констатирует факт.

Переходя к поднятому посланником вопросу о назначении в Бухарест советского полпреда, тов. Молотов говорит, что случай с Бутенко[19] оставил неприятный осадок, тем более что он имел место не без участия румынских властей.

Давидеску пытается заверить тов. Молотова, что в данном случае он ошибается, и говорит, что румынские власти были непричастны к происшествию с Бутенко.

Указав, что он не хочет касаться деталей дела Бутенко, тов. Молотов заявляет, что он считает постановку вопроса о назначении советского посланника в Бухарест целесообразной, и высказывает предположение, что Советское правительство на это пойдет. Тов. Молотов обещает со своей стороны принять меры к положительному решению этого вопроса.

Поблагодарив тов. Молотова за ответ, Давидеску говорит о румынской печати, которая, по его словам, настроена по отношению к СССР

___________________
* См. Известия.—1939.—1 дек.

42

 


вполне благожелательно. В подтверждение он ссылается на то, что румынские газеты поместили полный текст речей тов. Молотова от 31 октября и 6 ноября.

Тов. Молотов говорит, что, по имеющимся у него сведениям, последнее время румынская печать публикует много материала, враждебного СССР. Часто это делается под предлогом освещения событий, не имеющих прямого отношения к советско-румынским отношениям, например событий в Финляндии[20]. Официальные лица также манифестировали свое отношение к СССР, и нельзя истолковать эти манифестации, как подчеркивающие хорошее отношение к СССР. Тем не менее вопрос о назначении полпреда является приемлемым и может быть поставлен перед советским правительством.

Давидеску заверяет т. Молотова, что официальные румынские деятели не допускали в своих выступлениях ничего, что было бы направлено против СССР, с которым они хотят иметь наилучшие отношения. Давидеску говорит, что ему неизвестны враждебные Советскому Союзу выступления прессы, однако обещает снестись со своим правительством с тем, чтобы на печать было оказано соответствующее воздействие. Есть, конечно, правые газеты, которые позволяют себе резкие выступления, но они не отражают мнения правительственных кругов. Если же принять во внимание все элементы советско-румынских отношений, то назначение советского посланника будет несомненно положительным фактом.

Тов. Молотов указывает Давидеску, что это будет положительным фактом в том случае, если будет способствовать тому, что в официальных высказываниях и прессе будет не больше, а меньше враждебных СССР выступлений.

Тов. Молотов выражает надежду, что если Советское правительство примет решение о назначении посланника, то оно будет правильно понято в Румынии.

В заключение беседы Давидеску просит тов. Молотова содействовать решению вопроса о сплаве леса по реке Черемуш. Сплав прекратился после событий сентября 1939 г. В настоящее время в реке и на ее берегах скопилось большое количество леса (с румынской стороны около 30 тыс. кубометров). В марте река вскроется и лес может повредить имеющиеся на реке 3 моста. Посланник оставлял по этому вопросу в НКИД памятные записки, но вопрос до сего времени не решен.

Тов. Молотов обещает выяснить этот вопрос и затем дать посланнику ответ.

Беседу записал Подцероб

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. I, д. 8, л. 23—25.

 

 

21. ОПРОВЕРЖЕНИЕ ТАСС

18 января 1940 г.

В номере от 29 декабря 1939 года, недавно полученном в Москве, германская газета «Франкфуртер Цейтунг» в статье об истории финляндской области Петсамо писала, что будто бы «возвращение области Петсамо относится к важнейшим требованиям, которые были предъявлены Финляндии и о которых Молотов говорил в своей речи от 31 октября».

ТАСС уполномочен заявить, что Советское правительство никогда не

43

 


предъявляло требования о возвращении Советскому Союзу области Петсамо и ничего подобного не говорил тов. Молотов ни в речи от 31 октября, ни в других речах. Указанное сообщение «Франкфуртер Цейтунг» является вымыслом.

Известия.1940,18 янв.

 

 

22. ТЕЛЕГРАММА ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИТАЛИЯ Л. Б. ГЕЛЬФАНДА В НКИД СССР

18 января 1940 г. Немедленно.

Ваш № 351.

1.   Отвечая на поставленный мной в беседе вопрос, Анфузо заявил, что о венгерском демарше* в Москве итальянское правительство узнало постфактум из телеграмм Машиа, которого информировал о беседе с Вами Кристоффи. Местная венгерская миссия также узнала о демарше лишь впоследствии. Таким образом, акция Будапешта отнюдь не была предварительно согласована с Римом и вряд ли доставила удовольствие итальянцам, которые все время в прессе писали об антисоветском значении венецианского свидания [11]. Машиа поэтому в разговоре с Вами явно выразил лишь свое личное мнение, не соответствующее общей и нам известной линии Рима.

2.   Переговоры в Венеции действительно близко касались Румынии, и главным образом венгеро-румынских отношений. По этому поводу информировал Вас телеграммами № 255 от 8 января, № 332 от 10 января и № 370 от 11 января**. Последняя телеграмма, в частности, содержит сообщение румынского посланника, рассказавшего мне о своей беседе с Чиано после венецианских переговоров.

3.   В вышеуказанных телеграммах из разных источников сообщалось об отказе Югославии пропустить через свою территорию итальянские войска для эвентуальной помощи Венгрии. Бывший у меня на днях югославский военный атташе подтвердил этот отказ, указав, однако, что обращение итальянцев в Белград имело место полтора месяца назад и с тех пор Рим более этот вопрос не подымал. Настойчиво циркулируют слухи, что итальянцы все это время перебрасывают в Венгрию группы военных, одетых в штатское, посылая вооружение отдельно товарными вагонами. Югославский военный атташе сказал мне, что эти слухи частично соответствуют действительности.

Гельфанд

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 329, д. 2266, л. 53—54.

___________________
* См. док. 16.
** Не публикуются.

44

 


 

 

23. В НАРКОМИНДЕЛЕ СССР

20 января 1940 г.

17 января заместитель народного комиссара иностранных дел тов. Лозовский вручил поверенному в делах Швеции г-ну фон Эйлеру ответ Наркоминдела на ноту шведского правительства от 16 января с. г., в которой шведское правительство заявило протест по поводу того, что советские самолеты летали 14 января над шведским островом Калакс недалеко от гор. Лулео и якобы сбросили бомбы, причем шведское правительство просило правительство СССР принять меры с целью избежать повторения подобных случаев в будущем.

В ответ на эту ноту Наркоминдел сообщил в своей ноте, что, по полученным сведениям, действительно имел место случайный перелет двумя советскими самолетами шведской границы вследствие трудности точной ориентировки ввиду большой снежной метели. Советское правительство выразило сожаление по поводу случившегося.

17 января Наркоминдел передал также ответную ноту Норвежской миссии в Москве в связи с ее нотами от 15 и 16 января, в которых был заявлен протест против перелета норвежской границы советскими самолетами 12 и 14 января в районе Сванвик— Ваггетем.

В своей ноте Наркоминдел сообщил, что, по полученным сведениям, действительно имели место три факта случайного перелета норвежской границы советскими самолетами 12 и 14 января с. г., объясняющиеся исключительно неблагоприятными атмосферными условиями, затруднившими ориентацию для летчиков. Советское правительство выразило сожаление по поводу случившегося.

Известия.— 1940.— 20 янв.

 

 

24. БЕСЕДА ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С. А. ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛОМ ЯПОНИИ В СССР С. ТОГО

Разослано: т. Молотову, т. Потемкину, т. Деканозову, Ген. Секретариат, 2-й ДВО, Полпредство в Токио

21 января 1940 г.

Я заявил послу, что попросил его для того, чтобы довести до конца вопрос, касающийся спора торгпредства СССР в Токио с японской фирмой «Мацуо-Докиярд». Дело это затянулось, и вряд ли от этого может быть какая-нибудь польза для обеих сторон. Я напомнил японскому послу, что 19 ноября 1939 г. Народный комиссар иностранных дел в своем заявлении по этому вопросу подчеркнул, что «удовлетворение указанных законных претензий советского торгпредства в Токио было бы благоприятной предпосылкой для переговоров о заключении советско-японского торгового соглашения». Я далее сказал, что обе стороны заинтересованы в том, чтобы расчистить путь для заключения торгового соглашения. Я напомнил послу предложение советника японского посольства Ситида от 23 декабря, мой ответ, врученный г-ну Того 30 декабря, затем новое предложение советника японского посольства от 14 января и сказал, что я хочу внести по этому вопросу такое предложение, которое, по моему мнению, встретит доброжелательное отношение с японской стороны и поможет Урегулировать этот вопрос. Г-ну Послу известно,— сказал я,— что торгпредство СССР в Токио передало фирме «Мацуо-Докиярд» наличными

45

 


деньгами: 15 октября 1936 г.—507 000 иен, 18 ноября 1936г. — 338 000 иен, 15 января 1937г.—169 000 иен, 14 августа 1937 г.—211 250 иен, 20 октября 1937 г.—211 250 иен и 25 января 1938 г.—211 250 иен, всего —1 647 750 иен. Советское правительство готово пойти на то, чтобы снять требование уплаты фирмой причитающегося с нее штрафа (неустойки) при условии уплаты фирмой всей суммы аванса в размере 1 647 750 иен, процентов на эту сумму за все время, а также уплаты курсовой разницы между стоимостью иены в золоте в момент внесения аванса и в момент возвращения его фирмой торгпредству. Конкретно это выразится в следующих суммах: аванс—1 647 750 иен, проценты— 141 043 иены 23 сены, курсовая разница— 230 685 иен. Что же касается суммы штрафа—316 875 иен, то эту сумму Советское правительство снимает.

Делая это предложение, Советское правительство надеется, что будет достигнуто соглашение и тем самым расчищен путь для заключения торгового соглашения, в котором заинтересованы обе стороны.

Японский посол на это ответил, что в данном вопросе имеется особое обстоятельство, которое заключается в том, что Советское правительство выбрало для размещения этого заказа не весьма состоятельную судостроительную фирму. Для устранения недоразумений,— заявил Того,— он со своей стороны подробно передал все пожелания и претензии советской стороны своему правительству, на основе чего министерство иностранных дел приложило все усилия, чтобы разрешить этот вопрос. Того напомнил, что 14 января он послал своего советника в НКИД для того, чтобы еще до судебного разбирательства выяснить окончательно точку зрения на этот вопрос советской стороны и попытаться разрешить спор мирным порядком. Сегодня он получил из Токио телеграмму, в которой сообщается, что судья, разбиравший 17 января это дело, предложил фирме уплатить торгпредству 1 500 000 иен. Примирение не состоялось. Японский посол выразил опасение, что упущено благоприятное время, когда можно было ускоренным порядком разрешить этот вопрос, поскольку дело перешло в суд. Отметив далее, что советская сторона сделала в этом вопросе некоторые уступки, посол заявил, что он мог бы доложить своему правительству, чтобы оно продолжало свои усилия для разрешения этого вопроса, но применение золотой оговорки в данном случае является новым вопросом, и если он об этом доложит своему правительству, то он уверен, что это не даст никаких результатов. Он поэтому «откровенно заявляет», что считает нецелесообразным сообщать об этом своему правительству.

В ответ на это я сказал Того, что мне тоже известно, что судья предложил фирме уплатить торгпредству вместо причитающихся 1 647 750 иен, аванса, процентов и курсовой разницы 1 500 000 иен. Я выразил недоумение, чем мог руководствоваться судья при вынесении такого предложения, которое является по существу премией за невыполнение фирмой своих обязательств. Я заявил, что Советское правительство ни в коем случае не может согласиться с такого рода предложением японского суда. Я обратил внимание японского посла, что фирма не выполнила договора, пользовалась три года нашими деньгами, и когда эта фирма не только не платит штрафа, курсовой разницы и процентов, а пытается уклониться от уплаты аванса, то суд вместо того, чтобы наказать эту фирму, еще уменьшает сумму аванса на 147 тыс. иен. При таких обстоятельствах возникает сомнение, можно ли будет заключать какие-либо договоры с японскими фирмами, если они за невыполнение своих обязательств вместо наказания получают премии. Что же касается заявления посла, что я сделал ему новое предложение, то я отметил, что ничего нового в этом предложении нет. Фирма получила деньги в 1936, 1937, 1938 гг., когда иена была дороже, и

46

 


нет ничего удивительного в том, что при разрешении вопроса, касающегося деловой сделки, учитывается и этот вопрос. В какой форме японская сторона окажет воздействие на фирму, мне неизвестно, но одно лишь совершенно очевидно, что такого рода прецеденты не могут быть допустимы в деловых отношениях. При наличии такого прецедента довольно трудно будет заключать серьезные торговые сделки с японскими фирмами на основе нового торгового договора. Я поставил японскому Послу следующий вопрос: если фирма «Мацуо-Докиярд» поступила таким образом, то какие имеются гарантии, что другие японские фирмы не будут так поступать? Найдутся, наверно, и другие охотники, которые пойдут по этому пути, и вряд ли на такой основе можно будет заключать серьезные торговые сделки с японскими фирмами. Я просил Посла подумать над этим вопросом, указав, что такого рода прецедент не может содействовать нормальным торговым отношениям между обеими странами.

В ответ на это Того заявил, что он не знает причин, по которым судья предложил фирме уплатить торгпредству 1 500 000 иен вместо 1 647 750 иен. Возможно, что судья принял во внимание встречный иск фирмы «Мацуо-Докиярд» торгпредству или исходил из недостаточной платежеспособности фирмы. Поскольку ему точно не известно, можно лишь догадываться о мотивах, побудивших судью принять такое решение. Он лично, как и министерство иностранных дел, признает неправильность позиции фирмы «Мацуо-Докиярд» в отношении торгпредства, и именно в силу этого МИД до сих пор прилагал все свои усилия для урегулирования этого вопроса. Посол отметил, что почти нет примеров в практике гражданских дел, чтобы МИД так усердно занимался и прилагал свои усилия, как в данном случае, и что это обстоятельство советской стороне следовало бы учесть. Далее посол заявил, что я напрасно беспокоюсь, что другие фирмы могут последовать примеру фирмы «Мацуо-Докиярд», поскольку другие фирмы имеют гораздо более прочную базу. Но раз началось судебное разбирательство по делу фирмы «Мацуо-Докиярд», то целесообразно будет, чтобы советская сторона довела свой взгляд до сведения суда через торгпредство СССР в Токио. Японский посол счел необходимым отметить, что в японском гражданском кодексе не предусмотрено возмещение убытков, причиняемых колебаниями ценности денег, и поэтому он сомневается, можно ли будет в благоприятном смысле применить в данном случае золотую оговорку.

Я сказал японскому послу, что мною была изложена точка зрения советского правительства на этот вопрос, а он изложил точку зрения своего правительства. Я выразил надежду, что посол передаст нашу точку зрения своему правительству. Что же касается неплатежеспособности фирмы, сказал я, то в случае, если бы суд захотел заставить фирму выполнить обязательство, он наложил бы арест на имущество и на счета фирмы в банках и тогда вопрос был бы быстро разрешен. Однако в данном случае этого сделано не было. Я далее сказал, что принимаю к сведению заявление посла о том, что он сам и министерство иностранных дел признают действия фирмы неправильными, и, поскольку это так, деньги должны быть полностью возвращены, ибо такого рода прецедент может создать неуверенность в деловых отношениях, это может разлагающе подействовать на те фирмы, которые ранее не страдали невыполнением взятых на себя обязательств. Такой прецедент тем более нежелателен, что он возник накануне заключения нового торгового договора.

Я далее попросил посла сообщить мне точно те статьи и параграфы гражданского кодекса Японии, которые не признают выплаты курсовой разницы в случае падения валюты, и задал ему в связи с этим вопрос:

предусматривает ли гражданский кодекс Японии уплату процентов в случаях, подобных делу «Мацуо-Докиярд». На это посол мне ничего не ответил.

В заключение я заявил японскому послу, что о результатах нашей встречи я доложу Председателю СНК и Народному комиссару иностранных дел и сообщу это также Народному комиссару внешней торговли тов. Микояну, который ведет сейчас переговоры о заключении торгового договора и весьма заинтересован в этом вопросе, поскольку торгпредство в Японии является органом наркомата внешней торговли.

С. Лозовский

АВП РФ, ф. 0146, on. 23, п. 205, д. 9, л. 10—16.

 

 

25. БЕСЕДА ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. П. ПОТЕМКИНА С ПОСЛОМ США В СССР Л. А. ШТЕЙНГАРДТОМ*

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, т. Лозовскому, т. Потемкину

21 января 1940 г.

Штейнгардт явился ко мне с сообщением, что ни правительство США, ни американские фирмы, командировавшие в СССР своих специалистов для технической помощи советской промышленности, не намерены отзывать обратно всех этих лиц. Предложение явиться в Москву, разосланное этим специалистам от имени посольства, преследовало единственную цель — перерегистрировать и, если нужно, продлить их паспорта. Указанные специалисты уже были в Москве, и большинство из них вернулось на предприятия, где они работают. Однако посол считает долгом отметить, что у многих из американских инженеров и техников имеется желание вернуться в США. Такое желание вызывается неудовлетворительной организацией строительства промышленных предприятий в Советском Союзе и нерациональным использованием на них иностранного технического персонала. В качестве иллюстрации посол может сослаться на пример Расмуссена. По заявлению последнего, он около полутора лет провел на газовом заводе № 2 в Грозном без всякой пользы для дела. Прибывшее из США оборудование не могло быть установлено на заводе, ибо для этого не были возведены соответствующие постройки. До настоящего времени американские машины — нередко весьма сложной и тонкой конструкции —лежат в условиях, не предохраняющих их от вредного влияния сырости и низкой температуры. Работать при таких условиях американский инженер считает бесполезным и невозможным. Следует особо отметить, что сырье, поступающее на советские крекинги, оборудованные наиболее совершенными американскими машинами, не отвечает требованиям, предъявляемым американскими специалистами. Поэтому и продукция этих крекингов по качеству ниже, чем было предусмотрено при заключении контрактов об американской технической помощи. В итоге у большинства американских инженеров имеется желание поскорее вернуться в США[21].

Я ответил послу, что, несмотря на неизбежные промахи и недо-

___________________
* В ряде документов НКИД и посольства США в Москве использовалась и транскрипция «Стейнаардт»; здесь и далее в сборнике написание фамилии унифицировано.

48

 


статки, имевшие место в сравнительно молодой советской промышленности, она смогла в некоторых важнейших отраслях выйти на первые места в Европе и даже в мире, даже не прибегая к помощи иностранных специалистов. Этот общеизвестный факт имеет несравненно большее значение, чем жалобы отдельных американских инженеров на преходящие дефекты советского промышленного строительства. Что касается вопроса об отозвании этих специалистов в США, то в настоящее время им занимаются Амторг[22] и отчасти полпредство СССР в Вашингтоне. Создается впечатление, что в отношении Советского Союза американскими властями проводится известная дискриминация, и что кое-кто в Америке заинтересован в сокращении экономического сотрудничества США и Советского Союза[23].

Посол попытался было возразить, что мы сами проявляем в отношении США неприязнь, переходящую в прямую враждебность. На это я ответил, что во всяком случае со стороны Советского Союза и его официальных представителей никогда не допускалось в отношении США ничего, хотя бы отдаленно напоминающего последнее публичное выступление заместителя военного министра США Джонсона[24]. Я передал послу содержание речи Джонсона и сообщил, что нашему полпреду поручено, вырдзить МИД неудовольствие Советского правительства по поводу недопустимой выходки против СССР со стороны члена правительства США.

Штейнгардт поспешил заявить, что он первый раз слышит о выступлении Джонсона. Он запросит в Вашингтоне сведения об указанном случае.

После этого в просительном тоне посол напомнил мне о еще неурегулированном деле с личным имуществом бывшего американского посла в Польше Биддла[25]. Это ценное имущество находится еще близ Львова, в бывшем замке Потоцких. Отчаявшись получить его при содействии посольства в Москве, Биддл обратился с личным письмом к Президенту США, прося его вмешательства в это дело. Штейнгардт просит НКИД ускорить возвращение Биддлу его вещей, ибо дальнейшее промедление может вызвать в прессе и общественном мнении США новую атаку против СССР.

Я заявил послу, что нашим местным властям необходима точная опись вещей, оставленных Биддлом, чтобы разрешить их вывоз за границу. Штейнгардт выразил убеждение, что такие данные уже имеются в распоряжении НКИД. Во всяком случае посол проверит это дело и направит мне все требуемые данные.

В. Потемкин

АВП РФ, ф, 0129, on. 24, п. 138а. д.— 2 л. 1—3.

 

 

26. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

Разослано: т. Сталину, т. Ворошилову, т. Кагановичу, т. Микояну, т. Потемкину, т. Лозовскому, т. Шкварцеву

25 января. 1940 г.

Шуленбург сообщил, что ему предложено на несколько дней выехать в Берлин. Поэтому он просил приема у тов. Молотова, чтобы выяснить ряд текущих вопросов. Затем Шуленбург поставил следующие вопросы:

49

 


1. О продолжении воздушной линии Берлин — Москва до Токио, о чем в свое время вопрос уже ставился. Кроме того, германское правительство желает установить воздушное сообщение с Ираном. Послу предложено выяснить мнение Советского правительства о возможности создания этой линии по маршруту: Берлин — Позен — Киев — Харьков — Ростов-на-Дону — Баку — Тегеран.

Тов. Молотов ответил, что он поручит соответствующим органам изучить эти предложения Германского правительства.

2. Об уступке в пользу Германии небольшой территории в районе Остроленка, так как переданные Германии казармы очень близко находятся от границы и это может вызывать нежелательные пограничные инциденты.

Тов. Молотов ответил, что он считает этот вопрос решенным удовлетворением просьбы Германского правительства об уступке ему указанных казарм. На повторную просьбу тов. Молотов заявил Шуленбургу, что если будет признано возможным дополнительно увеличить размер отдаваемой Германии территории в этом районе, то Шуленбургу будет сообщено об этом[26].

3. Шуленбург просит поддержать ходатайство германского атташе по авиации полковника Ашенбреннера о прикомандировании к начальнику отдела внешних сношений НКО полковнику Осетрову помощника, с которым германскому атташе можно было бы сноситься по вопросам военной авиации.

Тов. Молотов отвечает, что он об этой просьбе доведет до сведения наркома обороны тов. Ворошилова.

4. На вновь образованной советско-германской границе часто происходят пограничные инциденты, которые имеют место, по мнению Шуленбурга, в результате «нервничанья», проявляемого советскими пограничными властями. Шуленбург просит дать указания пограничным властям о принятии мер по предупреждению этих инцидентов. На вопрос тов. Молотова, где именно имели место пограничные инциденты, Шуленбург не дал конкретного ответа, но сказал, что о таких фактах сообщалось тов. Потемкину.

Тов. Молотов заявил послу, что если это имеет место, то это, конечно, нежелательно и будут приняты соответствующие меры, однако он не слышал об этих инцидентах, но слышал о другом — о неоднократной насильственной переброске с германской стороны на территорию СССР человек по 200 австрийских евреев.

На это Шуленбург ответил, что факты переброски евреев действительно имели место, но что по его представлению германским властям даны указания не допускать подобного.

5. В связи с отъездом в Берлин Шуленбург спрашивает мнения тов. Молотова по ряду политических вопросов. В частности, он хочет знать, как смотрит тов. Молотов на ту возню, которая замечается сейчас на Балканах (встречи Чиано — Чаки,[11] Менеменджиоглу — Кьоссейванова и т. п.). Создается впечатление о дикой нервозности, вызванной якобы какими-то «темными намерениями» СССР в отношении Балкан. В других случаях эти слухи говорят о том, что не СССР имеет эти намерения, а другие государства. Много пишут также о концентрации войск в Сирии и Иране против Кавказа, Баку и т. п. Известное турецкое коммюнике о сокращении якобы войск во Фракии не соответствует действительности. Есть сведения, что турки дали отпуска некоторым запасным, но зато усилили кадровый состав армии. Лично Шуленбург уверен, что слухи о концентрации войск в Сирии и Иране — это вы-

50

 


думка, но в связи с некоторыми утверждениями о подготовке нападения на Баку весной он решил все-таки спросить, как к этим слухам относится тов. Молотов.

Тов. Молотов напоминает послу, что по поводу Сирии и Ирана Советское правительство не опровергало этих слухов, как известно, по просьбе самого же Германского правительства, что косвенно способствовало их распространению. Во всех этих слухах больше шума, чем дела. Что же касается «возни на Балканах», то слухи о каких-то «темных намерениях» СССР, конечно, чепуха, а Германия знает хорошо о действительных намерениях СССР (например, в отношении Румынии). Затем тов. Молотов замечает, что, собственно, по вопросу о создании группировок на Балканах и о роли Италии в этом деле Шуленбург должен быть больше в курсе дел, так как у Германии близкие отношения с Италией, поэтому сам Шуленбург мог бы полнее проинформировать тов. Молотова об этом.

На вопрос тов. Молотова, как он расценивает активность Италии, Шуленбург заявляет, что ему представляется совершенно ясным, что Италия не желает создания балканского блока, а желает этого блока Турция. Италия, конечно, стремится к поддержанию своего положения на Балканах, и она встревожена начавшимся советско-болгарским сближением. Конечно, СССР имеет те же права на Балканах, что и Италия, но Италия, видимо, боится СССР. Что же касается знаний посла о намерениях Италии, то ему кажется, что тов. Молотов их переоценивает.

Тов. Молотов отмечает, что СССР не сделал ни одного враждебного шага против Италии, однако Италия это делает против СССР. На это замечание тов. Молотова Шуленбург, хотя и уклончиво, отвечает, что Италия, конечно, успокоится: она просто напугана советско-болгарским сближением.

Далее Шуленбург заявил, что у него имеются сведения, будто советско-турецкие отношения улучшаются. Тов. Молотов на это ответил, что заметного улучшения этих отношений нет, но и ухудшения их также нет.

6. Шуленбург просит тов. Молотова проинформировать его по вопросу о Финляндии. Имеется, дескать, много различных слухов, вплоть до того, что будто бы Германия взяла на себя посредничество. Германия, конечно, этого не сделает, продолжает Шуленбург, если ее об этом не попросят обе стороны. Германию интересует финляндский вопрос и перспективы окончания создавшейся в Финляндии обстановки, потому что она заинтересована в Финляндии экономически[27].

Тов. Молотов отвечает послу, что нельзя указать день, к которому уладится вопрос с Финляндией, однако он может заверить посла, что долго это дело не затянется. События должны прийти к своему логическому концу. Германии придется немного потерпеть. В том положении, в котором Финляндия находится сейчас, она долго не продержится, и если решение финляндского вопроса несколько затянулось, то исключительно в виду нашего желания иметь там поменьше жертв. Теперешние финляндские правители скоро поймут безнадежность своего положения.

Что же касается разных враждебных СССР слухов, то они исходят главным образом от англо-французов. Англия и Франция производят особое давление на Швецию и Норвегию[28], и о принятых в связи с этим шагах Советского правительства послу уже было сообщено ранее*.

___________________
* См. док. 8.

51

 


СССР стремится к нормальным отношениям со Швецией и Норвегией и не имеет в отношении этих стран никаких намерений, затрагивающих их интересы.

Шуленбург замечает, что$он также находит положение Финляндского правительства безнадежным. Затем осторожно, в форме вопроса, заявляет, что, видимо, СССР не намерен будет обсуждать какие-либо мирные предложения, если бы они полностью удовлетворяли требования СССР. Тов. Молотов отвечает на это послу, что с правительством Маннергейма — Рюти — Таннера, которое явно враждебно СССР, у нас ничего не выйдет. Факты показывают, что Финляндия, видимо по указке главным образом Англии, длительное время готовилась к враждебным актам против СССР, и больше мы не можем мириться с таким положением, как соседство ярко враждебного правительства Финляндии.

Шуленбург, стараясь придать своему вопросу шутливую форму, спрашивает тов. Молотова, что ответить Риббентропу и фюреру, если его спросят: «Ну, хорошо. СССР не хочет разговаривать с правительством Рюти — Таннера, но, может быть, с кем-либо другим... скажем, со стариком Свинхувудом?» Тов. Молотов на это отвечает Шуленбургу, что Свинхувуд — это то же самое, что и теперешнее правительство, которому СССР не может отдать Карелию и не может придвинуть границу Финляндии, поскольку она враждебна СССР, к самой линии Мурманской железной дороги. Поскольку кровь уже пролита и мы теперь удостоверились, насколько правительство Рюти — Таннера настроено по отношению к СССР крайне враждебно, советское правительство не может пойти на соглашение с ним, а добьется того, чтобы финляндский вопрос пришел поскорее к своему логическому концу. СССР договорился с народным правительством Финляндии, которое в свое время будет пополнено новыми силами, как это указано в декларации самого этого правительства. Это правительство, созданное на обычных демократических началах, сумеет установить дружественные отношения с СССР.

7. О приеме тов. Сталиным и тов. Молотовым гг. Риттера и Шнурре. Шуленбург просит назначить для приема ближайший день до его отъезда в Берлин, с тем чтобы он мог принять участие в этой беседе.

Тов. Молотов отвечает, что, конечно, желательно участие Шуленбурга в этой беседе, и обещает в ближайшие дня устроить эту встречу*.

8. Шуленбург просит предоставить ему возможность представить тов. Молотову Кляйста[29]—начальника специального бюро Риббентропа.

Тов. Молотов уклончиво отвечает на это, что об этом на днях договоримся.

9. Посол просит о содействии фоторепортеру проф. Ляуксу в разрешении производства снимков некоторых культурных объектов, в частности балета.

Тов. Молотов отвечает, что этим вопросом придется заняться тов. Козыреву (пом. наркома).

10. Шуленбург напоминает о просьбе Риббентропа касательно возможности его охоты в Карпатах и районе Сколе.

Тов. Молотов отвечает послу, что он обеспечит г. Риббентропу, если тот пожелает, в любое время охоту в районе Сколе.

___________________
* См. док. 29.

52

 


Об остальном как-нибудь договоримся потом.

На беседе присутствовал советник германского посольства Хильгер.

Беседу записал Козырев

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 14, д. 155, л. 10—15.

 

 

27. ПИСЬМО ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО НАРКОМУ ИНОСТРАННЫХ

ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВУ

Разослано: т. Молотову, т. Потемкину

26 января 1940 г.

Многоуважаемый Вячеслав Михайлович,

1. Прошло около полутора месяцев со дня моего последнего письма, посвященного советско-английским отношениям*, и я считаю своевременным сейчас вновь коснуться того же вопроса. Острая кампания антисоветского бешенства, в обстановке которой я писал свое прошлое письма, к настоящему моменту может считаться спавшей (хотя, конечно, пресса ежедневно продолжает выливать на нас известное количество грязи). Однако, как я Вам уже телеграфировал в конце декабря, общая температура советско-английских отношений резко идет вниз не только по сравнению с тем, что было до начала войны, но также и по сравнению с тем, что наблюдалось в октябре— ноябре прошлого года (между Польшей и Финляндией). Выражаясь статистическим языком, я бы сказал, что если температуру мая— июня 1939 г. принять за 100, то температура октября — ноября равнялась 50, а температура сегодняшнего дня едва ли превышает 30. В соответствии с этим атмосфера, окружающая Полпредство, носит леденящий характер и пустота вокруг него все больше расширяется. Если бы не мои старые личные связи, накопленные в годы «дружественных» отношений между СССР и Англией, связи, дающие мне возможность даже теперь кое-что узнавать о совершающихся событиях, наше положение здесь было бы очень затруднительно. Правда, обстановка, в которой нашему полпредству приходится работать в Лондоне, несколько лучше, чем эта обстановка в Париже. Однако разница довольно быстро уменьшается. Нас этим, конечно, не проймешь, но учитывать это приходится во всех наших кулькуляциях и расчетах.

2. Чем объясняется указанный ход вещей? Основные причины, как мне представляется, сводятся к следующему. Как я уже указывал в своем прошлом письме, первоначальный план британского правительства состоял в том, чтобы изолировать Германию, нейтрализовать или, еще лучше, «оторвать» СССР от Германии и по возможности превратить его в державу, проводящую политику дружественного нейтралитета в отношении Англии и Франции. Британское правительство пыталось реализовать свой план в течение первых трех месяцев войны,

Письмо от 11 декабря 1939 г. см. Документы...— Т. XXII.— Док. 8.

53

 


но по причинам, на которых я подробно останавливался в своем прошлом письме, эти расчеты его не оправдались. Тогда в настроениях здешней руководящей верхушки стали происходить значительные сдвиги, находившие всяческие поддержки и поощрения со стороны Франции. В кругах этой верхушки стало явно усиливаться течение, которое поставило ставку на расширение войны, на вовлечение в нее возможно большего количества нейтральных государств, в частности на вовлечение в войну СССР, хотя бы даже на стороне Германии. Прелюдией к такому вовлечению Советского Союза должен был быть разрыв дипломатических отношений с ним со стороны Англии и Франции. Французы здесь шли в авангарде. Как Вы уже знаете, предложение о разрыве было сделано Даладье на Верховном Военном Совете «союзников» 19 декабря. Чемберлен признал, однако, разрыв в тот момент «преждевременным» и высказался в том смысле, что для «союзников» вообще было бы гораздо выгоднее, если бы инициатива разрыва пришла со стороны СССР. В конечном счете одержала верх точка зрения Чемберлена. После этого в течение более месяца мы наблюдаем длинный ряд различных провокационных действий со стороны «союзников» (открытая помощь Маннергейму, всемерное подталкивание Скандинавских стран к войне против СССР, кампания в печати и по радио, «отпуск» Сидса[39], арест Дощенко, подготовка выпуска «Синей книги»[31] и т. д.), которые, по их расчетам, должны были бы истощить наше терпение и повести к разрыву с советской стороны. Судя по некоторым симптомам, я склонен думать, что список антисоветских провокаций «союзников» далеко еще не исчерпан.

3. Справедливость требует сказать, что за последние одну-две недели в атмосфере советско-английских отношений, поскольку, по крайней мере, можно судить по прессе, стало немного тише. Это я объясняю в первую очередь тем обстоятельством, что холодным воздухом потянуло из-за океана. США, которые в декабре сыграли такую крупную роль в развязывании мировой антисоветской кампании в связи с финляндскими событиями, в самые последние дни, когда от слов надо было переходить к делу, дали миру яркий образчик свойственного американской буржуазии политического лицемерия: они, по существу, отказались снабжать Маннергейма не только оружием, но даже (в сколько-нибудь серьезных размерах) деньгами. Это рикошетом сильно ударило по антисоветским настроениям в Англии. Сюда прибавилось еще давление со стороны Китая и Турции, которые боятся разрыва между СССР и Англией, ибо это поставило бы их в необходимость делать выбор между сторонами. Наконец, в том же направлении действовало нежелание Швеции и Норвегии быть втянутыми в большую войну и стать театром военных действий со всеми вытекающими отсюда последствиями. Именно в связи с только что указанными моментами в английских правительственных кругах возникла идея ликвидации финских событий путем того или иного «посредничества», причем, как всегда бывает, эти круги сразу же поспешили использовать для данной цели готовых на все лейбористов (подробнее о «посреднических» планах я Вам телеграфировал). Временное затишье последних двух недель, однако, ни на минуту не должно нас обманывать. Это просто тактический шаг со стороны здешних правящих кругов. Они видят и чувствуют, что обстановка — международная и внутренняя — еще не готова для вовлечения СССР в войну, и потому считают пока что необходимым заниматься маневрированием. У меня нет, однако, ни малейшего сомнения, что, если и когда момент для вовлечения СССР в войну окажется созревшим, британское (равно как

54

 


и французское) правительство разорвет отношения с СССР без всяких колебаний.

4. Что лежит в основе настроения расширить войну и, в частности, вовлечь в войну СССР? Суммируя все то, что мне приходится здесь слышать, читать и наблюдать, могу примерно следующим образом сформулировать мотивы, толкающие все большее число членов правящей верхушки в указанном направлении:

а) Несмотря на все свое бахвальство, правительственные круги все яснее начинают сознавать, что при нынешней расстановке сил на международной арене (с одной стороны, Британская и Французская империи, с другой стороны, Германия, черпающая ресурсы из СССР, Скандинавии и юго-восточных стран) война должна носить очень длительный и изнурительный характер, что военный исход ее останется в высшей степени неясным и что вероятность революционных потрясений в Европе в результате войны делается почти несомненной. Отсюда стремление втянуть на своей стороне в войну возможно большее количество нейтра лов в надежде создать у себя такой перевес сил, который оказал бы благоприятное, с точки зрения «союзников», влияние на сроки и исход войны. Особенное значение в этом смысле придается вовлечению в войну Швеции (с ее железной рудой), Румынии (с ее нефтью), Италии и, конечно, США.

б) Что касается СССР, то в нынешней обстановке, разумеется, никто в английской правящей верхушке не рассчитывает на возможность участия его в войне на стороне «союзников». Однако элементы, отстаивающие идею расширения войны, готовы примириться с тем фактом, что СССР мог бы при этом оказаться в рядах противников Англии и Франции. Сторонники описываемой концепции прежде всего считают, что с точки зрения «европейской цивилизации» (читай: капиталистической системы) было бы исключительно опасно, если бы СССР до конца войны остался «вне драки», ибо тем самым он превратился бы в европейского гегемона со всеми вытекающими отсюда международно-политическими и внутренне-социальными последствиями как раз в тот момент, когда все остальные буржуазные государства оказались бы ослабленными и истощенными.

в) Эти люди, далее, полагают, что открытое выступление СССР на стороне Германии сравнительно мало изменило бы нынешнее положение вещей. Ибо они глубоко убеждены, что уже сейчас между СССР и Германией имеется тайный военный союз, а если в оформленном виде в настоящий момент его еще нет, то все равно он скоро будет. Данное убеждение очень широко распространено не только в правящих кругах, но также и в самых широких слоях британского общественного мнения. В обоснование его обычно приводят различные факты из истории советско-германских отношений последних 5 месяцев (в особенности поведе ние Германии в связи с финляндскими событиями), а также то обстоятельство, что СССР отказывался от торговых переговоров, предложенных ему в октябре прошлого года Великобританией.

г) Наконец, те же самые люди утверждают, что ввиду «тупика» на Западном фронте вовлечение СССР в войну открыло бы перед Англией и Францией ряд «мобильных» фронтов, на которых мог бы в сравнительно короткий срок решиться исход войны. При этом, поверив в свои собственные вымыслы о «слабости» Красной Армии, будто бы обнаружившейся в Финляндии, сторонники данной концепции полагают, что соотношение сил в результате вступления СССР в войну на стороне

Германии мало изменилось бы к невыгоде «союзников», тем более, что в

55

 


указанном случае Англия и Франция могли бы, по их калькуляции, рассчитывать на самую энергичную поддержку со стороны США, а может быть, и на фактическое участие США в самой войне.

5. В предыдущих строках я постарался возможно точнее сформулировать аргументы английских сторонников расширения войны. Мне едва ли нужно тратить время на их критику. Эти аргументы говорят сами за себя и не нуждаются в комментариях. Гораздо важнее определить, насколько серьезно то течение, которое проповедует данную концепцию? Можно ли считать, что британское правительство в своем большинстве стоит на этой точке зрения? На основании всех имеющихся в моем распоряжении данных я склонен думать, что правительство в целом еще не сделало окончательного выбора. В его среде имеются представители двух линий: а) линии на локализацию войны с продолжением попыток «нейтрализовать» СССР, б) линии на расширение войны с вовлечением в войну СССР. Первая линия (представляемая Галифаксом, Кингсли Вудом, Иденом, Эллиотом и др.) пока еще в большинстве, но вторая линия (представляемая Саймоном, Хором, Чатфильдом, начальником Генштаба Айронсайдом и др.), хотя еще находится в меньшинстве, но, несомненно, быстро усиливается. Очень важно, что, судя по его радиовыступлению 20 января[32], к этой второй группе примкнул Черчилль, который еще 3—4 недели тому назад являлся сторонником «нейтрализации» СССР. Что касается Чемберлена, то он пока еще не сказал решающего слова, он маневрирует и выжидает. Таким образом, тенденция развития в настоящий момент, видимо, идет к окончательной победе линии на расширение войны, на вовлечение в войну. СССР.

6. Это не значит, конечно, что данная тенденция обязательно восторжествует. В игру легко могут войти новые факторы (развязывание серьезной войны на Западе, крупные внутренние события в воюющих странах, новые комбинации международного порядка и т. д.), которые в состоянии сильно изменить ситуацию и оказать влияние на развитие советско-английских отношений. Далеко не последнюю роль будет играть также та или иная позиция СССР. Однако все это пока лишь предположения и гадания о будущем. Что же касается настоящего, то о нем можно сказать только одно: в моем прошлом письме от 11 декабря я констатировал серьезное ухудшение в советско-английских отношениях. Сегодня я должен констатировать, что за протекший с того момента период процесс ухудшения сделал дальнейший шаг вперед, и в настоящий момент состояние англо-советских отношений должно быть признано опасным. Эти отношения сейчас можно сравнить с очень туго натянутой струной, и приложение к уже имеющейся всякой новой тяжести, откуда бы она ни исходила, в состоянии повести к разрыву струны. Опасность в советско-английских отношениях ближайшим образом связана с финляндскими событиями, и чем скорее эти события будут приведены к желательному нам разрешению, тем больше шансов, что советско-английские отношения смогут пережить их нынешний кризис.

Полпред СССР в Великобритании И. Майский

АВП РФ, ф. 069, on. 24, п. 68, д. 7, л. 9—15.

56

 


 

 

28. ОПРОВЕРЖЕНИЕ ТАСС

29 января 1940 г.

Французское агентство Гавас, набившее руку на клеветнических измышлениях против Советского Союза, вот уже несколько дней распространяет новое клеветническое измышление о СССР. Гавас нагло уверяет, что в «Восточной Галиции», то есть в Западной Советской Украине, кроме советских войск имеются будто бы германские войска, «контролирующие железные дороги» в этом районе, причем количество германских войск колеблется будто бы «от 500 человек до 25 дивизий». Несмотря на бесцеремонную наглость и явную лживость этого сообщения, ТАСС по поручению ответственных кругов все же считает нужным опровергнуть это сообщение Гавас и заявляет, что ни одного иностранного солдата или офицера не было и нет на территории Западной Украины, тем более что добрососедские отношения между СССР и Германией исключают возможность пребывания каких бы то ни было войсковых частей одной стороны на территории другой стороны.

Известия, — 1940. — 29 янв.

 

 

29. БЕСЕДА ГЕНЕРАЛЬНОГО СЕКРЕТАРЯ ЦК ВКП(б) И. В. СТАЛИНА С ПОСЛОМ ПО ОСОБЫМ ПОРУЧЕНИЯМ, ГЛАВНЫМ ЭКОНОМИЧЕСКИМ ЭКСПЕРТОМ МИД ГЕРМАНИИ К. РИТТЕРОМ В КРЕМЛЕ

29 января 1940 г.* Особая папка

Г-н Риттер приветствует тов. Сталина и тов. Молотова от имени Риббентропа.

Тов. Молотов благодарит и просит сообщить Риттера результаты поездки в Берлин.

Г-н Риттер сообщает, что его поездка была успешной и он привез положительные ответы по всем вопросам, а именно:

1. Три 381-мм 2-орудийные корабельные башни могут быть поставлены:

первая— 1 марта 1941 г., вторая— 1 июня 1941 г., третья — 1 сентября 1941 г.

2. Три 280-мм 3-орудийные корабельные башни в настоящий момент в Германии не изготовляются, но по старым чертежам они могут быть изготовлены в следующие сроки:

первая— 1 июня 1942 г., вторая — 1 марта 1942 г., третья — 1 июня 1942 г.

3. Немецкая сторона думает, что такие сроки ее не будут устраивать,

___________________
* На беседе присутствовала также: с советской стороны — Председатель Совнаркома и нарком иностранных дел СССР В. М. Молотов, наркомы А. И. Микоян и И. Ф. Тевосян, торгпред СССР в Германии Е. И. Бабарин; с немецкой стороны — посол Ф. В. граф фон дер Шуленбург, посланник К. Ю. Шнурре, советник Г. Хильгер.

57

 


поэтому она вместо 280 мм предлагает поставить еще один комплект 381-мм 3-орудийных следующие сроки:

первая — 1 декабря 1941 г.,

вторая — 1 марта 1942 г.,

третья — 1 июня 1942 г.

Морское ведомство, говорит Риттер, считает, что по боевым качествам этот комплект стоит выше, чем 280-мм орудийные башни.

4. Четыре 149-мм 3-орудийные корабельные башни могут быть поставлены:

первая— 1 августа 1941 г., вторая — 1 октября 1941 г., третья — 1 ноября 1941 г., четвертая — 1 декабря 1941 г.

5. Чертежи 400-мм 3-орудийной башни также могут быть проданы. Но он предупреждает, что для того, чтобы получить рабочие чертежи, надо в начале изготовить деревянные модели, затем по ним уже выполнить рабочие чертежи. Эта работа в настоящий момент не проделана, поэтому рабочие чертежи сейчас еще не готовы.

6. После того, продолжает Риттер, как германская сторона узнала, что Советский Союз не собирается строить у себя самолеты по закупленным немецким образцам, а если и будет строить отдельные образцы, то заявит свое желание купить патент, германская сторона сочла возможным продать образцы самолетов без продажи патентов по нормальным и соразмерным ценам.

7. Два комплекта (цепочки) снарядных станков также могут быть поставлены:

первый комплект — в 1940 г.,

второй комплект — в 1941 г.

Центровочных станков Хассе и Вреди, говорит Риттер, германские специалисты, как устаревшую систему, покупать не советуют. Но если советская сторона все же будет настаивать, то германская сторона не возражает продать.

8. Перископы, о которых шел разговор в Берлине, сейчас в Германии не изготовляются; если советская сторона будет настаивать на их поставке, то они могут быть поставлены:

один — в 1940 г.,

второй — в 1941 г.

Если же советская сторона пожелает закупить перископы, находящиеся на вооружении Германии, которые более совершенны и находятся в серийном производстве, то их можно поставить:

первый — через 3 мес,

второй — в 1941 г. Можно также, если на то будет желание, поставить и тот и другой.

9. Аккумуляторы, которые закупала советская сторона в 1939 г., Германия также не изготовляет, их можно поставить:

первую батарею — через 9 мес.,

остальные батареи — через 3 мес. каждую.

Современные серийные аккумуляторы могут быть поставлены:

первая батарея — через 3 мес,

остальные батареи —через 4 мес. каждая.

10. Патент на изготовление видия и титанита германская сторона также согласна продать, и фирме «Крупп» дано указание продать этот способ.

Таким образом, говорит Риттер, Германское правительство предприня-.

58

 


ло все возможное, чтобы удовлетворить требование советской стороны.

Однако германская сторона также имеет некоторые неразрешенные вопросы, одним из таких вопросов является пожелание германской стороны компенсировать советские поставки в более продолжительные сроки, что соответствует духу писем от 28 сентября 1939 г.*

Тов. Микоян спрашивает: что крейсер «Лютцев» будет доставлен в 1940 г. с башнями?

Риттер говорит, что он к этому вопросу не подготовлен, но он думает, что поставка башен будет происходить соразмерно достройке крейсера.

Тов. Молотов указывает, что объявленные сроки г-ном Риттером очень длинные.

Риттер говорит, что он удивлен этим, он думал, что заслужит похвалу за объявленные им сроки поставки башен, так как для их изготовления требуется 36 месяцев, а он объявил срок поставки в 1941 г.

Далее Риттер говорит, что германские специалисты заявляют, что они не взяли бы на себя риск поставить башни на уже строящиеся корабли. Если же эти башни будут предназначены на суда, находящиеся в проектировании, то нет необходимости требовать таких коротких сроков поставки.

Тов. Сталин благодарит Риттера за сообщение и отмечает, что им проделана большая работа.

Далее он говорит, что не видит риска, если на строящиеся корабли с артиллерией в 30 см и 9 орудий будут поставлены немецкие башни в 38 см, но 6 орудий. Советской стороне нужно получить только размеры и вес 38-см башен. То же самое относится и к башням в 28 см. Суда строятся для башен в 30 см, а будут ставиться немецкие башни в 28 см: они легче, и нет никакого риска в их установке на строящихся кораблях.

Башни в 28 см хорошо освоены Германией, они установлены на крейсере «Граф Шпрее» и «Шарнхорст». Если Германия не строит сейчас таких башен, то советская сторона согласна купить чертежи.

Он думает, говорит тов. Сталин, что теперь Риттеру понятно, почему советская сторона предъявляет требование относительно коротких сроков поставок.

Г-н Риттер говорит, что он к вопросу продажи чертежей на башни в 28 см не подготовлен, но думает, что это возможно. Однако, говорит он, эти башни в настоящий момент требуют некоторого конструктивного изменения.

Тов. Сталин говорит, что в связи с тем, что Германия не может некоторые объекты поставить в течение одного года, ей это сейчас особенно трудно, поэтому он предлагает подписать два договора. Первый договор со сроком действия в один год, в него войдут два списка. Один список советских поставок — это то, что объявлено: зерно, нефтепродукты, апатиты, хлопок, железная руда, хром, цветные металлы; и другой список не подготовлен, но он думает, что Германия обязуется поставить в течение договорного года, причем база расчета должна быть клиринговая.

Второй договор будет 2-летний. В него войдут списки товаров с более Длительными сроками поставок.

Далее тов. Сталин заявляет, что советская сторона не хочет требовать от Германии невозможного, что она не может поставить, то включать в договор советская сторона не будет. Надо соблюсти только баланс. Уже сейчас можно сказать, что Германия может поставить в один год — это: броня, авиация, крейсер, металлы, уголь, трубы, на 250 млн.

___________________
* См. Документы... — Т. XXII. — Док. 645, 646.

59

 


промышленного оборудования. Но одно условие непременно должно остаться — насколько советская сторона поставляет товаров, настолько же должна получить товаров из Германии. Новое заключаемое соглашение должно быть заключено на основе клиринга, а не на основе кредита, так как о кредите 28 сентября 1939 г. разговор не шел.

Г-н Риттер говорит, что заключение двух договоров — мысль для него не новая, немецкая сторона давно предлагала после подписания Соглашения перейти ко второму этапу переговоров — к новому соглашению. Но он усматривает в письмах от 28 сентября 1939 г. положения, исключающие клиринг.

Тов. Молотов говорит, что в письмах от 28 сентября 1939 г. он не усматривает положения о кредите.

Г-н Риттер говорит, что этот вопрос не имеет практического значения, так как советская сторона требует такие объекты, которые требуют длинных сроков поставок.

В письме 28 сентября 1939 г. преследовалась цель получения экономической помощи для Германии. Эта помощь состоит в том, чтобы Советский Союз поставлял Германии сырье, а Германия расплачивалась потом промышленными поставками в более продолжительное время.

Тов. Сталин спрашивает, как понять слова «потом в более продолжительное время».

Г-н Риттер говорит, что это зависит от Советского Союза, какое оборудование оно закажет. Кредитом это назвать нельзя, так как Советский Союз получает за это марки, которые он может положить в банк и получать проценты.

Тов. Сталин говорит, что, по-видимому, г-н Риттер в советах не нуждается, но он должен дать совет, чтобы Риттер не считал русских дураками. В Западной Европе считали русских медведями, у которых плохо работает голова. Все, кто держался такого мнения, ошибались. Русские не глупее других. Советская сторона знает, что Германия нигде сейчас не покупает зерно, нефть, руду, хлопок на марки, а платит за это валюту. Какая польза Советскому Союзу держать замороженные марки в банках и получать за них проценты. Нигде Германия не получит сейчас на марки нефти, зерна, хлопка, руды, цветных металлов. Он хочет, говорит тов. Сталин, чтобы Риттер оценил это и признал это за экономическую помощь.

Советский Союз продает за марки высокоценные товары, благодаря чему немало нажил себе врагов. Но он хочет, чтобы Риттер понял, что ни Англия, ни Франция не могут столкнуть с пути дружбы Советского Союза с Германией.

Далее тов. Сталин говорит, чтобы Германия сказала прямо и честно, по каким позициям она не может поставить в 12 мес, тогда советская сторона пойдет сознательно на рассрочку и поставит свои товары в 12 мес, а немецкое оборудование, точно обусловленное, получит через 15 мес.

Тов. Сталин говорит, что он погорячился, но высказал все то, что чувствовал.

Г-н Риттер говорит, что неправильно, чтобы немцы не получали за марки нефть и зерно, эти продукты они получают в Румынии.

Тов. Сталин заявляет: если Германия не может поставлять некоторое оборудование, хотя бы даже артиллерию, крейсер, то советская сторона не будет настаивать. Он просит только составить списки, что может поставить Германия в первый год и во второй год. Оба договора одновременно будут подписаны, и оба войдут в силу.

Г-н Риттер обещает проделать эту работу.

60

 


Далее Риттер ставит вопрос о закупке цветных металлов и легирующих материалов, кобальта, вольфрама, молибдена, так как советские заказы требуют этих металлов.

Тов. Сталин заявляет, что советская сторона не хочет контролировать немецкие фирмы, сколько они расходуют металлов на наши заказы, так как это бы вызвало излишние трения и недовольства. Теми металлами, которые будут записаны в договор, немцы свободно, как хотят, могут распоряжаться.

Г-н Риттер спрашивает, что он понял, что в договор будут записаны металлы, которые могут быть закуплены в третьих странах.

Тов. Сталин говорит, что советская сторона не может обещать того, чего не знает, может она купить или нет.

Г-н Риттер заявляет, что тогда броня, башни не могут быть изготовлены.

Тов. Сталин указывает, что в другие страны Германия поставляла вооружения, как, например, в Болгарию, Румынию, Финляндию, не требуя металлов.

Г-н Риттер отвечает, что они продавали за валюту.

Тов. Молотов говорит: то, что германская сторона может дать, то надо и записать в соглашение.

Г-н Риттер обещает еще раз продумать этот вопрос и вместе с тов. Микояном найти выход. Беседа продолжалась 2 ч. 30 мин.

Записал Бабарин

Архив Президента РФ, ф. 45, on. 1, д. 298, л. 11—18.

 

 

30. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО С ПАРЛАМЕНТСКИМ ЗАМЕСТИТЕЛЕМ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ Р. О. БАТЛЕРОМ

Разослано: т. Молотову, т. Лозовскому

30 января 1940 г.

Я был у Батлера для того, чтобы ускорить освобождение советского парохода «Селенга», 13 января задержанного английскими военными судами у Формозы и находящегося с тех пор в Гонконге. Сразу же после задержания «Селенги» я отправил в МИД ноту протеста, а сверх того 1-й секретарь т. Корж с тех пор уже раза два запрашивал о судьбе «Селенги» зав. Северным Департаментом Кольера. Никакого практического результата, однако, не было. Батлер извинился за задержку с решением вопроса о «Селенге», обещал ускорить это решение, но от каких-либо обещаний положительного свойства воздержался.

Когда тема о «Селенге» оказалась, таким образом, исчерпанной, Разговор перешел на другие предметы. Поговорили немножко о текущих европейских событиях, о последних парламентских новостях и в конце концов пришли к вопросу о советско-английских отношениях. Батлер спросил меня, что я думаю о нынешнем состоянии этих отношений. Пожав плечами, я ответил, что самому Батлеру прекрасно известно, каковы отношения между СССР и Великобританией в настоящий момент. Правда, на протяжении последних двух недель не было каких-либо отдельных крупных заострений, но...

61

 


— Вы хотите сказать,— перебил меня Батлер,— что море спокойно, но температура воды слишком низкая?

Я ответил, что, пожалуй, и так. Тогда Батлер стал интересоваться вопросом о том, нет ли все-таки каких-либо возможностей для приостановления дальнейшего ухудшения англо-советских отношений. Я возразил, что это в первую очередь зависит от англичан. Большая часть нынешних трудностей в советско-английских отношениях вытекает из некоторых специфических особенностей британской внешней политики, а также из стремления Англии вмешиваться в различные дела, не имеющие к ней прямого отношения. Примером тому является Финляндия.

Батлер стал возражать. Он ссылался на то, что в силу решения Лиги Наций* Британское правительство не может оставаться равнодушным к тому, что происходит в Финляндии. А сверх того, на британское правительство очень сильно давит общественное мнение, которое возбуждено финскими событиями и которое, как и мне должно быть известно, в своем подавляющем большинстве стоит на стороне Финляндии. Само же по себе английское правительство весьма далеко от стремления обострять отношения с СССР.

Я выразил в этом большое сомнение. Мне достаточно известна, прибавил я, механика английской общественной жизни, для того чтобы не сомневаться, что если пресса, радио, кино, театр и т. д. в течение последних двух месяцев ведут бешеную антисоветскую кампанию в связи с Финляндией, то это не является случайностью. Наоборот, я имею все основания умозаключить, что Британское правительство если не прямо инспирирует всю эту кампанию, то, во всяком случае, дает ей свое молчаливое благословение. Больше того, некоторые члены правительства даже сами выступают с речами, которые льют воду на мельницу такой кампании (я имел здесь в виду речь Черчилля 20 января [32] но прямо не назвал Черчилля. Для Батлера, однако, было ясно, о ком идет речь). Другим доказательством того, что дело тут не только в «общественном мнении», является такое соображение. Если бы кабинет действительно не хотел обострения отношений с СССР, то он мог бы поступить так, как поступил Иден в конце 1936 г., когда между СССР и Англией тоже было крупное разногласие по испанскому вопросу. Мы с Иденом тогда условились, что данное разногласие необходимо «локализовать», не позволяя ему отравить всю атмосферу советско-английских отношений, ибо ведь помимо Испании имеется еще целый ряд других крупнейших проблем международной политики, в которых линия обоих правительств в тот период была и могла оставаться идентичной**. Это наше соглашение с Иденом последовательно проводилось на практике на протяжении последующих 18 месяцев и обеспечило возможность поддержания вполне корректных и даже отчасти дружественных отношений между СССР и Англией, несмотря на разногласия по испанскому вопросу. Между тем ничего подобного я сейчас не вижу. Наоборот, как со стороны Британского правительства, так и со стороны здешних политических партий я наблюдаю постоянную тенденцию не только не «локализовать», но, наоборот, всячески раздуть «финский вопрос», стараясь превратить его в центральный узел советско-английских отношений. Имеется налицо немало и чисто провокационных действий.

После некоторого размышления Батлер заметил, что идея «локали-

___________________
* См. Документы... Т. XXII.—Док. 857, 860, прим. 283.
** См. Документы внешней политики СССР — Т. XVIII.— М., 1979 — Док.

62

 


зации» советско-английских разногласий ему нравится и что в ней есть много здорового*. Он, однако, не уверен, что, даже следуя этому принципу, Англия в создавшихся условиях сможет воздержаться от таких действий, которые СССР могут показаться «провокационными». Батлер во всяком случае считает, что в нынешних трудных обстоятельствах самое важное для обеих стран — это «сохранять холодную голову» и проявлять «терпение». Это может облегчить изживание советско-английского кризиса. Затем Батлер несколько иным тоном прибавил: основная трудность в советско-английских отношениях коренится в том, что СССР оказывает поддержку нашему смертельному врагу. Многие в Англии сейчас уверены, что между СССР и Германией существует castiron (вылитое из железа) соглашение, которое фактически превращает оба государства в единый, неразрывный блок.

Я рассмеялся и, сославшись на речи тов. Молотова, порекомендовал Батлеру поменьше верить всяким газетным уткам о «советско-германском альянсе» и т. п. комбинациях. Батлер ответил: если бы мы точно знали, что СССР действительно ведет свою собственную независимую политику, многое, очень многое могло бы быть иначе.

Понять это надо было в том смысле, то «многое могло быть иначе» и в отношении Англии к «финскому вопросу».

Я ответил, что СССР всегда вел и продолжает вести только свою собственную политику, и ничью больше. Батлер не возражал, но весь вид его выражал сомнение. В заключение он раза два подчеркнул, что, несмотря на трудные времена, а может быть, именно вследствие их нам, т. е. Батлеру и мне, надлежит поддерживать самый тесный контакт. Дипломаты ведь существуют для того, чтобы «перетирать» возникающие между государствами осложнения. Мы условились в ближайшее время встретиться на завтраке.

Полпред СССР в Великобритании И. Майский

АВП РФ, ф. 069, on. 24, п. 68, д. 7, л. 16—19.

 

 

31. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ЯПОНИИ К. А. СМЕТАНИНА В НКИД СССР

30 января 1940 г.

Сегодня беседовал с Арита по Вашему предложению (Ваш № 718). Арита в принципе не возражал против совместного разбора действительных расходов по «Индигирке», но, сославшись на незнание этих вопросов в целом, обещал дать ответ завтра. После этого, как заявил Арита, «воспользовавшись благоприятным случаем встречи» со мной, он изложил мне свои взгляды по «некоторым вопросам японо-советских отношений». Он начал свою пространную речь со своего желания урегулировать японо-советские отношения, так как «атмосфера во взаимоотношениях двух стран изменилась, что я считаю весьма удобным случаем для налаживания дружественных отношений и на будущее». Затем он перешел к конкретным пожеланиям, прося моего содействия в благоприятном разрешении этих вопросов. Первое — ускорить заключение длительной рыболовной конвенции: вопрос, который будет в ближайшее время по предложению Того обсуждаться в Москве. Второе — «форси-

___________________
* См. док. 44.

63

 


ровать более активно» вопрос с созданием пограничных комиссий и комиссии по урегулированию пограничных вопросов, тем более что «у Японского правительства нет возражений против Вашего проекта, так же как и Ваш проект принципиально не расходится с нашим проектом». При этом Арита внес предложение о создании комиссии для переговоров по этим вопросам и начать уже переговоры. Третье — Арита сообщил, что у японского правительства нет возражений против нашего предложения относительно создания комиссии по урегулированию спорных морских пограничных инцидентов и что по этому вопросу в ближайшее время Того будет иметь беседу с Молотовым.

В ответ на длинную речь Арита я сообщил, что рад слышать заверения министра, как и при первой нашей встрече, что они будут способствовать урегулированию всех спорных вопросов, имеющихся между Японией и СССР, и установлению добрососедских отношений между двумя государствами, чему также буду содействовать и я. Далее я сообщил, что мне поручено вести переговоры в Токио по вопросу создания комиссии по уточнению советско-маньчжурской и монголо-маньчжурской границ, а также комиссии по урегулированию конфликтов и готов эти переговоры начать как только получу из МИД соответствующие предложения. Что касается комиссии по урегулированию спорных морских пограничных инцидентов, то я рад слышать от Арита, что Японское правительство согласилось с предложением нашего правительства по этому вопросу. При прощании Арита сообщил, что материалы по пограничным вопросам будут вручены мне на днях.

Сметанин

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 334, д. 2288, л. 136—138.

 

 

32. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КИТАЙСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ А. С. ПАНЮШКИНА С ЧЛЕНОМ ПАЛАТЫ ОБШИН ПАРЛАМЕНТА ВЕЛИКОБРИТАНИИ Р. КРИППСОМ

Разослано: т. Лозовскому, Ген. Секретариат

31 января 1940 г.

После вопросов и ответов протокольного характера г-н Криппс сообщил полпреду о своем намерении посетить Москву и встретиться с государственными деятелями СССР*. Ограниченный временем в связи с поездкой в Гонконг, Японию, Ванкувер, Оттаву, Вашингтон, куда он уже заказал билет, г-н Криппс попросил содействия полпреда в организации прямого полета из Алма-Аты в Москву с тем, чтобы вся поездка в СССР отняла у него не более пяти суток. По этому вопросу полпред обещал сделать все зависящее от него.

На вопрос полпреда о положении Японии на фронтах в Китае г-н Криппс ответил, что, как известно, Япония не проводит крупных наступлений в настоящее время, однако трудно сказать, сколько это еще продлится. Касаясь японо-американских отношений, Криппс сказал, что Япония намерена, вероятно, развернуть широкую антисоветскую (антикрасную пропаганду в Америке, чтобы настроить общественное мнение Америки против СССР под тем предлогом, что господство Японии в Китае будто бы представляло бы меньшее зло, чем победа красных с

___________________
* См. док. 45.

64

 


помощью СССР. Успех такой пропаганды в Америке, по мнению Криппса, мог бы вызвать отклики в ряде других стран, в частности и в Англии, Франции, Германии.

Однако, желая воспрепятствовать развертыванию подобной кампании, г-н Криппс намерен отправиться в СССР для встречи с государственными деятелями[33] и заручиться мнением последних по этому поводу.

Важность поездки в СССР диктуется еще и тем, что г-н Криппс собирается посетить также Америку, встретиться с Рузвельтом и сделать там ряд выступлений, направленных против возможной пропаганды со стороны Японии. По заявлению Криппса, он намерен решительно выступить в английском правительстве против ухудшения англо-советских отношений.

Помимо поездки в Москву г-н Криппс намерен остановиться на 2 дня в Урумчи (Синьцзян) с целью ознакомления с положением в провинции Синьцзян, которая, как говорят за границей, является форпостом СССР по захвату всего Китая. С другой стороны, якобы СССР и Япония могут заключить договор о разделе Китая.

Поэтому г-н Криппс обратился к полпреду с просьбой выдать ему визу для его доверенного секретаря г-на Вильсона для поездки в СССР и сообщить генконсулу в Урумчи о намерении г-на Криппса встретиться с ним.

По последним двум просьбам полпред заверил г-на Криппса в том, что он сделает все, что в его силах.

Н. Федоренко

АВП РФ, ф. 0100, on. 24, п. 196, д. 7, л. 212—213.

 

 

33. СОВМЕСТНОЕ КОММЮНИКЕ СМЕШАННОЙ КОМИССИИ ПО УТОЧНЕНИЮ ГРАНИЦЫ МЕЖДУ МОНГОЛЬСКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКОЙ И МАНЬЧЖОУ-ГО В РАЙОНЕ НЕДАВНЕГО КОНФЛИКТА

1 февраля 1940 г.

На шестнадцати заседаниях Комиссии, проходивших с седьмого по двадцать пятое декабря 1939 года в городе Чите и с седьмого по тридцатое января 1940 года в городе Харбине, выяснилось, что точки зрения советско-монгольской и японо-маньчжоугоской делегаций по вопросу уточнения границы полностью противоположны.

Поэтому, вследствие полной противоположности точек зрения сторон, Комиссия на последнем заседании тридцатого января текущего года, проходившем под председательством уполномоченного правительства Японии г. Кубота, решила свою работу прекратить.

Примечание ТАСС. Смешанная комиссия из представителей советско-монгольской и японо-маньчжоугоской делегаций имела целью установить точную границу между Монгольской Народной Республикой и Маньчжоу-Го в районе известного советско-японского конфликта летом 1939 года на основании соответствующих авторитетных официальных документов. Рассмотрению этих документов были посвящены заседания Смешанной комиссии в Чите и Харбине в декабре 1939 года и январе с. г. Ввиду того что представленные японо-маньчжоугоской стороной Документы, имеющие целью обосновать пересмотр давно существующей и ранее никем не оспаривавшейся линии границы, оказались лишенными

65

 


признаков авторитетных официальных документов, советско-монгольская делегация отказалась признать эти документы в качестве основы для уточнения границы. Ввиду отказа японо-маньчжоугоской стороны признать представленные советско-монгольской стороной авторитетные официальные документы и ввиду того что стороны остались при своих мнениях, Смешанная комиссия разъехалась, не приняв общего согласованного решения.

Известия, — 1940. — 1 февр.

 

 

34. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ США В СССР Л. А. ШТЕЙНГАРДТОМ

Разослано: т. Сталину, т. Молотову, т. Ворошилову, т. Кагановичу, т. Микояну, т. Потемкину, т. Деканозову, т. Лозовскому

1 февраля 1940 г.

Начиная беседу, Штейнгардт приглашает тов. Молотова к себе на обед. Тов. Молотов благодарит за приглашение и обещает назвать дату обеда через несколько дней.

Затем посол говорит, что он может приступить к беседе, являющейся целью его прихода, лишь при одном условии: разговор будет строго конфиденциальным, не будет ни коммюнике ТАСС, ни какой-либо другой огласки.

Тов. Молотов отвечает, что поскольку есть такая просьба, то разговор будет конфиденциальным.

Заверив тов. Молотова, что Американское правительство, со своей стороны, не будет оглашать содержания этого разговора, посол заявляет, что некоторое время тому назад несколько правительств побуждали Рузвельта запросить Советское правительство, есть ли какой-нибудь шанс урегулировать конфликт между СССР и Финляндией. Эти обращения к президенту исходили не от Финляндии, Швеции, Англии или Франции, а от совершенно нейтральных стран, Финляндское правительство ничего об этом не знает.

Затем Штейнгардт пространно говорит о позиции Рузвельта, якобы занятой лично им по отношению к СССР. После революции Рузвельт — единственный президент, являющийся «другом Советов». Вильсон, Гардинг, Куллидж, Гувер не были друзьями СССР и не хотели его признавать. Вопреки общественному мнению, Рузвельт пошел на признание. За последнее время многие обращались к нему с требованиями порвать отношения с СССР, но он на это не пошел. Кандидаты в президенты от республиканской партии уже высказались за разрыв.

На это тов. Молотов замечает, что одной из причин провала Гувера было его враждебное отношение к Советскому Союзу.

Согласившись с этим замечанием, посол продолжает говорить «о симпатиях Рузвельта к Советам» и спрашивает по поручению президента, есть ли какая-нибудь возможность урегулирования конфликта между СССР и Финляндией или это невозможно.

«На свете нет ничего невозможного»,— отвечает тов. Молотов.

Посол сообщает, что его правительству важно знать мнение СССР о возможности окончить военные действия. За прекращение военных действий можно привести многочисленные аргументы.

После того как тов. Молотов выражает желание выслушать эти

66

 


аргументы, Штейнгардт говорит, что он хотел бы прежде всего посмотреть на этот вопрос как человек, изучавший медицину. Когда наступит весна, тысячи трупов, остающихся в Финляндии без погребения, начнут разлагаться и заразят воду, что будет грозить эпидемией чумы не только Ленинграду, но даже и Москве.

Тов. Молотов указывает, что высказанные послом опасения являются преувеличенными и что во всяком случае он и за Москву, и за Ленинград вполне спокоен.

Посол говорит, что он об этом упоминает лишь мимоходом и что, по его мнению, аргументы за окончание военных действий хорошо известны самому главе Советского правительства, а поэтому он их не будет приводить, но есть ли возможность обсуждать способы окончания военных действий? Может быть, для такого разговора избран неподходящий момент? Если так, то можно обсуждение этого вопроса отложить на будущее, говорит Штейнгардт.

Тов. Молотов отвечает, что он не считает настоящий момент для этого подходящим, но и теперь нет непреодолимых препятствий для урегулирования вопроса. В свое время советское правительство сделало все, что оно могло, для того, чтобы избежать военных действий, заботясь вместе с тем о безопасности советских границ и в особенности Ленинграда, что крайне необходимо в условиях начавшейся европейской войны. Требования советского правительства были минимальными, но тогдашнее правительство Финляндии, не без внешнего влияния, не пошло на соглашение. Опыт военных событий показал, что финляндское правительство оказалось еще более враждебным к СССР, чем это тогда представлялось Советскому правительству. Эта враждебность финляндского правительства была чревата опасными последствиями, которых СССР не мог ожидать пассивно.

Штейнгардт просит сформулировать ему для передачи своему Президенту те условия урегулирования конфликта, которые удовлетворили бы Советское правительство.

Тов. Молотов отвечает, что база для решения финляндского вопроса дана в договоре между СССР и Финляндским народным правительством*. Этот договор обеспечивает удовлетворение минимальных советских пожеланий по части безопасности СССР, особенно Ленинграда, и вместе с тем не затрагивает независимости малой страны — Финляндии. Он обеспечивает также безопасность и самой Финляндии. Советское правительство, питая доверие к Народному правительству Финляндии, уступает по этому договору Финляндии территорию, в 16 раз превосходящую ту, которую он сам должен получить. Это стало возможным потому, что между Народным правительством Финляндии и правительством СССР установились отношения дружбы и доверия, чего нельзя сказать о «правительстве» Рюти — Таннера — Маннергейма.

Посол отвечает, что, по его мнению, территориальный вопрос разрешить не так трудно, как вопрос о независимости страны. Независимость страны и правительства — это одно и то же. В Финляндии должно быть такое правительство, которому доверяет правительство СССР и большинство финляндского народа. Такое правительство без особого труда может быть избрано. Штейнгардт напоминает, что в течение последней беседы с ним тов. Молотов хорошо отозвался о Паасикиви.

Тов. Молотов говорит, что во время переговоров Паасикиви произвел на него хорошее впечатление.

___________________
* См. Документы...- Т.— Док. 826.— С. 355—358; Известия.— 1939.— 3 дек.

67

 


«Будет ли СССР довален финляндским правительством во главе с Паасикиви?» — спрашивает Штейнгардт.

Тов. Молотов отвечает, что ведь Паасикиви и так находится в правительстве. Но сейчас от этого нет никакого полезного результата.

Штейнгардт спрашивает, каково будет отношение СССР к такому правительству, во главе которого будет стоять Паасикиви, имеющий всю полноту власти.

Тов. Молотов отвечает, что на этот вопрос ответить нельзя, пока не известно, что такое правительство будет собою представлять. Тов. Молотов переходит к вопросу о независимости правительства и государства, затронутому послом. Посол сказал, что независимость страны и правительства это одно и то же. Это правильно. Свое отношение к этому СССР показал в договорах с Эстонией, Латвией и Литвой*, а также в практике выполнения этих договоров: никакого вмешательства во внутренние и внешние дела этих стран со стороны СССР не имеется. С Финляндией СССР хотел договориться о меньшем, чем с названными странами, с которыми он заключил пакты о взаимной помощи. Финляндия от такого пакта отказалась, и СССР не настаивал на таком пакте. Период декабря — января показал, что Финляндия готовила враждебные против СССР акты на своих границах. Тов. Молотов указывает, что он не хочет изображать дело так, что Финляндия одна смогла бы напасть на СССР, но при развертывании европейской войны враждебная к СССР Финляндия могла бы стать опасным очагом войны. Тов. Молотов снова подчеркивает, что в отношении независимости Финляндии у СССР не было и нет никаких претензий.

Отмечая, что он высказывает свое личное мнение, Штейнгардт говорит, что в территориальном вопросе можно принять за базис договор между финляндским народным правительством и правительством СССР, но согласится ли СССР с этим?

Тов. Молотов говорит, что, как ему известно, финляндское правительство теперь готово принять те предложения, которые СССР делал во время переговоров, проходивших в Москве. Но теперь, когда пролилась кровь, когда выявилась острота вражды финляндского правительства к СССР, прежние предложения СССР недостаточны с точки зрения безопасности советских границ.

Посол говорит, что если тов. Молотов хочет подождать с конкретным ответом на вопрос о базисе для ликвидации войны с Финляндией, то он, посол, готов возобновить сегодняшний разговор через несколько дней.

Тов. Молотов отвечает, что таким базисом является договор между СССР и Народным правительством Финляндии, договор, который устраивает обе стороны и который, безусловно, будет выполнен полностью, если не сегодня, то завтра. Если же у Американского правительства есть другие предложения на этот счет, то Советское правительство готово их выслушать.

Штейнгардт говорит, что у него таких предложений нет. Единственным их источником может быть Финляндия, но ее не запрашивали. По мнению посла, к соглашению можно прийти, только говоря конкретно и имея под рукой карту и список намечаемых членов правительства Финляндии. Если у правительства СССР будут предложения по урегулиро-

___________________
* См. Документы внешней политики. 1939 год.— Кн. 2.— С. 138—141, 161 — 164, 173—176.

68

 


ванию конфликта, то посол готов их выслушать, когда тов. Молотов этого пожелает.

Заканчивая беседу, тов. Молотов говорит, что если у него будут к послу какие-либо вопросы, то он воспользуется его предложением, если же Американское правительство захочет сделать какие-либо предложения, то посол может обратиться к тов. Молотову[34].

Беседу записал Подцероб

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 24, д. 295, л. 2—6.

 

 

35. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КИТАЙСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ А. С. ПАНЮШКИНА С ПРЕДСЕДАТЕЛЕМ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО ЮАНЯ КИТАЙСКОЙ РЕСПУБЛИКИ СУНЬ ФО

Разослано: т. Лозовскому, 1-й ДВО, Ген. Секретариат

2 февраля 1940 г.

До начала банкета произошла следующая беседа:

Полпред: Когда Вы были в Москве, Вами, кажется, ставился вопрос перед г. Смирновым об организации Китайско-советского культурного колледжа?

Сунь Фо: Да. По этому вопросу я говорил с ним несколько раз. Его точка зрения сводилась к тому, что руководство колледжем двумя странами представляет известные неудобства. Г-н Смирнов говорил, что лекторов в колледж можно было бы послать на короткий срок. В настоящее время в Министерстве народного просвещения Китая имеется особый план, т. е. план создания русских групп при всех университетах. При таком положении вопрос о создании колледжа снимается.

Полпред: Из плана работы КСКО этот вопрос Вами уже снят?

Сунь Фо: Да, мы его сняли.

Полпред: В каком состоянии находятся отношения ГМД и Особого района?

Сунь Фо: Ведутся переговоры. Ведет переговоры Хэ Инцин. Давайте встретимся на днях и поговорим на эту тему.

Полпред: Я всегда готов встретиться с Вами.

Сунь Фо: Можно встретиться завтра часов в 16.00.

Полпред: Очень хорошо.

После банкета беседа продолжалась:

Сунь Фо: У Вас, господин посол, прекрасные успехи в овладении английским языком.

Полпред: Некоторые успехи могут быть месяцев через 6—7. Сунь Фо: Разрешите сообщить Вам новость, о которой я совсем недавно узнал. Как Вам известно, наш враг—Япония — очень усердно использует в своих целях предателей и изменников Китая. Она прилагает все усилия к тому, чтобы образовать так называемое лже-правительство предателя Ван Цзинвэя[35] Интересно заметить, что нашлась некая европейская страна, начавшая выражать свои симпатии японцам в этой бесславной деятельности. Представьте, что это некой страной является Италия! Должен сказать, что если Италия попытается признать будущее лже-правительство Ван Цзинвэя в случае его образования, то Китай примет самые решительные меры в отношении Италии, вплоть

69

 


до разрыва дипломатических отношений и устранения итальянской миссии в Китае. Я хотел бы поделиться с Вами, господин посол, еще одной новостью. Мы только что получили сообщение от Веллингтона Ку, нашего посла в Париже, о том, что Япония стремится заключить с Советским Союзом договор о ненападении. Эту новость наш посол узнал из уст американского посла в Берлине г-на Буллита, который заявил, правда, что это только слухи, возможно, не имеющие под собой почвы. Я думаю, что это действительно только слухи. Я уверен, что СССР не может пойти на такой шаг, т. к. Япония является нашим общим врагом.

Полпред: Мне ничего не известно о подобных переговорах. Господину Сунь Фо не следует сомневаться в дружественных отношениях и симпатиях народов СССР к Китаю. Отношение СССР к Китаю остается таким же, как и раньше. Об этом г-ну Сунь Фо известно так же хорошо, как и мне.

Сунь Фо: Я твердо верю в хорошие отношения СССР к Китаю. Поэтому, когда я возвратился из Москвы в Китай и мои товарищи поставили передо мною вопрос об отношении СССР к Китаю, я им заявил, что СССР является лучшим и самым надежным другом Китая. В этом я твердо убедился, когда мне представился случай познакомиться с материалами, опубликованными в газетах «Правда» и «Известия».

Полпред: Я очень рад, что Вы за время пребывания в Москве могли убедиться в тех симпатиях, которые питают народы СССР в отношении Китая.

Сунь Фо: Недавно я прочел в одной газете, что министр иностранных дел Японии Арита заявил, что переговоры, ведущиеся между СССР и Японией, проходят очень успешно.

Полпред: О том, что ведутся торговые переговоры, мне известно. Но о подробностях этих переговоров я пока ничего не знаю.

Сунь Фо: По истечении срока действия японо-американского торгового договора Япония прилагает все усилия к тому, чтобы заполучить все ввозимые из Америки товары — газолин, сталь, железо, машины — из СССР и тем самым продолжать войну против Китая.

Полпред: Однако, несмотря на окончание срока действия японо-американского торгового договора, Америка продолжает торговлю с Японией в таком же объеме, как и раньше.

Сунь Фо: Верно. Но Китай обратился к Америке с требованиями о прекращении торговли.

Полпред: И каковы результаты?

Сунь Фо: Мне кажется, что Америка не сможет сразу прекратить эту торговлю, но постепенно она откажется от торговли совсем. Дело в том, что Америка солидарна с Китаем в его оборонительной войне против Японии. Это высказывалось очень многими американскими деятелями, в частности Питтменом. Но есть и оппозиция антиправительственного направления, которая выступает против Китая. Сторонники этой оппозиции опасаются, что Япония сможет начать войну против Америки, поэтому они выступают за торговлю с Японией. Вот почему нам не хотелось бы, чтобы Японии удалось получить от СССР средства для продолжения войны против Китая.

Полпред: Я еще раз подчеркиваю, что Ваши сомнения, г-н Сунь Фо, в отношении СССР ни на чем не основаны. Как известно, Япония в настоящее время не представляет такого опасного противника для Америки, каким она была 2,5 года тому назад.

Сунь Фо: Я хотел бы еще добавить, что не так давно мы получили сообщение от наших послов в Англии и Франции о том, что Англия и Фран-

70

 


ция поставили вопрос об экономических санкциях против СССР в связи с войной в Финляндии. Мы дали указания нашим послам, что китайское правительство будет против этого, и если этот вопрос будет стоять на заседании Лиги наций, Китай будет голосовать против. Как известно, Англия и Франция как будто бы замяли этот вопрос, узнав о нашей решительной позиции.

Полпред: Я очень признателен Вам, г-н Сунь Фо, за сообщение. Однако мне остается не совсем понятным поведение китайского делегата в Лиге г-на Веллингтона Ку при исключении СССР из Лиги.

Сунь Фо: Я должен Вам сказать, что мы послали телеграмму В. Ку с твердой установкой голосовать против исключения СССР, но телеграмма опоздала, а заседание, как известно, состоялось...

Полпред: Я думаю, что поведение г-на Ку не отражает мнение всего правительства по этому вопросу?

Сунь Фо: Совершенно верно. Кроме того, мы еще раньше дали установку г-ну Ку, чтобы он держал самый тесный контакт с представителем СССР в Лиге наций г-ном Сурицем и занимал одинаковую с ним позицию. Г-н Ку три раза встретился с г-ном Сурицем в Женеве, но последний как будто не проявил определенного поведения, видимо потому, что сам не ожидал, что дело примет такой оборот. А потом, как известно, Суриц покинул заседание Лиги, а г-н Ку совсем потерял ориентировку. Но когда маршал Чан Кайши узнал о поведении г-на Ку, то был крайне недоволен и огорчен, считая, что для г-на Ку подобное поведение совсем ничем не оправдывается.

Вообще мне кажется, что СССР, Китай, Англия, Франция и Америка должны стремиться к единой политике на Востоке. Ведь Япония является не только врагом Китая, но всех этих стран, поэтому, несмотря на разногласия СССР, Англии и Франции по европейскому вопросу, эти страны должны стремиться к общности по политике в дальневосточном вопросе. Что же касается Китая и СССР, то они имеют единое мнение и по европейскому, и по дальневосточному вопросам.

Полпред: Мне очень приятно констатировать, что поведение г-на Ку на заседании Лиги наций расценивается маршалом Чан Кайши и остальными членами Китайского правительства как неправильное и что Китайское правительство дало соответствующее указание своим послам в Лондоне и Париже о его точке зрения на вопрос введения экономических санкций против СССР в случае постановки такового в Лиге наций.

Записал Федоренко

АВП РФ, ф. 0100, on. 24, п. 196, д. 7, л. 234—238.

 

 

36. СООБЩЕНИЕ ТАСС

5 февраля 1940 г.

5 февраля с. г. в 9 час. 30 мин. утра в помещение торгпредства СССР в Париже ворвалось до 100 человек, одетых в гражданское платье. Дежурящему в торгпредстве сотруднику было заявлено, что все эти лица прибыли для производства обыска по устному распоряжению

префекта полиции. Выключив все телефонные аппараты, агенты полиции проникли в служебный кабинет и в квартиру и. о. торгпреда Евстратова, где и приступили к обыску, несмотря на его протесты. Обыск в торгпредстве сопровождался изъятием документов и взломом шкафов и сейфов: Сотрудники торгпредства, явившиеся на службу, были задержаны и под

охраной полиции развезены по их квартирам, где также был учинен обыск. Одновременно такой же обыск был произведен в помещениях Интуриста и бывшей советской школе в Париже. После этого задержанные сотрудники были освобождены.

Немедленно по уведомлении о происходящем обыске полпред СССР в Париже. Суриц направил в торгпредство 2 сотрудников с требованием немедленно очистить помещение и вернуть изъятые документы. После того как полиция отказалась удовлетворить эти требования. Суриц в 17 час. того же числа заявил французскому правительству протест против действий полицейских властей, настаивая на прекращении обыска и на возвращении торгпредству всех изъятых документов.

Известия. — 1940. — 8 февр.

 

 

37. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ПО ОСОБЫМ ПОРУЧЕНИЯМ МИД ГЕРМАНИИ К. РИТТЕРОМ В КРЕМЛЕ

Разослано: членам «пятерки» и замам по НКИД

5 февраля 1940 г.

Риттер, поблагодарив за прием, заявляет, что ему поручено Риббентропом просить тов. Молотова довести до его сведения устное сообщение Риббентропа, адресованное тов. Сталину, о ходе советско-германских переговоров и передать это сообщение тов. Сталину. По договоренности тов. Молотова с Риттером, присутствующий на беседе советник германского посольства Хильгер зачитывает указанный текст сообщения. При чтении места, где было сказано об обращении Германского правительства к правительству СССР за поддержкой «...в самый разгар войны Германии с Англией и Францией...», тов. Молотов сделал ироническое замечание: «Разве г. Риббентроп рассматривает настоящие военные действия „самым разгаром войны"? Ведь в сводках штабов пишут „на фронте не произошло ничего существенного"».

Риттер немного смутился, а затем, сверив немецкий и русский тексты сообщения Риббентропа, в русском тексте слова «в самый разгар войны» заменил словами «во время войны». (Текст сообщения прилагается.)

На вопрос тов. Молотова, не хочет ли Риттер что-либо добавить к сообщению Риббентропа, тот ответил, что Риббентроп разочарован тем, что Риттеру не удалось до сего времени претворить в жизнь соглашение Молотов — Риббентроп от 28 сентября 1939 г. по вопросу о сроках немецких поставок*. В сообщении Риббентропа вопрос разногласий, возникших в результате советско-германских экономических переговоров, освещен ясно. Однако Риттер считает необходимым отметить, что в беседе с Риббентропом последний сказал ему, что слова «промышленные поставки» во время сентябрьских переговоров не дискутировались, так как в первоначальном тексте слов «военные поставки» совершенно не было, а были слова касательно экономической поддержки Германии во время войны со стороны СССР, которые по предложению тов. Сталина были вычеркнуты. Риттер оговаривается, что это воспоминание не имеет практического значения, так как Германия согласилась и на военные поставки.

___________________
* См. Документы...—Т. XXII,— Док. 645, прим. 229, 230.

72

 


Тов. Молотов на это заявляет, что по существу сообщения Риббентропа он мог бы и не высказывать своего мнения, поскольку оно адресовано не ему, а тов. Сталину. Однако тов. Молотов отмечает, что он не совсем согласен с этим сообщением, ибо оно носит односторонний характер. Если подчеркнуть в нем другую сторону вопроса, оно будет выглядеть совершенно иначе. В последней беседе с участием тов. Сталина* мы имели договоренность, как мне представляется, говорит тов. Молотов, соответствующую и духу, и форме писем Риббентроп — Молотов от 28 сентября 1939 года.

Что же касается воспоминаний моих и г-на Риббентропа, то, как передает Риттер, воспоминания Риббентропа также являются односторонними. То, что сообщил Риббентроп Риттеру касательно поправки, соответствует действительности. Однако в процессе сентябрьских переговоров самим Риббентропом было ясно сказано, что под промышленными поставками имеются в виду и военные поставки, но об этом нигде не записывалось. При этом Риббентроп говорил тогда, что Германия все даст, что только потребуется Советскому Союзу, в том числе и военные материалы. Мы не претендуем на это «все», заявляет далее тов. Молотов, особенно где речь идет о секрете, однако приведенный мною разговор имел место.

В отношении же кредита для Германии нигде не говорилось, а то, что предлагает сейчас Германское правительство, есть форма кредита.

При этой поправке картина о воспоминаниях представляется более полной.

Риттер заявляет, что Риббентроп ему не говорил о том, что в сентябрьских переговорах шла речь о кредите, но разговор о более продолжительном времени германских поставок имел место, причем понятие «продолжительное время» зависит, конечно, от срока изготовления тех предметов, которые СССР желает получить в Германии. Не все предметы, которые советская сторона заказывает, можно изготовить в 10 и 12 месяцев, а на изготовление некоторых из них потребуется один и даже два года. Советская сторона обнаружила иное понимание понятия «продолжительное время», то есть 6 месяцев и 1 год и не больше. Для преодоления этого разногласия предложение тов. Сталина явилось бы базой для переговоров, но тов. Микоян так толкует это предложение, что оно никак не может привести к соглашению на его основе.

На вопрос тов. Молотова, принимается ли идея двух договоров, Риттер ответил, что Риббентроп не принимает этого предложения, так как оно не соответствует букве и духу писем от 28 сентября. Он считает, что поставки СССР на 500 млн. марок в один год Германией могут компенсироваться в более продолжительное время, тем более что, во-первых, сумма советских заказов в Германии еще не определена, во-вторых, советская сторона не сказала твердо, что она возьмет. Может быть, сумма заказов окажется в 1 млрд. и более марок. Учитывая, что Германия намерена продолжать действие договора на 1941, 1942 и 1943 гг., то выравнивание баланса можно было бы произвести, скажем, в 1941 году, а в 1940 году этого выравнивания не производить, так как для Германии требуется некоторый разбег.

Затем Риттер спрашивает, правильно ли он интерпретирует слова тов. Сталина, который в ответ на его заявление о продолжительном времени германской компенсации сказал, что Германия не просила кредита.

___________________
* См. док. 29.

73

 


а поскольку речь идет о кредите, так надо было прямо и сказать, что желаем иметь кредит.

Тов. Молотов отвечает, что это заявление надо понимать так, что вопрос, мол, о кредите в сентябрьских переговорах не ставился.

По вопросу о балансировании тов. Молотов говорит Риттеру, что нельзя решать вопрос так, чтобы советские поставки имели и сроки, и цены, и объем, а германские этого бы не имели. Здесь требуется определенность. Должна быть увязка между поставками СССР Германии и наоборот, с соблюдением интересов обеих сторон. Это именно и имел в виду тов. Сталин, предлагая идею двух договоров, которая, как видно, Германией отклоняется. Тов. Сталин предложил конкретно договориться, что и в какие сроки можно поставить, а при этих условиях представляется возможным найти такое решение вопроса, при котором германские поставки могли бы быть произведены в один год.

Риттер замечает, что не вызывает сомнения, что СССР произведет поставки в один год на 500 млн. марок, Германия же в такой срок все дать не может, тем более что советская сторона предъявила очень большие требования.

Тов. Молотов отвечает на это замечание Риттера, что мы готовы пересмотреть ассортимент наших заказов и отступить от якобы непомерно высоких требований советской стороны, но настаиваем на выравнивании баланса в один год. Германии следует практически рассмотреть вопрос, как можно ускорить поставки и отказаться в годовом договоре от поставок, которые не могут быть выполнены в один год, предусмотрев эти поставки в другом двухгодичном договоре. При таком решении вопроса будет соблюден и принцип увязки.

После этого Риттер заявляет, что он, как ведущий переговоры, стремится найти выход из тех разногласий, которые выявились в результате экономических переговоров между СССР и. Германией по вопросу о сроках германских компенсаций советских поставок, и считает возможным внести от своего имени следующие предложения:

1. Принять последнее предложение тов. Сталина о двух договорах.

2. Установить срок балансирования через каждые 6 месяцев.

3. Если советские поставки в этот срок не будут полностью компенсированы Германией, то Советское правительство согласно будет перенести недокомпенсированную сумму, например, 20—25 млн. марок, до следующего срока балансирования на условиях кредита. То же условие относится и к такому случаю, когда германские поставки превысят поставки Советского Союза.

В ответ на это предложение тов. Молотов заявляет, что необходимо все же рассмотреть конкретный список объектов германских поставок, чтобы определить, что и в какие сроки Германия может поставить.

Риттер заявил, что все необходимые сведения об этих объектах и о сроках их изготовления вручены тов. Тевосяну. Затем Риттер пространно говорит о том, что Германия ищет у Советского Союза поддержки, поэтому надеется на благожелательное рассмотрение ее пожеланий. В ходе же переговоров с советской стороны обнаруживается какое-то недоверие к нам, говорит далее Риттер, как будто мы даром хотим получить советское сырье, в то время как мы его компенсируем.,

Тов. Молотов отвечает, что вопрос о поддержке Германии Советское правительство решит положительно и в этом, и в будущем году, однако принцип балансирования в определенным сроки должен быть предусмотрен. Здесь речь идет не о недоверии, а об экономической заинтересованности обеих сторон. Советское правительство пойдет навстречу

74

 


Германии, но оно уверено, что и Германия может удовлетворить пожелания советской стороны.

На беседе присутствовал советник германского посольства Хильгер.

Беседу записал Козырев

Сообщение г-на фон Риббентропа г-ну Сталину

Из докладов о течении происходящих в Москве экономических переговоров я усматриваю, что по целому ряду вопросов еще не удалось достигнуть удовлетворительного разрешения. При этом особое значение имеет вопрос, в какой срок советские поставки должны быть компенсированы германскими поставками. Советская сторона первоначально выставила требование, что обоюдные поставки должны балансироваться уже к 30 июня и к 31 декабря 1940 года, в то время как мы исходили из того, что выравнивание баланса путем германских поставок может произойти и позднее, в зависимости от времени, необходимого для их изготовления.

Во время последней беседы, которую г-н Сталин соизволил вести с г-ном Риттером, г-н Сталин предложил выйти из этого разногласия путем заключения двух договоров, а именно: одного на германские поставки, которые могут быть совершены в 12 и не долее чем в 15 месяцев, и другого на германские поставки, которые могут быть совершены только позднее. При этом размеры советских поставок, производимых в течение обоих отрезков времени, должны бы соответствовать стоимости германских поставок. Однако такого рода конструкция не могла бы удовлетворить германские интересы, так как она не только заметно снизила бы объем советских поставок, на которые мы рассчитывали в течение 1940 года, но и поставила бы под угрозу их непрерывное течение, которому при настоящем положении Германии я должен придавать решающее значение.

Ввиду этого я не могу не указать на нижеследующее.

Требование о выравнивании баланса в сравнительно короткий срок не соответствует ясному тексту письма, адресованного мне 28 сентября 1939 года Председателем Совета Народных Комиссаров СССР г-ном Молотовым* содержащиеся в нем и не вызывающие никакого сомнения заявления Правительства Союза ССР могут быть поняты только так, что советское сырье должно быть поставлено наивозможно скоро и в наивозможно больших количествах, в то время как германские компенсационные поставки, состоящие преимущественно из сложных готовых изделий, могут «производиться в течение продолжительного времени», т. е. не менее чем в срок, необходимый для их изготовления.

Однако я не хочу класть главную тяжесть на дословное содержание этого заявления Правительства Союза ССР, как бы ясно оно ни говорило в пользу моего мнения. В происходящих в настоящее время переговорах — и я думаю, что в этом пункте нет разногласия между г-ном Сталиным и мною,— речь, ведь, не идет о каком-либо из обычных экономических соглашений, цель которых состоит главным образом в наивозможно точном и одновременном выравнивании поставок той и другой стороны. Напротив, речь идет о том, чтобы своевременно осу-

___________________
* См. Документы...— Т. XXII. — Док. 648, прим. 229, 230.

75

 


ществить обещание, фактически данное правительством Союза ССР во время сентябрьских переговоров, хотя по особым причинам оно и не было запечатлено дословно в обмене письмами, а именно: то обещание, что Правительство Союза ССР исполнено воли оказать Германии экономическую поддержку в навязанной нам войне. Далее речь идет о том, чтобы по возможности быстро и широко произвести перестройку экономических взаимоотношений между обеими странами, так как это было решено «на основании и в духе достигнутого нами общего политического совещания». Вопрос о том, на какой срок и в каких размерах правительство Союза ССР будет совершать авансовые поставки, не может поэтому рассматриваться с точки зрения чисто экономического выравнивания баланса, но должен рассматриваться в свете достигнутого между обоими правительствами общего политического соглашения. Это соглашение тем временем дало Правительству Союза ССР — что в связи с вышеизложенным не может быть оставлено без внимания — возможность осуществить свои пожелания относительно бывших польских областей, а также обеспечить и закрепить свои интересы в Балтийском море. Тот факт, что это оказалось возможным благодаря, не в последнюю очередь, победе, одержанной Германией в Польше, может, кажется, в рамках настоящего вопроса расцениваться как довольно значительный германский аванс и как веское обоснование нашего пожелания получить от Правительства Союза ССР поддержку в нашей войне с Англией и Францией путем возможно быстрых и объемлющих поставок сырья.

При наличии вышеприведенных общих политических установок сдержанное отношение Правительства Союза ССР оправдывает себя тем менее, что следует принять во внимание, как германская сторона идет навстречу советской стороне при выполнении соглашений. На основании кредитного соглашения от 23 августа 1939 года мы уже теперь взяли на себя твердое обязательство совершить поставки на сумму свыше 90 миллионов марок, приступили к их выполнению и таким исключающим всякие сомнения образом доказали нашу волю и нашу способность к осуществлению этих поставок. Далее, в связи с предстоящим новым соглашением мы изъявили готовность совершить далеко идущие военные поставки, хотя в сентябрьском соглашении была речь только о промышленных поставках. Среди военного снаряжения, которое мы решили поставлять Союзу ССР, значительное место занимают предметы, которые мы другим странам никогда не показывали, не говоря уже о их поставке. Мы согласились поставлять военное снаряжение несмотря на то, что мы сами находимся в состоянии войны. Далее мы готовы предоставить Союзу ССР наш технический опыт в военной области. Таким образом, мы оказываем Правительству Союза ССР помощь, которую следует расценивать тем выше, что такого рода военное снаряжение в настоящий момент едва ли может быть получено с какой-либо другой стороны. Я был обрадован слышать, что г-н Сталин во время своей последней беседы с г-ном Риттером признал наличие нашего положительного отношения. При этом г-н Сталин, несомненно, учел те жертвы, которые мы несем, доставляя во время войны наиболее ценные виды вооружения.

Ввиду вышеизложенного, я искренне сожалел бы, если бы Правительство Союза ССР продолжало настаивать на своем требовании краткосрочного балансирования поставок и мы, вследствие этого, получили бы важные для нас советские поставки не так быстро и не в том количестве, как Правительство Союза ССР, само по себе, могло бы их осуществить. Поэтому я смею рассчитывать на то, что г-н Сталин, вновь

76

 


взвесив и обсудив вышеупомянутые и прочие еще открытые вопросы, примет во внимание изложенную мною точку зрения и даст все необходимые указания, чтобы сырье, которое Правительство Союза ССР может нам поставить, мы получили так скоро, как оно нам требуется, даже и в том случае, если германские поставки будут производиться в течение более продолжительного времени, чем Правительство Союза ССР этого требует. Я уверен, что г-н Сталин учтет эти соображения и что заключение договора состоится в первоначально предусмотренной форме.

Москва, 5 февраля 1940 г.

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 14, д. 155, л. 19—29.

 

 

38. БЕСЕДА ГЕНЕРАЛЬНОГО СЕКРЕТАРЯ ЦК ВКП(б) И. В. СТАЛИНА С ПОСЛОМ ПО ОСОБЫМ ПОРУЧЕНИЯМ, ГЛАВНЫМ ЭКОНОМИЧЕСКИМ ЭКСПЕРТОМ МИД ГЕРМАНИИ К. РИТТЕРОМ В КРЕМЛЕ

8 февраля 1940 г.* Особая папка

Тов. Сталин говорит, что письмо г-на Риббентропа** меняет несколько положение и советская сторона не может не считаться с ним. Он согласен с г-ном Риббентропом — заключить только один договор, а не два, как это предполагалось ранее, причем в течение первых 12 месяцев советская сторона будет поставлять сырье на сумму 420—430 млн. марок, не считая поставок по кредитному соглашению, германская сторона будет компенсировать промышленными и военными поставками на эту же сумму в течение 13 месяцев. В течение дальнейших 6 месяцев советская сторона поставит сырья на 220—230 млн. марок, а германская сторона будет компенсировать промышленными и военными поставками в течение 1 года. Таким образом, советская сторона поставляет сырье в сумме 640— 660 млн. марок в течение 18 месяцев, а германская сторона компенсирует эту сумму своими поставками в течение 2 лет и 8 месяцев.

В третьем полугодии советская сторона готова поставить Германии:

молибдена 500 тонн

вольфрама 500 тонн

кобальта 3 тонны и сверх обещанных количеств цветных металлов в первые 12 месяцев дополнительно будет поставлено в последующие 6 месяцев:

никеля 1500 тонн

олова 500 тонн

меди 600 тонн.

Выполнение обязательств советской и германской сторон с целью проверки правильности балансирования в указанных выше соотношениях проверяется каждые 6 месяцев в первый договорный год и каждые 3 месяца в последующее время.

___________________
* На беседе присутствовали также: с советской стороны — Председатель Совнаркома и нарком иностранных дел СССР В. М. Молотов, наркомы А. И. Микоян и И. Ф. Тевосян, торгпред СССР в Германии Е. И. Бабарин; с немецкой стороны — посол Ф. Шуленбург, посланник К. Шнурре, советник Г. Хильгер.
** См. док. 37.

77

 


Далее тов. Сталин говорит, что немецкая сторона должна дать подходящие цены на предметы военного оборудования и не завышать их («не пользоваться нашим добродушием» — как он выразился).

Тов. Микоян напоминает тов. Сталину о поднятом вопросе германской стороной относительно переработки рыбы в районе Мурманска, на который он еще не ответил.

Тов. Сталин дает ответ на этот вопрос — положительный для германской стороны.

Г-н Риттер благодарит тов. Сталина за быстрое разрешение вопроса и говорит, что новую схему договора, предложенную тов. Сталиным, он считает приемлемой, верно, они рассчитывали получить сырья за первый год больше названного количества, но в данном случае необходимо найти компромисс, и он считает, что таковой найден. Он отмечает, что должен посоветоваться с членами немецкой экономической делегации и дать завтра окончательное мнение германской стороны. Относительно цен он, Риттер, должен заявить, что оценка, по его мнению, была завышенной. О ценах разговор вообще не шел. В процессе коммерческих переговоров обе стороны не должны завышать цены, так как из-за этого повышения в итоге никто ничего не выиграет. За базовые цены должны будут браться довоенные цены. Во всяком случае германской стороной цены будут соблюдаться нормальные и соразмерные.

Г-н Риттер заявляет, что германская сторона готова продать советской стороне чертежи на крейсер «Бисмарк» и чертежи на 11-дюймовую артиллерию. Далее он говорит, что немецкие морские специалисты сообщили, что 15-дюймовые башни с технической стороны одинаковы с 11-дюймовыми башнями по своим барбетам, причем они готовы дать экспертизу, если будет на это потребность и желание советских специалистов.

Тов. Сталин спрашивает, что Германия изготовляет в настоящий момент 11-дюймовые башни.

Г-н Риттер говорит, что Германия не изготовляет их уже 3 года.

Тов. Сталин спрашивает, что Германия, по-видимому, изготовляет вместо 11-дюймовых башен 12-дюймовые башни.

Г-н Риттер заявляет, что они перешли от постройки 12-дюймовых башен к 15-дюймовым.

Тов. Микоян напоминает г. Риттеру, что германская экономическая делегация обещала продать чертежи на 40,7-см артиллерию.

Г-н Риттер сообщает, что они готовы продать советской стороне эскизы на эту артиллерию, тк как рабочие чертежи могут быть изготовлены через 6 месяцев, после изготовления деревянных моделей по имеющимся эскизам.

Тов. Сталин спрашивает, какая артиллерия стоит на крейсере «Лютцев» 20,3-см или больше, если больше 20,3-см, то советской стороне такой крейсер не нужен.

Г-н Риттер вместе с т. Тевосяном подтверждают, что на крейсере «Лютцев» артиллерия стоит 20,3-см.

Г-н Риттер далее говорит, что в Москве весь дипломатический корпус ожидает подписания соглашения между СССР и Германией 10 февраля 1940 г. Он хотел бы, чтобы эти слухи оправдались.

Тов. Сталин говорит, что пусть дипломатический корпус, муссирующий этот слух, окажется не совсем не прав. Беседа продолжалась 1 час. 15 мин.

Записал Бабарин

Архив Президента РФ, ф. 56, on. 1, п. 298, л. 29—32.

78

 


 

 

39. БЕСЕДА 1-ГО СЕКРЕТАРЯ ПОЛПРЕДСТВА СССР В ГЕРМАНИИ В. Н. ПАВЛОВА С ГЕРМАНСКИМИ ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ

Разослано: Ген. Секретариат, т. Потемкину, т. Молотову

9 февраля 1940 г.

Обедал в ресторане с директором Кенигсбергской ярмарки Иона-сом и референтом бюро Риббентропа Шютте, являющимся представителем ярмарки в Берлине. Цель обеда, как заявил мне Шютте,— знакомство с Ионасом в связи с подготовкой советского павильона на выставке к августу 1940 года*.

Ионас в беседе со мной подчеркнул, что он говорит со мной по поручению руководителя национал-социалистской партии по Кенигсбергскому округу (гаулейтера) Коха, особо заинтересованного в экспонировании на выставке советских товаров и превращении Кенигсберга в транзитный пункт советского экспорта.

Ионас указал на желательность экспонирования не только предметов сельскохозяйственного экспорта, но также и промышленного экспорта СССР, которым могут интересоваться, например, Литва, Латвия, Эстония, принимающие участие в выставке. Кроме перечисленных стран и СССР в выставке согласились участвовать Швеция, Норвегия, Италия и Маньчжоу-Го. Затеи Ионас выразил желательность открытия в Кенигсберге отделения торгпредства, которое там существовало раньше. Ионас особенно подчеркивал подготовленность Кенигсберга как транзитного пункта советско-германского товарооборота (наличие перегрузочных устройств, силосов** и пр.) и заинтересованность в этом назначении Кенигсберга в коммерческих кругах.

Ионас хорошо говорит по-русски, был несколько раз в СССР, сначала в 1921 году в Сибири в качестве уполномоченного по эвакуации германских военнопленных в Сибири, затем в 1925 г., 1928 и 1929 гг. по торговым делам в Харькове, Москве, Тбилиси. Хвастался, что знаком со Шмидтом О. Ю., профессорами Визе и Самойловичем, режиссером Пудовкиным, Натой Вачнадзе и др. Хорошо знает экономику СССР, следит за ней, имея в Кенигсберге библиотеку по этим вопросам в 15 000 томов, В Берлине Ионас владеет издательством, публикующим различную литературу по Восточной Европе.

В ответ на мои осторожные вопросы о серьезности планов открытия советского павильона на выставке в Кенигсберге Ионас заверил меня, что эти планы согласованы уже с соответствующими правительственными органами и гаулейтером Кенигсберга Кохом, который намеревается посетить тов. Шкварцева в ближайшее время.

По всем организационным вопросам я рекомендовал Ионасу обратиться к тов. Шкварцеву с письмом, что он обещал сделать.

Павлов

АВП РФ, ф. 082, on. 23. п. 95, д. 4, л. 106107.

___________________
* См. также док. 131.
** Silo (нем.) — специальное зернохранилище, бункер, элеватор.

79

 


 

 

40. ТЕЛЕГРАММА ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. Г. ДЕКАНОЗОВА ПОЛНОМОЧНОМУ ПРЕДСТАВИТЕЛЮ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ АФГАНИСТАН К. А. МИХАЙ ЛОВУ

9 февраля 1940 г.

Вам необходимо в ближайшее время посетить мининдел и заверить от имени Советского правительства, что Советский Союз хочет сохранить и укрепить мир с Афганистаном. В качестве повода для такого заявления используйте распространение определенной иностранной прессой провокационных измышлений о якобы имеющихся у Советского Союза агрессивных намерениях по отношению к Афганистану.

Это заявление сделайте в отдельной беседе, не приурочивая к вручению нашего ответа на афганские предложения по пограничным вопросам. Исполнение телеграфируйте[36].

Деканозов

АВП РФ, ф. 059, on. I, п. 323, д. 2217, л. 20.

 

 

41. ХОЗЯЙСТВЕННОЕ СОГЛАШЕНИЕ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ГЕРМАНИЕЙ

[11 февраля 1940 г.] В письмах, которыми 28 сентября 1939 года обменялись Председатель Совета Народных Комиссаров и Народный Комиссар Иностранных Дел СССР, с одной стороны, и Министр Иностранных Дел Германии, с другой*, было установлено, что Правительство Союза Советских Социалистических Республик и Правительство Германии, на основании и в духе достигнутого общего политического соглашения, исполнены воли всемерно развивать экономические отношения и товарооборот между Союзом Советских Социалистических Республик и Германией. Для этой цели обе Стороны должны были составить экономическую программу, согласно которой Союз Советских Социалистических Республик будет поставлять Германии сырье, которое Германия в свою очередь будет компенсировать промышленными поставками, производимыми в течение продолжительного времени.

В результате переговоров по составлению и проведению предусмотренной экономической программы Правительство Союза Советских Социалистических Республик и Правительство Германии пришли к соглашению о нижеследующем:

Статья 1

За время с 11 февраля 1940 года по 11 февраля 1941 года сверх поставок, предусмотренных Кредитным Соглашением от 19 августа 1939 года, Союзом Советских Социалистических Республик будут поставлены в Германию перечисленные в прилагаемом списке № 1 товары на сумму в 420—430 миллионов германских марок.

___________________
* См. Документы...— Т. XXII — док. 645, прим. 229, 230.
** Не публикуется.

80

 


Статья 2

За время с 11 февраля 1941 года по 11 августа 1941 года также сверх поставок, предусмотренных Кредитным Соглашением от 19 августа 1939 года, Союзом Советских Социалистических Республик будут поставлены в Германию товары по номенклатуре списка № 1 на сумму в 220—230 миллионов германских марок, причем стоимость или количество этих товаров будет равняться половине стоимости или количества, обозначенных для отдельных товаров в списке 1.

Статья 3

Правительство Союза Советских Социалистических Республик обязуется принять все необходимые меры, чтобы обеспечить выполнение поставок, указанных в статьях 1 и 2. Проведение поставок должно начаться немедленно.

Статья 4

Для компенсации предусмотренных в статье 1 советских - поставок за время с 11 февраля 1940 года по И мая 1941 года будут поставлены из Германии Союзу Советских Социалистических Республик германские изделия, обозначенные в прилагаемых списках: № 2* (военное снаряжение) и № 3* (промышленное оборудование и другие промышленные изделия), на сумму в 420—430 миллионов германских марок.

Статья 5

Для компенсации предусмотренных в статье 2 советских поставок будут поставлены за время с 11 мая 1941 года по 11 мая 1942 года из Германии Союзу Советских Социалистических Республик германские изделия, обозначенные в прилагаемых списках: № 4* (военное снаряжение) и № 5* (промышленное оборудование и другие промышленные изделия), на сумму в 220—230 миллионов германских марок.

Статья 6

Правительство Германии обязуется принять все необходимые меры, чтобы обеспечить размещение заказов и осуществление поставок, указанных в статьях 4 и 5.

Проведение германских поставок должно начаться немедленно.

Статья 7

В приложенном к настоящему Соглашению списке № 6** обозначены установки, оборудование и технические способы производства, в приобретении или же в поставке которых заинтересовано Правительство Союза Советских Социалистических Республик. Обе Стороны примут все меры, которые окажутся необходимыми, чтобы коммерческие договоры на обозначенные в этом списке установки, оборудование и способы производства были заключены как можно скорее.

___________________
* Не публикуются.
** Не публикуется.

81

 


Платежи, срок которых на основании этих договоров будет наступать в течение действия настоящего Соглашения, будут оплачиваться с особых счетов Союза Советских Социалистических Республик в Германии в соответствии с действующим порядком советско-германских расчетов. Эти платежи будут использованы для балансирования поступлений за предусмотренные в статье 1 советские поставки, если срок платежей наступит в течение первых 15 месяцев действия настоящего Соглашения, и для балансирования поступлений за советские поставки, предусмотренные в статье 2, если срок платежей наступит в течение последующих 12 месяцев. Для этого балансирования будут использованы также другие платежи, поступающие на особые счета Союза ССР в Германии, например платежи за транзит.

Статья 8

В обмене письмами от 28 сентября 1939 года* Правительство Союза Советских Социалистических Республик выразило готовность дополнительно к условленному или долженствующему еще быть условленным количеству нефти поставлять дальнейшие количества нефти, соответствующие ежегодной продукции нефтяной области Дрогобыча и Бо I рислава, с тем чтобы половина этого количества поставлялась в Германию из нефтяных источников названной области, а другая половина — из других нефтяных областей Союза Советских Социалистических Республик. В качестве компенсации за эти нефтяные поставки Союз Советских Социалистических Республик получал бы германские поставки каменного угля и стальных труб.

Существует согласие о том, что подлежащие, на основании вышеизложенного, поставке за время с 28 сентября 1939 года по 28 сентября 1940 года количества нефти и нефтепродуктов включены в количество, обозначенное в списке № 1. Расчетная оценка поставок каменного угля и стальных труб исходит из того, что это первое годовое количество соответствует сумме в 30 миллионов германских марок. С Германской Стороны эти поставки нефти будут компенсироваться поставками угля на сумму в 20 миллионов германских марок и стальных труб на сумму в 10 миллионов германских марок. Эти поставки должны быть закончены до 28 сентября 1940 года.

Статья 9

Обе Стороны исходят из того, что обоюдные поставки на основании настоящего Соглашения должны балансироваться.

Советские поставки, производимые в течение первых 12 месяцев действия Соглашения, будут компенсироваться германскими поставками до 11 мая 1941 года, причем по истечении первых 6 месяцев 50% предусмотренных на первый договорный период советских поставок должны противостоять 40% предусмотренных на тот же промежуток времени германских поставок, и по истечении 12 месяцев 100% советских поставок должны противостоять 80% германских поставок. Остаток германских поставок должен быть выполнен в течение последующих 3 месяцев.

Советские поставки, производимые за время с 13 до конца 18 месяца действия Соглашения, должны быть компенсированы германскими по-

___________________
* См. Документы...— Т. XXII.— Док. 646, прим. 229, 230.

82

 


ставками, производимыми за время с 16 до конца 27 месяца, считая со дня вступления в силу настоящего Соглашения, равномерными частями по квартальным периодам. Предусмотрено, что в течение этого второго договорного периода должен составляться каждые три месяца баланс

поставок.

Статья 10

Каждое из обоих Правительств назначит своих уполномоченных, которые будут встречаться в сроки, предусмотренные в предыдущей статье. Задача этих уполномоченных будет состоять в том, чтобы вести текущее наблюдение за общим хозяйственным оборотом между Союзом Советских Социалистических Республик и Германией и за соблюдением указанных в предшествующей статье процентных соотношений между советскими и германскими поставками, принимая все необходимые меры к осуществлению обусловленной между обоими Правительствами экономической программы и, в частности, к выравниванию упомянутых процентных соотношений.

Уполномоченные обоих Правительств имеют право осуществлять непосредственные письменные или устные сношения в рамках возложенных на них задач. Они могут привлекать к своим совещаниям необходимых в их работе экспертов.

Если к какому-либо из сроков, для которых установлены в статье 9 процентные соотношения между советскими и германскими поставками, такое соотношение будет нарушено, то обе Стороны принимают меры к устранению несоответствия в кратчайший срок, причем средством к выравниванию для Германской Стороны будут служить дополнительные поставки, в частности поставки угля. В случае недостижения этого заинтересованная Сторона имеет право временно приостановить свои поставки до установления предусмотренного соотношения.

Статья 11

При выполнении настоящего Соглашения применяются:

а) Соглашение о товарном и платежном обороте от 31 декабря 1939 года;

б) постановления статьи IV и пункта 3 статьи V Кредитного Соглашения от 19 августа 1939 года.

Кроме того, при оплате советских обязательств по заказам, выдаваемым на основании настоящего Соглашения, применяются по их смыслу постановления, содержащиеся в пункте 5 статьи V упомянутого Кредитного Соглашения;

в) Конфиденциальный Протокол от 26 августа 1939 года.

Статья 12

Стороны условились, что предоставленные на основании обмена письмами от 28 сентября 1939 года облегчения по транзитному сообщению* (понижение фрахтов на соевые бобы на 50% и оплата всех железнодорожных фрахтов в транзитном сообщении в рамках советско-германских расчетов) будут иметь силу в течение всего времени действия настоящего Соглашения. При этом, в целях использования сумм, уплачиваемых

___________________
* См. Документы...—Т. XXII.— Док. 646, прим. 229, 230.

83

 


Германской Стороной в германских марках за транзит, Германская Сторона будет оказывать свое содействие Советской Стороне в размещении заказов в Германии и в приобретении в Германии товаров и технических способов производства.

Статья 13

Настоящее Соглашение ни в чем не затрагивает Кредитного Соглашения между Союзом Советских Социалистических Республик и Германией от 19 августа 1939 года, которое полностью остается в силе.

Статья 14

Настоящее Соглашение вступает в силу со дня подписания. Составлено в двух экземплярах, каждый на русском и немецком языках, причем оба текста имеют одинаковую силу.

Совершено в Москве 11 февраля 1940 года.

По уполномочию Правительства За Правительство Союза Советских Германии

Социалистических Республик

А. Микоян К. Риттер

Е. Бабарин К. Шнурре

АВП РФ, ф. 03а.

Приложение

КОНФИДЕНЦИАЛЬНЫЙ ПРОТОКОЛ

В связи с подписанием сего числа Хозяйственного Соглашения между Союзом Советских Социалистических Республик и Германией, нижеподписавшиеся Уполномоченные Правительств обеих Сторон условились о нижеследующем:

Правительство Союза ССР даст указания соответствующим советским хозяйственным организациям о том, чтобы они вступили в переговоры с германскими организациями, которые будут указаны Германским Правительством, по вопросу о советских закупках цветных металлов и других товаров в третьих странах и о продажах этих металлов и товаров Германии. Такие продажи должны будут совершаться советскими хозяйственными организациями на основе оплаты товара германскими покупателями в размере 70% в свободной к трансферу иностранной валюте, по выбору советских организаций-поставщиков, и в размере 30% — в германских марках на основе Соглашения о торговом и платежном обороте от 31 декабря 1939 года. Если германский покупатель окажется не в состоянии произвести платеж в предложенной советскими хозяйственными организациями валюте, то он может предложить уплату в другой свободной к трансферу валюте. В случае отказа советской хозяйственной организации от данной валюты, платеж производится золотом на условиях по соглашению между покупателем и советской хозяйственной организацией-поставщиком.

84

 


В связи с этим, в целях использования поступающих в пользу советских хозяйственных организаций сумм в германских марках по указанным продажам металлов и других товаров. Германская Сторона будет оказывать свое содействие Советской Стороне в размещении заказов в Германии и в приобретении в Германии товаров и технических способов производства.

Москва, 11 февраля 1940 года (Подписи)

Обмен письмами между А. И, Микояном и К. Шнурре 11 февраля 1940 г.

Настоящим имею честь подтвердить Вам нижеследующее: Правительство СССР поручит надлежащим советским органам произвести в Германию, в течение первых 12 месяцев действия подписанного сего числа Хозяйственного Соглашения, следующие поставки: 5000 тонн меди 1500 тонн никеля 450 тонн олова и за время с 11 февраля 1941 г. до 11 августа 1941 г, меди 6000 тонн

никеля 1500 тонн

олова 500 тонн

молибдена 500 тонн вольфрама 500 тонн кобальта 3 тонны

Означенные поставки включаются в общую сумму советских поставок, предусмотренных соответственно в статьях 1 и 2 Хозяйственного Соглашения от 11 февраля 1940 года.

Оплата означенных поставок будет производиться в рамках действующего порядка советско-германских расчетов.

Примите уверения в высоком к Вам уважении.

АВП РФ, ф. 03а, Германия, д. 09—012.

 

 

42. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА В НКИД СССР

12 февраля 1940 г.

По информации, полученной от Лескринера, корреспондента швейцарской «Националь Цейтунг», одновременно работающего в агентстве «Юнайтед пресс» и имеющего связь с «маленькими» людьми из МИД и канцелярии Гитлера, как Гитлер высказывался по поводу поездки Уэллеса[37]. Гитлер якобы заявил, что Уэллеса, враждебно настроенного к Германии и лично к Гитлеру, в Берлине примут и выслушают, но Германия не отступит от своих колониальных требований. Заключение мира с Англией Гитлер считает сейчас невозможным. В связи с поездкой Уэллеса произошла телефонная консультация Гитлера с Муссолини. По сведениям того же Лескринера, полученным им от работников МИД, политика Германии в отношении СССР не претерпела никаких изменений. Ее поддерживают крупные промышленники. Против этой политики высту-

85

 


пают лишь идеологи национал-социализма, строившие третью империю на антисоветской пропаганде.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 315, д. 2174, л. 104.

 

 

43.БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ВЕНГРИЯ Н. И. ШАРОНОВА С МИНИСТРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕНГРИИ И. ЧАКИ

Разослано: т. Молотову, т. Потемкину, т. Деканозову

13 февраля 1940 г.

Был у министра иностранных дел Чаки. На вопрос «Какие новости?» я ответил, что пришел узнать новости у него.

Чаки начал и продолжал говорить в течение 40 мин., причем мне только несколько раз удалось перебить его вопросами.

Чаки сказал, что они очень довольны заявлением тов. Потемкина Криштоффи, что тов. Потемкин считает советско-венгерскую границу одной из самых стабильных в Европе, а они (венгры) не обращают особого внимания на пограничные случаи, которые Чаки даже не считает возможным назвать инцидентами, т. к. граница еще новая. Затем он перешел на заявление Криштоффи*, переданное тов. Потемкину по поводу встречи в Венеции [11], и сказал, что он считал это необходимым заявить ввиду кампании итальянской печати [38].

Ч[аки] говорит, что он просил Чиано утихомирить агентство «Стефани». «Об СССР мы, конечно, много говорили,— продолжал Чаки,— но никакого военного союза не организовали, и я заявил Чиано, что мы спокойны за нашу карпатскую границу, никаких разногласий с Советами не имеем вообще и угрожаемыми себя с этой стороны не чувствуем».

Затем Ч[аки] перешел к его докладам в комиссиях по иностранным делам парламента и сената и сообщил, что главное, на что ему пришлось обратить внимание в докладах,— подтверждение крепости оси Берлин — Рим, о разрушении которой советско-германским договором много говорилось со стороны, главным образом, союзников.

«Я не знаю глубокие пружины и направление некоторых действий этой оси, но что она крепка и что Италия, связанная с Германией, должна иметь ту же политику по отношению к Вам, что и Германия, в этом я уверен»,— заявил Чаки.

После этого Чаки заявил, что коммюнике Балканской Антанты подействовало на него как удар грома, он не ожидал такого решения, которое превратило Балканскую Антанту в военный союз, в Малую Антанту № 2, призванную защищать постановления Версаля и направленную не против Венгрии или Болгарии, или обеих вместе, но против Германии и СССР.

«Вы думаете?» — перебил я Чаки.

«Конечно,— ответил он,— мы надеялись, что Югославия и, возможно, Греция будут противостоять политике Турции — ведущей страны в Балканской Антанте,— но хотя сейчас победителем называют Гафенко, это неверно, победила Турция, т. е. представительница союзников, сколь-

___________________
* См. док. 16.

86

 


зяшая в войну, и при своем вступлении в войну Турция потянет и остальных трех за собой,

Я знаю, что Сараджоглу добился от Болгарии согласия в случае Вашей войны с Румынией соблюдать нейтралитет и не набрасываться на Добруджу, хотя при последнем разговоре болгары на вопрос Сараджоглу, «а что будет, если отступающие румынские войска перейдут болгарскую границу?», ответили ему, что при виде румынских войск у себя они должны будут решить вопрос, «война ли это или нет».

Мы дали директиву газетам — о Румынии ничего не писать, как будто ее нет, и хотя румынский посланник каждый раз меня спрашивает, «что это значит?», я ему отвечаю «нечего писать».

Мы не хотим войны и удерживаемся от всего, что могло бы дать румынам возможность ее спровоцировать. Поэтому и заседания комиссии по иностранным делам не были опубликованы, чтобы не дать возможность Гафенко сказать, что я резко говорил о Румынии, что мы готовимся к войне с ней и т. д.».

«А как Вы смотрите на термин „национальная территория"?»— спросил я.

«Я знаю, что Гафенко дал посланникам в Будапеште и Белграде указание, что этот термин должен толковаться как „государственная территория"»,— ответил Чаки.

«Мы это поняли по прочтении коммюнике, но эту «победу» Гафенко, т. е. отказ от ревендикаций, мы рассматриваем как Пиррову, потому что мы от своего не откажемся никогда, и если победят в войне союзники и мы останемся в теперешних границах, мы зажжем пожар во всей Европе».

Я заметил, что тов. Молотов в своей речи на сессии Верховного Совета сказал, «что второго Версаля не будет».

Чаки повторил: «Ни Версаля, ни Трианона, мы уже заявляли, что до греческих календ мы ждать не будем, но если даже союзники победят, то, повторяю, мы начнем воевать».

Я заметил, что сегодня получено сообщение о подписании торгового договора СССР — Германия*, и я думаю, что мы хлебом и сырьем сможем долго снабжать Германию.

Чаки заявил в ответ, что англичане не умны, рассчитывая на победу, думая, что немцев сломить легко, в то время как эта богатая нация (англ.) прежде всего не победит потому, что привыкла к слишком «хорошей жизни».

«Кстати,— говорит Чаки,— у меня был английский посланник О'Маллей, и на вопрос, как я расцениваю результаты Белграда, я ему ответил, что хотя Англия и победила в Белграде, но мы спокойствия не теряем, что мы понимаем, что это в первую очередь направлено против Германии и СССР и косвенно, конечно, против нас. Посмотрите на приготовления Турции, кроме стараний иметь театр войны в Скандинавии»,

«Вы считаете, что Турция собирается воевать с нами. Мы ведь имеем договор о братстве и, кроме того, землетрясение привело Турцию к значительным затруднениям»[1],— заметил я.

Чаки ответил, что, по его сведениям, восточные дороги около оз. Ван, Трапезунда, Эрзерума спешно восстанавливаются, военные специалисты венгерские сообщили ему, что сирийскую и египетскую армии можно

___________________
* См. док. 41.

87

 


легко транспортировать через Дарданеллы, и, видимо, говорит он, приготовляется новая Крымская война.

Я заметил, что после Крымской войны был 1920 г., когда корабли Антанты частью ушли и частью бежали из Черного моря.

«Да, но англичане большие любители истории»,— ответил Чаки.

Затем он заметил, что не может понять изменения турецкой политики после Ататюрка, а Гитлер, которому он задавал этот вопрос (о причинах изменения политики Турции), ответил ему, что все турецкие правительства покупаются.

Затем Чаки еще раз заявил, что они будут воздерживаться от всякой газетной полемики с румынами и будут стараться всяческими способами избежать войны, что соответствует желаниям и СССР и Германии; кстати, говорит он, у него был шведский посланник, который заявил ему о твердом решении Швеции в войну против СССР не вступать.

После нескольких слов о вооруженности Швеции и Норвегии я спросил его (прошло уже 40 мин.), послан ли в Москву список товаров, желательных к экспорту и импорту, чтобы мы могли иметь его до приезда делегации.

Он ответил, что он получил от Криштоффи сообщение, что мы требуем официальный список, перед тем как решить вопрос о приеме делегации, и что этот список был уже отправлен в Москву и, возможно, сегодня уже находится в Москве.

«Мы очень хотим поскорее урегулировать этот вопрос»,— сказал Чаки.

Шаронов

АВП РФ, ф. 077, on. 20, п. 109, д. 3, л. 26—28.

 

 

44. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО С ПАРЛАМЕНТСКИМ ЗАМЕСТИТЕЛЕМ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ Р. О. БАТЛЕРОМ

Разослано: т. Молотову, т. Лозовскому

16 февраля 1940 г.

Этот завтрак состоялся 16 февраля в полпредстве. На нем присутствовало только трое — Батлер, я и моя жена. У меня не было никакой целевой установки в отношении данного завтрака. Я просто пригласил Батлера к себе в целях поддержания отношений. И, действительно, вначале разговор шел на самые разнообразные и малополитические темы — о «Войне и мире» Толстого, которого Батлер ставит очень высоко, об Индии, где Батлер родился и провел раннее детство (его отец был важным сановником индийской службы), о моих путешествиях в детские годы по Сибири и т. д. Но потом моя жена в порядке вежливости задала Батлеру вопрос, как поживает Сидс[23] с супругой. Батлер охотно воспользовался этим случаем для того, чтобы перевести беседу на более политические рельсы. Он ответил на вопрос жены, что Сидс не совсем здоров, что он лечится, что срок его отпуска еще не истек и т. д., говоря обо всем этом в таком тоне, как если бы ничего не случилось и Сидс приехал в Англию на самые обыкновенные, нормальные каникулы. Можно было понять, что, как только Сидс закончит свое лечение, он вновь вернется в Москву.

88

 


Далее разговор перешел на советско-английские отношения и, конечно, на Финляндию. Я заметил, что, сколько ни присматриваюсь и ни прислушиваюсь ко всему окружающему, все-таки никак ясно не могу понять линии Британского правительства в отношении СССР и в отношении Финляндии. Батлер рьяно откликнулся на мое замечание и стал довольно пространно формулировать эту линию. В его изображении она сводилась к следующему: с одной стороны, Британское правительство хотело бы «спасти Финляндию», но, с другой стороны, оно не хотело бы доводить дело до разрыва, а тем более до войны с СССР. Наилучшим выходом из создавшегося положения, по мнению Британского правительства, могло бы быть мирное урегулирование финско-советского спора. В этой связи Батлер стал интересоваться вопросом о том, возможно ли, мыслимо ли такое мирное урегулирование? Возможно ли, мыслимо ли какое-либо посредничество? Ставил он эти вопросы в самой общей форме, без всякой конкретизации, так сказать «принципиально». Однако можно было понять, что Британское правительство как будто бы заинтересовано в скорейшей ликвидации финской войны и даже не прочь было бы сыграть роль посредника. Я ответил, что события в Финляндии зашли уже слишком далеко, и что мне трудно помыслить о возможности какого-либо соглашения между Советским правительством и правительством Рюти — Таннера. Тогда Батлер в несколько завуалированной форме перешел на позицию той «локализации» финского вопроса, о которой я говорил с ним 30 января*. Он, правда, указал на трудности, связанные с проведением такой линии в нынешней разгоряченной атмосфере, но все-таки считал это осуществимым при наличии «хладнокровия и терпения» со стороны как СССР, так и Великобритании. «Локализация» в понимании Батлера выглядела примерно так: СССР ведет свою войну в Финляндии, а Англия оказывает поддержку Маннергейму и К-о в пределах нынешних форм, то есть путем доставки оружия, аэропланов и проч., путем посылки волонтеров на базе «стимулированного добровольчества», путем разного рода политико-общественных демонстраций вроде назначения Верекера «посланником в Финляндию», публичного пожертвования королевой вещей в «финляндский фонд» и т. п. «Локализация», однако, исключает посылку англичанами регулярных войск в Финляндию. Батлер говорил, что дальше этого Британское правительство пойти не может, ибо на него оказывается сильнейшее давление со стороны общественности, в особенности со стороны лейбористов. Только что вернувшаяся из Финляндии «рабочая делегация» во главе с Ситриным** всячески нажимает на правительство, требуя усиления и активизации «помощи Финляндии».

Я заметил, что «локализация» в понятии Батлера выглядит почти как война, ибо ведь «волонтеры», как мы знаем из испанского опыта, являются понятием весьма растяжимым и могут покрывать даже чуточку завуалированные для внешнего глаза, но самые настоящие армейские корпуса.

Батлер возражал и при этом прибавил, что правительство, пожалуй, могло бы пойти на известное сокращение помощи Финляндии, если бы оно было твердо уверено, что Швеции и Норвегии не угрожает никакая опасность. Он, Батлер, считает необходимым со всей откровенностью сказать, что в случае такой опасности для Скандинавии Англия, вне всякого сомнения, вмешалась бы в события самым активным образом.

___________________
* См. док. 30.
** Ситрин, сэр Уолтер—генеральный секретарь профсоюзов Великобритании,

89

 


Я высмеял страхи Батлера в отношении Скандинавских стран (поскольку, по крайней мере, речь идет об СССР), но видно было, что мои аргументы не вполне рассеяли его сомнения.

Батлер очень интересовался также советско-германским торговым договором, подписанным 11 февраля*. Он раза 2—3 в разных комбинациях возвращался к этой теме и все старался выяснить: надо ли после этого договора окончательно рассматривать СССР и Германию как «союзников»? Разумеется, я утверждал, что между СССР и Германией нет никакого «союза» и что торговый договор есть не более как торговый договор. Однако и на этот раз было очевидно, что Батлер принимает мои слова лишь с большими «мысленными оговорками».

В ходе беседы Батлер вспомнил, между прочим, о прошлогодних летних переговорах. Он заметил при этом, что разрыв переговоров явился для англичан большим «шоком», но более всего их взволновал даже не самый разрыв, а та форма, в которой он произошел. Как? Пригласить в Москву военную делегацию Британской империи и затем заявить этой делегации, что она не нужна, что она может отправляться восвояси,— таких вещей с англичанами еще не бывало, и такие вещи англичане легко не забывают. Конечно, сейчас страсти, вызванные указанными событиями, несколько улеглись, но Батлер сомневается, чтобы следы этого «оскорбления» были так скоро забыты.

Я возразил, что уж если дело пошло на перечисление «обид», то у нас имеется также довольно длинный счет к англичанам.

«Вы имеете в виду Мюнхен?»[39] — быстро спросил Батлер.

Я ответил, что Мюнхен — Мюнхеном, а сверх того имеются еще и другие случаи, включая, например, ту историю, которая летом прошлого года произошла с вопросом о поездке Галифакса в Москву[40]. Батлер в этом месте явно смутился и поспешил замять разговор. Батлер упомянул и о «Синей книге», посвященной летним переговорам о пакте[31]. По его словам, как в английском, так и во французском правительствах имеются разные мнения о целесообразности выпуска этого сборника документов. Однако вопрос окончательно еще не решен, и точно еще неизвестно, когда будет решен. Упомянул Батлер и о своем желании побывать в СССР, если и когда обстоятельства для этого сложатся благоприятно. Он очень интересуется нашей страной, хотел бы ее посмотреть, по ней поездить. Учитывая нынешнюю обстановку, я встретил эти слова Батлера вежливо, но сдержанно. Впрочем, поездка в СССР у него давнишняя идея. Он раза два говорил со мной на данную тему еще в прошлом году.

Из новостей текущей политики Батлер в этот раз затронул лишь поездку Самнера Уэллеса[37] в Европу. Он сказал, между прочим, что решение Рузвельта о посылке своего уполномоченного за океан явилось для Британского правительства полной неожиданностью. Никаких предварительных зондажей или переговоров с Лондоном американское правительство по этому поводу не вело. Лично Батлер не ожидает от данной поездки больших результатов.

Полпред СССР в Великобритании И. Майский

АВП РФ, ф. 069, on. 24, п. 68, д. 7, л. 19—23.

___________________
* См. док. 41.

90

 


 

 

45 БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ЧЛЕНОМ ПАЛАТЫ ОБЩИН ПАРЛАМЕНТА ВЕЛИКОБРИТАНИИ Р. СТАФФОРДОМ КРИППСОМ

Разослано: т. Сталину, т. Ворошилову, т. Кагановичу, т. Микояну, т. Потемкину, т. Деканозову, т. Лозовскому, Полпреду в Великобритании

16 февраля 1940 г.

Криппс начал с того, что его интересуют причины, помешавшие торговому сближению между Англией и Союзом.

Криппс сообщает, что он зарекомендовал себя перед Британским правительством человеком, хорошо ориентирующимся в политике Союза, тем, что правильно предсказал: возможность заключения Германией договора с Союзом и возможность вступления советских войск в Польшу[33].

Криппсу в октябре 1939 года удалось убедить Галифакса искать пути улучшения торговых отношений Англии с Союзом. Это согласие Галифакса было доведено до сведения Майского, который должен был запросить Москву*. Но ответа со стороны Советского правительства не последовало. Криппс интересуется, какие причины помешали начать переговоры о торговом соглашении в октябре и ноябре 1939 г.

Тов. Молотов отвечает, что в сентябре — октябре начали оживляться торговые дела между СССР и Англией, что привело к некоторым сделкам. Но одновременно СССР и тогда, и после на каждом шагу чувствовал недружелюбное, а зачастую и прямо враждебное отношение Англии к Союзу, проявлявшееся во многих актах в разных странах. Например, на Дальнем Востоке английскими властями были задержаны пароходы с советскими товарами, один из которых — советский пароход «Селенга»** — до сих пор не освобожден. Это недоброжелательное отношение Британского правительства не создает обстановки для интересующих Криппса переговоров. Надо отметить, добавляет т. Молотов, что за весь этот период времени Советский Союз не проводит никакой враждебной политики, тогда как уже в самое последнее время союзник Англии — Франция организовала полицейский налет на торгпредство в Париже***.

Криппс соглашается, что налет на торгпредство в Париже очень неприятное происшествие и английское правительство в связи с этим событием поставлено в весьма неудобное положение.

Далее Криппс разделяет время последних международных событий на 3 периода:

1  период — до «оккупации» Польши,

2  период — после «оккупации» Польши до начала войны в Финляндии и

3  период — после начала событий в Финляндии.

Торговые переговоры, которые интересуют Криппса, относятся именно ко второму периоду, когда, по мнению Криппса; можно было рассчитывать на благоприятное их развитие. Если теперь и дальше, впредь До окончания войны в Финляндии, не приходится рассчитывать на развитие советско-английской торговли, то все же непонятно Криппсу, по-

___________________
* См. Документы... — Т. XXII.—Док. 689, 724.
** Советский пароход «Селенга» с грузом вольфрама был задержан британским военным кораблем у Формозы 13 января 1940 г.
*** См. док. 36.

91

 


чему торговое соглашение не могло состояться в период до начала этой войны.

Тов. Молотов отвечает, что Советский Союз не отказывался от развития торговых дел с Англией в указанный Криппсом «второй период». Но и в тот период со стороны Английского правительства создавалась неблагоприятная обстановка не только для политических, но и для торговых переговоров. К этому же периоду относятся переговоры СССР с Финляндией. Мы заключили договоры о взаимопомощи с прибалтами*, и страны Прибалтики сами могут Вам подтвердить, что мы не затронули этим их независимости, их внешней и внутренней политики. Мы хотели меньшего со стороны финнов, исключив из своих предложений вопрос о взаимопомощи, поскольку финны, исходя из своего понимания нейтралитета, возражали против этого. Но мы не достигли соглашения в этих переговорах и нам понятно, почему это вышло. Если бы Англия не настраивала финнов против СССР, то мы договорились бы с ними, но из-за указанных внешних воздействий они не согласились на наши предложения, не затрагивавшие суверенитета Финляндии и вместе с тем компенсировавшие их территориальные уступки, необходимые Советскому Союзу для обеспечения безопасности Ленинграда и Финского залива, территориями за счет СССР в увеличенном вдвое размере. При такой враждебной политике Англии в отношении Союза, как можно было рассчитывать на успех торговых переговоров.

Криппс добавляет к сказанному им, что в свое время он посетил Галифакса и спросил его, не имеется ли со стороны Англии какого-либо давления на Финляндию в связи с советско-финскими переговорами. На это был получен отрицательный ответ. Ответ Галифакса Криппс передал Майскому. Последний не сообщил конкретных фактов враждебных действий Англии в отношении Союза, но сказал, что такие действия, возможно, были предприняты в Швеции. Криппс, запросив Галифакса и по этому сообщению Майского, также получил от Галифакса отрицательный ответ. Криппс говорит, что, возможно, были личные выступления отдельных членов правительства против СССР.

Тов. Молотов отвечает, что хотя Английское правительство отрицало факты недружелюбного отношения к Союзу, но факты остаются фактами. На протяжении последних месяцев мы сталкиваемся с недоброжелательным и прямо враждебным к СССР отношением Англии на каждом шагу: то разрыв прежних торговых соглашений и прекращение выполнения советских заказов, то задержание советских пароходов с товарами для СССР в разных странах, на Дальнем Востоке и в Эгейском море, то поджигание прибалтов и Финляндии против СССР и т. д. Криппс заявляет, что он в июле месяце предупреждал Галифакса о возможности заключения договора между СССР -и Германией. Галифакс и другие члены правительства ответили, что такой договор не может быть заключен ввиду враждебности обеих сторон. В начале сентября Криппс написал еще одну ноту с предложением сделать что-нибудь для улучшения отношений между двумя странами, но ничего не было сделано, т. к. возникли какие-то препятствия и для торговых переговоров.

Тов. Молотов говорит по этому поводу, что в течение всего лета велись переговоры между Англией, Францией и Союзом. Из этих переговоров ничего не вышло. Не вышло не по нашей вине, т. к. именно

___________________
* См. Документы...—Т. XXII. — Док. 647, 648, 661, 662, 672, 673.

92

 


Англия и Франция не хотели с нами иметь договор как с равной стороной.

В августе Германия изменила свою политику в отношении СССР с враждебной на мирную, и мы признали целесообразным заключить с ней соглашение во имя интересов мира. Вы можете сами понять, говорит т. Молотов, что любое стремящееся к сохранению мира правительство пошло бы на нашем месте по такому же пути.

Дальше идут известные события в Польше и переговоры с прибалтами, а затем с Финляндией. На протяжении всего этого периода политика Английского правительства была недоброжелательной в отношении СССР. Если бы Английское правительство действительно хотело иметь с нами хорошие отношения, то мы с готовностью пошли бы этому навстречу. Но все действия Английского правительства не создавали обстановки для хорошего развития англо-советских отношений. Если Майский будто бы не привел каких-то конкретных фактов о враждебных действиях Англии, то ведь тем не менее этих фактов на деле было много и они общеизвестны, как это уже было мною указано выше.

Дальше Криппс говорит, что он объехал довольно большое количество стран и встретился с большим количеством людей, которых он знал как друзей Советского Союза и которые теперь неправильно понимают или вообще не понимают политику Союза в связи с финскими событиями. Криппс считает нужным вернуть на их старые дружественные позиции друзей Советского Союза, которые в результате неправильной информации введены в заблуждение и не понимают теперешней позиции СССР.

Для того чтобы содействовать этому, Криппс предлагает проект заявления, которое должно сделать Советское правительство или какое-либо авторитетное лицо.

Тов. Молотов отвечает, что буржуазная пресса нагородила много небылиц и клеветы про СССР и сделала все для того, чтобы ввести в заблуждение общественное мнение за границами Союза. Советское правительство считает своей обязанностью делать в нужных случаях соответствующие заявления с опровержением ложных сообщений этой прессы и делать это систематически и еще лучше, чем было до сих пор. Тов. Молотов обещает Криппсу ознакомиться и с его проектом заявления (текст заявления в редакции Криппса прилагается)[41].

Затем Криппс заявляет, что он готов ответить на вопросы тов. Молотова, относящиеся к дальневосточным проблемам, так как он только что приехал из Китая.

Тов. Молотов благодарит Криппса и выражает готовность выслушать сообщения Криппса по дальневосточным вопросам.

Криппс сообщает, что он имел беседу с Чан Кайши и последний спросил его, какие у Криппса имеются планы насчет реконструкции народного хозяйства Китая.

В связи с этим Криппс предлагает создать комиссию из представителей различных стран, которые совместно давали бы советы в реконструкции и планировании китайского хозяйства. Желательно, чтобы в эту комиссию вошел кто-нибудь и от Советского Союза, а именно от Госплана.

Тов. Молотов отвечает, что реконструкция китайского хозяйства удается делом самого Китая и он не видит основания для участия представителя Советского правительства в этом деле.

Криппс спрашивает, не имеется ли каких-либо возможностей для установления контакта между Англией, США и СССР в китайском вопросе.

93

 


Тов. Молотов отвечает, что об этом он слышит впервые и потому может обещать лишь обдумать этот вопрос. В свою очередь тов. Молотов спрашивает мнение самого Криппса по этому вопросу.

Криппс отвечает, что, по его мнению, такие возможности имеются и что на обратном пути в Англию он посетит Вашингтон и будет говорить с Рузвельтом. Но Криппс давно из Англии и потому не знает мнения Английского правительства на этот счет.

Затем Криппс спрашивает, верны ли слухи, что Советский Союз имеет какие-то планы насчет захвата Индии.

Тов. Молотов высмеивает эти слухи и замечает, что эти слухи исходят не от друзей Советского Союза, а от провокаторов из лагеря врагов СССР.

Криппс спрашивает, верны ли другие слухи о том, что существует соглашение между Японией и СССР о разделе Китая.

Тов. Молотов на этот вопрос также дает отрицательный ответ и также высмеивает распространителей этих слухов.

В заключение беседы Криппс спрашивает тов. Молотова, чем он может быть полезен, вернувшись обратно в Англию.

Тов. Молотов отвечает, что будет очень хорошо, если он, Криппс, сможет содействовать улучшению отношений между СССР и Англией.

Прощаясь, г-н Криппс обещает, что,, если он будет в правительстве, он сделает все возможное для установления дружественных отношений между обеими странами.

На этом беседа заканчивается.

Беседу записал Потрубач

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 11, д. 109, л. 3—8.

 

 

46. ИЗ ПОЛИТИЧЕСКОГО ПИСЬМА ПОЛПРЕДСТВА СССР В США НАРКОМУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВУ

17 февраля 1940 г.

[...] Линия и действия правительства США, как Вам хорошо известно, сводятся сейчас к тому, чтобы держать отношения с нами на «без пяти минут разрыве», но все же пока на разрыв дипломатических отношений не идти (по причинам, излагавшимся ранее и к которым ничего нового прибавить нельзя), далее — к тому, чтобы антисоветскими выпадами (в стиле речи Рузвельта на конгрессе молодежи)[42] и актами (моральное эмбарго[43], заем белофинам ) поощрять и развязывать антисоветские силы в Европе, наконец, к тому, чтобы ущемлять нас по линии торговых интересов в США, придираться к нам и провоцировать нас по разным поводам.

Беседа моя с Хэллом правильно отразила состояние наших отношений в том смысле, что, с одной стороны, Хэлл заявил о том, что «пути наших стран разошлись», с другой стороны, по вопросу о дискриминационном режиме для нашей торговли, дал понять, что мероприятия против нас ограничены определенным кругом и что, по его словам, иные мероприятия не намечаются. (Мне по-прежнему кажется, что подобные представления некоторую пользу приносят; имею в виду не только эту беседу с Хэллом, но и два представления зав. европейским отделом Моффату по вопросу об отозвании американских специалистов из СССР и другим инцидентам, а также почти каждодневный контакт с госдепар-

94

 


таментом по разным мелким вопросам, из которых, при решительной постановке вопроса, удается уладить немало, в частности всякого рода придирки иммиграционных властей к нашим хозяйственникам.)

Письмо Хэлла председателю сенатской комиссии иностранных дел Питтмэну (полный текст имеется в пересылаемом данной почтой обзоре печати) явно отразило эту тенденцию, ухудшив отношения с нами «до отказа» и готовя заранее мотивы для разрыва, все же дело до разрыва пока не доводить. Тот факт, что Хэлл вынужден был сослаться на VII конгресс Коминтерна, то есть на события 1935 года, как на единственный эпизод предъявления нам «обвинений» в пропаганде, косвенно означает, что с тех пор, несмотря на все утверждения разных комиссий Дайса и реакционной прессы, госдепартамент не имел никаких оснований предъявлять нам какие-либо претензии в этой области. Одновременно, как Вы, наверное, заметили, красной нитью через этот документ проходит намек на то, что самый факт наличия дипломатических отношений создает для Американского правительства возможности урегулирования спорных вопросов, воздействия, давления на нас и что даже мнимое «нарушение» нами обязательств не приводит автоматически к разрыву отношений, отнюдь не обусловленных, как это признает Хэлл, выполнением этих обязательств. Когда Хэлл в разговоре со мной, который я уже передал со всеми подробностями, поставил, как пример невыполнения нами обязательств, вопрос о долгах, то я мог бы ответить, что, собственно говоря, сейчас дело за американцами, поскольку перед отъездом в Москву по поручению правительства я заявил ему официально, что поднятые им вопросы урегулирования претензий и контрпретензий могли бы, несмотря на отсутствие с его стороны конкретных предложений, стать предметом переговоров между обеими странами. Учитывая, однако, что Хэлл не имел никакого касательства к переговорам с Моргентау, который прямо заявил, что действует по заданию Рузвельта, желающего не впутывать в это дело «экспертов» (то есть госдепартамент), а также опасаясь, как бы Хэлл не подумал, что мы в данной обстановке действительно собираемся говорить с американцами о долгах, я ограничился ответом, что «переговоры о претензиях ни к чему не привели не по нашей вине». Если я поступил неправильно и если стоило в разговоре с Хэллом повторить сделанное в иной обстановке заявление о нашей готовности разговаривать о долгах, прошу Вас дать мне соответствующие указания с тем, чтобы я мог исправить дело при следующей встрече с Хэллом.

Основные антисоветские мероприятия правительства США идут по двум линиям: 1) помощь белофиннам; 2) меры ущемления наших экономических интересов.

Что касается помощи белофиннам, то, несмотря на широко развернутую кампанию, имеется известная диспропорция между крикливыми, истеричными выступлениями в печати, на собраниях, в конгрессе и объемом фактической помощи. Из первых 10 млн. долларов, которые были предоставлены финнам экспортно-импортным гос. банком на «невоенные» закупки (тем самым, конечно, высвобождая иные финансовые ресурсы белофиннов для чисто военных закупок), по сведениям, которые я имею с разных сторон (включая латвийского посланника Бильманиса), финны реализовали к 1 февраля не более 3 млн. Из их планов закупать на эти деньги американский хлопок и иные сельскохозяйственные излишки, с тем чтобы, продавая их в Лондоне, использовать там вырученные суммы для военных закупок в Англии и Франции, по-видимому, ничего пока не вышло. Поэтому не совсем понятно, на что пойдут те дополни-

95

 


тельные 20 млн., которые (в косвенной форме увеличения фондов экспортно-импортного банка) уже прошли через Сенат и на днях пройдут через Палату представителей. Правда, «разъяснено», что такие предметы, как противогазы (финнам, безусловно, не нужные) и колючая проволока, а также грузовики, не считаются военными закупками, но из чисто военных объектов пока не слышно ничего, кроме 44 самолетов, находящихся на вооружении в морской авиации США. Что касается «добровольцев», то, судя по прессе, число навербованных в США (преимущественно из числа финских иммигрантов — американских граждан) не превышает 500 чел. (Бросающаяся в глаза разница в отношении правительственных органов к этим «добровольцам» и к борцам интернациональной бригады республиканской Испании, из числа которых 20 человек на днях было привлечено к суду, оказалась настолько разительной и скандальной, что не далее как сегодня новый «либеральный» Минюст Роберт Джэксон, которого я упоминал выше, аннулировал судебное преследование против бывших бойцов интернациональной бригады.) Что же касается «филантропической кампании» Гувера, то она пока дала 1 млн. 200 тыс. долларов, которые, судя по опубликованным в прессе данным, составились преимущественно из крупных пожертвований крупных капиталистических акционерных обществ и лиц, и отсутствие широкой базы для этой кампании подтверждается, в частности, тем, что гуверовцам не удается, заполнить народом залы при созыве митингов в пользу белофиннов.

Однако не все, что делается даже в области этого вида помощи для белофиннов, доходит до нас, и возможно, что туда идет из США больше оружия, денег и людей, чем это нам известно.

Что касается экономических мероприятий против нас, то т. н. моральное эмбарго (на авиаоборудование, самолеты, молибден, алюминий и информацию и техпомощь по производству авиагорючего) проведено, путем давления на промышленников, достаточно эффективно, хотя и «ущемило» нас гораздо меньше, чем американцам кажется, на что я намекнул достаточно ясно Хэллу, говоря о нашей экономической независимости. Сейчас самое тревожное — готовящиеся мероприятия по линии т. н. биржевых товаров, т. е. в первую очередь цветных металлов. Если в отношении меди, запасы которой велики, можно на ближайшее время не опасаться каких-либо «моральных эмбарго», то хуже обстоит дело с оловом, латунью, каучуком и др. стратегическими видами сырья, дефицитными и в США.

Операции Амторга[22] по этим товарам находятся под постоянным наблюдением и обстрелом прессы и уже вызвали со стороны военного и морского министерств «предупреждение» торговцам о том, что если они будут разбазаривать олово и каучук, то будут «приняты меры». Во всем этом много искусственной шумихи, т. к. закупки Амторга не так уж велики, но, по-видимому, • ближайшие мероприятия пойдут именно по линии этих товаров, несмотря на заверения Хэлла о том, что «расширение морального эмбарго» не намечается.

С самого момента моего приезда в США я не переставая указываю тов. Лукашеву — председателю Амторга — на необходимость установить непосредственные связи с южноамериканскими и центральноамериканскими производителями стратегического сырья, в частности с Чили (медь!) и Мексикой (медь, олово, свинец). Воспользовавшись инициативой мексиканского посла в Вашингтоне Нагера, который на обеде у китайского посла откровенно поставил передо мной вопрос о нашей торговле с Мексикой, я рекомендовал официальным торговым представи-

96

 


телям Мексики в Нью-Йорке вступить в контакт с Амторгом. К сожалению, ни с мексиканцами, ни с китайцами тов. Лукашев не сумел завязать отношения, и дело не пошло дальше общих разговоров. Мне кажется, что тов. Лукашеву должно было дано категорическое указание развивать эти отношения, разговаривать с южноамериканцами по-деловому, выяснить вопросы цен, фрахта и т. д. Я со своей стороны попытаюсь и дальше разъяснять значение этого дела тов. Лукашеву, который пока в здешней сложной обстановке ориентируется с трудом.

Дальнейшие затруднения следует предвидеть по линии фрахта. Американские органы саботируют фрахтование нами американского тоннажа (на эту тему я говорил с госдепартаментом и уладил дело об одном пароходе, но никаких гарантий на будущее нет), нейтральные же страны (скандинавы, греки) не дают никаких обещаний на период после марта месяца.

Наконец, мы в нашей практической работе не забываем и о возможностях сюрпризов по линии провокаций в духе парижского налета. Ликвидация Букниги3? {поныне, правда, не доведенная Амторгом до конца), Амкино, а также перевод Интуриста на консервацию были как нельзя более своевременными мероприятиями. Сейчас речь идет о том, чтобы прежде всего оградить от провокаций Амторг и наши комиссии на заводах. Это наша первейшая забота.

Об обстановке нашей работы в Англии и Франции сужу только по здешним газетам. Мне кажется, что буду прав, если определю условия работы здесь как несколько лучшие, чем во Франции, но худшие, чем в Англии, поскольку, если не считать наших преданных друзей и передовой прослойки интеллигенции, здесь, в отличие от Англии, нет оформленной оппозиции антисоветскому курсу правительства. Те прогнозы, которые давались мною по вопросу о маловероятности разрыва дипломатических отношений с США, не оправдают себя, если французы или англичане пойдут на разрыв. Этот пример окажется заразительным и перевесит одно из основных соображений Рузвельта против разрыва: его нежелание накануне выборов расписываться перед республиканской оппозицией в том, что он «не должен был признавать» СССР. Однако если исходить из чисто американской обстановки, прогноз о маловероятности разрыва остается в силе. Некоторое усиление кампании против нас по мере ликвидации сопротивления белофиннов неизбежно, но если нашим врагам не удастся в ближайшее время открыть против нас новый фронт, то после ликвидации белофиннов может наступить в наших отношениях с американцами известное улучшение или по меньшей мере стабилизация.

Пока же радостно видеть, что наши друзья поддерживают нас здесь энергичнее, мужественнее, чем когда-либо. Достаточно сказать, что их митинги в защиту СССР, против антисоветской кампании, переполнены всегда до отказа. Брошюра «СССР и Финляндия», изданная при нашем содействии редакцией журнала «Совиет Рашия Тудэй», разошлась за месяц тиражом в сто тридцать тысяч экземпляров, четырьмя изданиями, включавшими всю нашу основную документацию плюс документы американской интервенции на Севере в 1918—1919 гг. Лучшие люди передовой американской интеллигенции не теряют с нами контакта, бывают у меня, переписываются. Это в значительной степени облегчает весьма сложную обстановку работы в Вашингтоне, где в наших официальных отношениях мы встречаем враждебное, полубойкотистское отношение.

Данное письмо пришлось писать в невероятной спешке ввиду быст-

97

 


рого отъезда внеочередной диппочты. Прошу извинить небрежный вид письма.

С товарищеским приветом полпред СССР в США К. Уманский

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 23, д. 292, л. 37—41.

 

 

47. ОПРОВЕРЖЕНИЕ ТАСС

20 февраля 1940 г.

1. Итальянское агентство «Стефани» распространяет из Стамбула сообщение, будто бы «один советский отряд перешел турецкую границу на Кавказе», что «турецкими властями был послан турецкий отряд для выяснения причин этого перехода», что при этом «сражения не было».

ТАСС уполномочен заявить, что все это сообщение агентства «Стефани» представляет плод больной фантазии его авторов.

2. Бельгийская газета «Либр бельжик» публикует сообщение корреспондента Юнайтед Пресс, в котором говорится, будто «русские усиленно разрабатывают в Финляндии никелевые рудники в районе Лолойки», что «большое количество рабочих занято на постройке шахт» и т. п.

ТАСС уполномочен сообщить, что это сообщение Юнайтед Пресс ни в какой мере не соответствует действительности.

Известия.— 1940. — 20 февр.

 

 

48. БЕСЕДА ВРЕМЕННОГО ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ГРЕЦИЯ М. Г. СЕРГЕЕВА С ЗАВЕДУЮЩИМ ИНФОРМАЦИОННЫМ ОТДЕЛОМ МИД ГРЕЦИИ ПАПАДАКИСОМ

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, Ген. Секретариат

21 февраля 1940 г.

Г-н Пападакис — один из ближайших сотрудников г-на Метаксаса и считается лучшим знатоком внешней политики Греции. На Белградской конференции он был в составе греческой делегации.

В часовой беседе был затронут ряд вопросов, которые можно резюмировать следующим образом:

1. Балканская Антанта[13]

Г-н Пападакис, говоря о своем впечатлении от Белградской конференции постоянного Совета Балканской Антанты, отмечает, что в этом году весь мир придал исключительное значение конференции постоянного Совета Балканской Антанты. Обычно конференции Совета проходили очень скромно, народу присутствовало мало, и мировое общественное мнение не сосредоточивалось на этом вопросе. В этом году в Белграде собралось исключительно много людей, наблюдавших за ходом работы конференции. Результат конференции нас, греков, говорит г-н Пападакис, вполне удовлетворяет. В Белграде все 4 государства, входящие в Балканскую Антанту, пришли к заключению о необходимости сохранения мира в Юго-Восточной Европе. Для Греции это лучшее, что можно пожелать. Греция не хочет войны. Война — это дело великих держав.

98

 


Маленькие страны от войны обычно ничего не выигрывают, и мы не намерены рисковать своим существованием, ввязываясь в войну.

Греция хочет мира, она намерена поддерживать со всеми своими соседями самые лучшие отношения. К этому же сводится и желание остальных трех стран Балканской Антанты. Нужно думать, что и соседние с нами страны понимают это положение и не намерены сейчас поднимать тех территориальных вопросов, которые кажутся им неразрешенными. На Белградской конференции 4 балканские страны приняли ряд общих решений, выраженных в официальном коммюнике, опубликованном по окончании работы конференции. Каждое из этих государств будет осуществлять их, исходя из особенностей той или иной страны. Турция, учитывая заключенный с Англией и Францией пакт о взаимопомощи от 19 X 1939 г.; Греция, учитывая гарантии, данные ей Англией, Францией и Италией; Румыния, учитывая гарантии Англии и Франции; и, наконец, Югославия имеет особые условия, отличные от первых трех стран, т. к. никаких гарантий она не имеет.

2. Греко-болгарские отношения

Касаясь греко-болгарских отношений, г-н Пападакис говорит, что эти отношения за последнее время значительно улучшились. Все то, что вызывало ранее беспокойство, отошло на задний план. Болгария неоднократно заявляла о своих мирных намерениях, и в Греции искренне верят этим словам. Из бесед г-на Сараджоглу с г-ном Кьосеивановым также можно заключить о мирных намерениях Болгарии. Смена кабинета г-на Кьосеиванова не только не может осложнить отношения между обеими странами, но, по мнению г-на Пападакиса, приход к власти кабинета г-на Филова укрепит греко-болгарские отношения. Г-н Филов — бывший председатель болгаро-греческой Лиги и искренний друг Греции.

3. Итало-греческие отношения

По мнению г-на Пападакиса, военные приготовления Италии не могут отразиться на итало-греческих отношениях. Эти военные приготовления не касаются Албании. По имеющимся сведениям, говорит г-н Пападакис, Италия пока не увеличила числа своих войск на греко-албанской границе. Нет также никаких сведений об изменении дислокации итальянских войск в Албании и перемещении их ближе к греческой границе. По его мнению, сентябрьское итало-греческое коммюнике о взаимном отводе войск от греко-албанской границы и обмен письмами от 30 IX 1939 г. дали положительные результаты, и оснований для беспокойства у Греции сейчас нет.

4. Англо-греческие отношения

Г-н Пападакис, говоря об англо-греческих финансово-торговых соглашениях, заключенных в Лондоне, отмечает их большое значение для Греции. В условиях настоящей войны чрезвычайно трудно найти рынок сбыта для тех специфических товаров, которые производит Греция {табак, коринка, оливки), и то положение, что Англия взяла обязательство купить большую партию греческих Табаков, является очень большим положительным моментом для греческого хозяйства. Кроме того, Англия взяла обязательство фрахтовать большую часть греческого торгового флота, доход от которого является существеннейшей статьей платежного баланса. Правда, морская война наносит большой ущерб коммерческому флоту: с сентября по январь уже затонуло свыше 20 греческих судов. Страховые премии не могут компенсировать потерю пароходов, т. к. в целом ряде случаев трудно приобрести новые пароходы. Положительным моментом для Греции является также заключение греко-Французской торговой конвенции, по которой Франция обязалась поку-

99

 


пать греческие товары на сумму не ниже той, которую расходует Греция, покупая французские товары.

5. Военные приготовления Англии и Франции на Ближнем Востоке

Возвращаясь к положению на Балканах и на Ближнем Востоке, г-н Пападакис останавливается на военных мероприятиях Англии и Франции на Ближнем Востоке. Он говорит, что цель этих мероприятий — обеспечить коммуникации союзников. Италия занимает не совсем определенную позицию в современном вооруженном столкновении Англии и Франции с Германией. Не исключено, что в случае побед германской армии Италия выступит на стороне Германии и тогда средиземноморские коммуникации будут находиться в опасности.

Можно ли допустить, что англо-французские войска на Ближнем Востоке направлены против СССР? Он сомневается в возможности использования их против СССР, т. к. слишком многое им пришлось бы преодолеть, прежде чем попасть к границам Кавказа и тем более к тем центрам, которые имеют большое значение. Г-н Пападакис говорит, что численность англо-французских войск сильно преувеличивают, доводя их число до 500 тыс. человек. Он говорит, что, по имеющимся у греков информациям, это число не превышает 120 тыс. человек.

В заключение нашей беседы я обратил внимание г-на Пападакиса на два вопроса:

1. На выполнение тех обещаний, которые были мне даны г-ном Маврудисом и Пападакисом в части изменения необъективной позиции, занятой греческой прессой по отношению к Советскому Союзу. Я привел г-ну Пападакису ряд новых фактов необъективности греческой прессы, которые были мной изложены несколько дней назад греческому посланнику г-ну Маркетису. Г-н Пападакис обещал еще раз переговорить по этому вопросу с г-ном Маврудисом и г-ном Николудисом, вице-министром прессы и туризма, после его возвращения из поездки в Египет.

2. Греческая газета «Эстия» от 16.11.1940 г. поместила призыв греческой атлетической организации о сборе средств в пользу белофиннов. Я подчеркнул, что подобные сборы не могут изменить существующего положения вещей в Финляндии, но они могут не совсем хорошо отразиться на наших отношениях, тем более что упомянутый призыв греческой атлетической организации опубликован в прессе, контролируемой государством. Поэтому я хотел бы, не доводя об этом до сведения министра иностранных дел, дружески обратить внимание г-на Пападакиса на нежелательность подобных сборов, надеясь, что г-н Пападакис сделает все от него зависящее, чтобы избежать в дальнейшем разговоров по подобному вопросу.

Г-н Пападакис ответил, что он искренний сторонник поддержания хороших дипломатических отношений с Советским Союзом, несмотря на различие политического строя, и разделяет высказанное мной мнение о призыве атлетической организации к сбору средств белофиннам и считает нежелательным подобного рода сборы. Он обещал переговорить по этому вопросу с г-ном Маврудисом и полагает, что будут приняты необходимые меры, чтобы избежать в дальнейшем возникновения таких вопросов.

Временный Поверенный в делах СССР в Греции Сергеев

АВП РФ, ф. 084, on. 20, п. 131, д. 5, л. 29—33.

100

 


 

 

49. ТЕЛЕГРАММА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА ПОЛНОМОЧНОМУ ПРЕДСТАВИТЕЛЮ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОМУ

21 февраля 1940 г.

По вопросу о Финляндии и Швеции с Норвегией, затронутому в Вашей беседе с Батлером*, можете сообщить Батлеру следующее о позиции Советского правительства**:

1) Никаких претензий к Швеции и Норвегии Советское правительство не имеет. Заявление Батлера об опасности, якобы угрожающей этим странам от СССР, ни на чем не основано. СССР не хочет трогать ни Швеции, ни Норвегии, если они сами не вступят в войну на стороне Финляндии формально или фактически. Другое дело, если шведы или норвежцы нарушат свой нейтралитет и вступят в войну. В этом случае СССР вынужден будет тоже выступить с оружием в руках. Это относится не только к Швеции и Норвегии, но и ко всякому другому государству, которое решится нарушить свой нейтралитет в отношении Советского Союза, защищающего безопасность Ленинграда.

2) Советский Союз не возражает против переговоров и соглашения с правительством Рюти — Таннера. Но как нам известно из некоторых источников, это правительство не хочет понять, что после открытия военных действий и после того, как пролита кровь не по нашей вине, ситуация изменилась коренным образом. Рюти и Таннер не понимают, что условия Советского правительства, изложенные в переговорах с Таннером и Паасикиви во имя избежания войны, уже недостаточны после того, как военные действия открылись и кровь обильно пролита. Для Советского правительства стало теперь совершенно ясно, что Финляндия была и остается готовым плацдармом для нападения на Ленинград. Поэтому СССР не может удовлетвориться теми гарантиями безопасности Ленинграда, о которых говорилось до начала военных действий, ввиду чего СССР вынужден требовать новых дополнительных гарантий безопасности Ленинграда. Наши военные требуют не только получения в аренду полуострова Ханко с прилегающими островами, но и получения всего Карельского перешейка, включая линию Выборг — Сартаваллы — северное побережье Ладожского озера. Наши военные считают, что эти условия являются единственно реальной минимальной гарантией безопасности Ленинграда. Этого требуют наши военные, и это поддерживает наше правительство целиком и полностью. Вероятнее всего, что в случае дальнейшего продления военных действий эти условия окажутся также недостаточными. Понятно, что не может быть и речи о какой-либо территориальной компенсации со стороны СССР. Понятно также, что в случае принятия теперь же правительством Рюти — Таннера этих условий Советского правительства советские войска будут эвакуированы из района Петсамо. Советское правительство ценит посредничество Английского правительства, но Советское правительство во избежание недоразумений хотело бы предупредить Английское правительство, что оно пойдет на переговоры и соглашение с правительством Рюти — Таннера лишь в случае принятия им изложенных условий гарантий безопасности Ленинграда.

—— Молотов

___________________
* См. док. 44.
** См. док. 50.

101

 


Дополнение, 22.02.1940 г.

Можете сообщить Батлеру о наших отношениях с Германией следующее:

Первое. Мы считаем смешным и оскорбительным для нас не только утверждение, но даже простое предположение, что СССР будто бы вступил в военный союз с Германией. Даже простачки в политике не вступают так просто в военный союз с воюющей державой, понимая всю сложность и весь риск подобного союза. Какое имеется у Батлера основание считать, что Советским Союзом управляют люди, не понимающие даже того, что доступно пониманию любого простака в политике.

Второе. Хозяйственный договор с Германией* есть всего лишь договор о товарообороте, по которому вывоз из СССР в Германию достигает всего 500 миллионов марок, причем договор экономически выгоден для СССР, так как СССР получает от Германии большое количество станков и оборудования, равно как изрядное количество вооружения, в продаже чего нам неизменно отказывали как в Англии, так и во Франции.

Третье. Как был СССР нейтральным, так он и остается нейтральным, если, конечно, Англия и Франция не нападут на СССР и не заставят взяться за оружие. Упорно распространяемые слухи о военном союзе СССР с Германией подогреваются не только некоторыми элементами в самой Германии, чтобы запутать Англию и Францию, но и некоторыми агентами самой Англии и Франции, желающими использовать воображаемый «переход СССР в лагерь Германии» для своих особых целей в области внутренней политики.

Молотов

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 326, д. 2238, л. 44—53.

 

 

50. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО С ПАРЛАМЕНТСКИМ ЗАМЕСТИТЕЛЕМ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ Р. О. БАТЛЕРОМ

Разослано: т. Молотову, т. Лозовскому

22 февраля 1940 г.

Я посетил Батлера в соответствии с полученными мной накануне инструкциями из НКИД**. Я начал с заявления, что после нашей встречи 16 февраля***, я решил навести в Москве справки по некоторым вопросам, интересовавшим Батлера, и сейчас я в состоянии сделать ему известные сообщения, которые являются уже не только моим собственным мнением, но которые основаны на информации, полученной мной от моего правительства.

Я начал с советско-германского торгового договора**** и указал, что этот договор[46], как я уже говорил Батлеру во время нашего прошлого свидания, есть чисто деловой договор — договор о товарообороте, основанный на выгоде для СССР. В обмен на экспортируемое сырье СССР получает из Германии станки, оборудование, а также вооружение,

___________________
* См. док. 41.
** См. док. 49.
*** См. док. 44.
**** См. док. 41.

102

 


которого, кстати, СССР никогда не мог получить из Англии и Франции. О размерах товарооборота между СССР и Германией можно судить хотя бы по тому, что советский экспорт, согласно положениям договора, должен составить сумму около 500 млн. марок, т. е. по номинальной ценности марки около 25 млн. фунтов. Весь шум, поднятый английской прессой около советско-германского договора, не имеет под собой никаких оснований. СССР, как нейтральная страна, имеет полное право торговать с Германией, особенно учитывая те трудности и препятствия, с которыми советская торговля в настоящее время сталкивается в Англии[47] и Франции. Я упомянул в этой связи, между прочим, о недавнем налете полиции на наше парижское торгпредство.

Далее я перешел к вопросу о политических отношениях между СССР и Германией и указал, что все толки о наличии между ними «военного союза» являются продуктом паники или злостного измышления. Вступить в военный союз с державой, находящейся в войне,— дело сложное и рискованное. Неужели в Лондоне и Париже думают, что СССР управляется такими политическими простаками (political simpletons), которые этого не понимают? Между СССР и Германией существуют нормальные дружественные отношения, но никакого военного союза нет. Слухи о таком союзе подогреваются известными элементами в самом Лондоне, а также некоторыми агентами Англии и Франции, использующими их для целей внутренней политики. Но на это не следует обращать внимания.

Позиция СССР в европейской войне остается неизменной, как она была определена в ноте Советского правительства державам 17 сентября прошлого года* и как я подтвердил это лорду Галифаксу в разговоре 27 сентября того же года**. СССР был и остается нейтральным в европейской войне, поскольку, конечно, Англия и Франция не вздумают напасть на него. Если бы, однако, они решились на такой шаг, то могут быть уверены, что СССР будет драться до конца и что он для этого хорошо подготовлен.

Затем я коснулся вопроса о Швеции и Норвегии и при этом подчеркнул, что СССР не имеет притязаний к обеим названным странам и что все слухи и разговоры о намерении СССР захватить Нарвик или иной норвежский порт на Атлантическом океане являются клеветнической выдумкой, пускаемой в ход определенными элементами в Англии и вне Англии с антисоветскими целями. Швеции и Норвегии нечего бояться со стороны СССР, если, конечно, они останутся нейтральными и не втянутся в войну — формально или фактически — на стороне Финляндии. Иное дело, разумеется, если бы Швеция и Норвегия пошли по пути интервенции в советско-финскую войну. Тогда СССР вынужден был бы воевать и с ними, но тоже самое случилось бы и со всякой иной страной, которая нарушила бы свой нейтралитет в отношении Советского Союза, защищающего безопасность Ленинграда.

Наконец, я перешел к Финляндии. Я напомнил, что во время нашей предыдущей встречи Батлер интересовался вопросом о возможности мирного урегулирования советско-финского спора. В тот раз я отрицал наличие такой возможности, но сегодня в результате полученных мной из Москвы сведений я могу сообщить, что такая возможность имеется. Советское правительство не возражало бы против вступления в мирные переговоры с правительством Рюти — Таннера и против заключения с ним мира. Однако необходимо иметь в виду, что те условия соглашения

___________________
* См. Документы...— Т. XXII.— Док. 598.
** Там же.— Док. 636.

103

 


между СССР и Финляндией, которые обсуждались во время московских переговоров прошлой осенью, в настоящее время не могут считаться достаточными. Советское правительство в то время готово было пойти на них, с тем чтобы избежать войны. Но теперь, после того как дело дошло до войны, после того как не по нашей вине уже пролито столько крови, ситуация совершенно изменилась. К тому же характер финских укреплений, полностью выявившихся в ходе войны, окончательно подтвердил наши прежние подозрения, что Финляндия была и остается готовым плацдармом для атаки на Ленинград. Ввиду вышеизложенного, если сейчас можно говорить о мире, Ленинград нуждается в новых гарантиях своей безопасности. Конкретно мы понимаем это следующим образом: в дополнение к тем предложениям, которые были выдвинуты советской стороной в московских переговорах (полуостров Ганге с прилегающими островами, полуостров Рыбачий, острова в Финском заливе, ректификация границ на Карельском перешейке), наши военные круги категорически настаивают на переходе к СССР всей территории Финляндии от бывшей советско-финской границы до линии Выборг — Сортавала — северный берег Ладожского озера, иными словами, все Ладожское озеро должно оказаться в границах СССР. Эта точка зрения советского военного командования полностью разделяется и поддерживается Советским правительством. Разумеется, в нынешних условиях не приходится говорить о предоставлении Финляндии каких-либо компенсаций, о чем речь шла во время осенних переговоров. Вместе с тем, однако, если военные действия будут прекращены сейчас, Советское правительство готово эвакуировать Петсамо. Наоборот, если мир в ближайшее время не удастся заключить и военные действия будут продолжаться, то советское военное командование, по всей вероятности, будет настаивать на дальнейших дополнительных гарантиях и, стало быть, на более далеко идущих требованиях. Мне представляется, что мирные условия, выдвигаемые СССР в сложившейся обстановке, должны считаться весьма умеренными. Однако у нас имеются сведения, что в кругах Гельсингфорса не сознают перемены ситуации, происшедшей с октября — ноября прошлого года и не склонны идти дальше того, о чем тогда говорилось.

В заключение я прибавил, что прошлая беседа с Батлером оставила у меня впечатление о готовности Британского правительства содействовать скорейшему прекращению войны в Финляндии. Сейчас ему предоставляется для этого прекрасный случай.

Батлер, слушавший все время с самым напряженным вниманием и даже с известным волнением, прервал тут меня и спросил:

— Вы имеете в виду наше посредничество?

Я ответил, что не предрешаю конкретных форм, в которые может вылиться содействие Британского правительства, ибо это дело самого Британского правительства. Во всяком случае, если бы Британское правительство сочло возможным выступить в качестве посредника, оно должно иметь в виду, что без принятия финнами вышеуказанных условий гарантии Ленинграда Советское правительство не согласилось бы на вступление в переговоры с правительством Рюти — Таннера.

Вслед за тем Батлер заявил, что сделанное только что мной сообщение имеет исключительно важное значение и должно быть доложено правительству, которое уже даст мне свой ответ. Поэтому сейчас он, Батлер, не может сказать мне ничего определенного. Он хотел бы, однако, в целях уточнения выяснить несколько отдельных моментов. Во-первых, касательно нейтралитета СССР: распространяется ли он также и на отношения СССР к странам Ближнего Востока, в частности к тем странам, ко-

104

 


торые являются союзниками Англии и Франции? По этому вопросу в политических кругах сейчас циркулирует много всякого рода сомнений и слухов, и было бы хорошо, если бы Советское правительство могло рассеять также и их. Я ответил, что наши отношения со странами Ближнего Востока регулируются той же нотой от 17 сентября п. г. и что Батлеру следовало бы поменьше придавать значения всякой газетной и не газетной болтовне. Во-вторых, касательно Швеции и Норвегии. СССР не имеет к ним никаких притязаний, если они будут соблюдать нейтралитет, но что значит в нашем понимании термин «нейтралитет»? Я ответил, что, хотя понятие «нейтралитет» допускает известные толкования, но все-таки есть границы, за которые это толкование не может переступать. Так, например, если бы Швеция и Норвегия разрешили транзит иностранных войск через свою территорию на помощь Финляндии,— это было бы несомненным нарушением нейтралитета. В-третьих, касательно Финляндии. Означают ли советские условия мира, что СССР не будет вмешиваться в вопросы внутреннего режима в Финляндии? Я ответил, что СССР не стоит на точке зрения вмешательства во внутренние дела других стран вообще и в данном случае в частности.

Когда я уходил от Батлера, он сразу же направился в кабинет Галифакса для доклада.

Полпред СССР в Великобритании И. Майский

АВП РФ, ф. 069, on. 24, п. 68, д. 7, л. 23—28.

 

 

51. БЕСЕДА ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. П. ПОТЕМКИНА С ПОСЛАННИКОМ ЦАРСТВА БОЛГАРИЯ В СССР Т. ХРИСТОВЫМ

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, т. Лозовскому, Ближневосточн. отдел, Ген. Секретариат

22 февраля 1940 г.

В разговоре с новым болгарским посланником кроме протокольных и бытовых тем были затронуты 2 политических вопроса.

1. Я осведомился у посланника, как оценивает он итоги последней сессии Балканской Антанты [13] в Белграде?

Христов ответил, что сессия Антанты не дала сколько-нибудь значительных результатов. Как известно, Англия и Франция были заинтересованы в том, чтобы через Турцию и Румынию связать Балканскую Антанту с англо-французским блоком. Сараджоглу усиленно работал для осуществления этого плана. Средством для реализации последнего являлось предложение распространить обязательства коллективной взаимной помощи членов Балканской Антанты на защиту их национальных внешних границ. Попытка эта не удалась. Принятое на конференции решение — «заботиться о безопасности» этих границ — не содержит в себе никаких реальных обязательств. Оно даже не может быть истолковано как обязательство о взаимной консультации. Таким образом, надежды англо-французского блока, Турции и Румынии — сообщить пакту Балканской Антанты острие, направленное против Германии и СССР,— потерпели крушение.

Что касается Болгарии, то, по мнению Христова, существенным шагом вперед с точки зрения болгарских территориальных требований является то обстоятельство, что на последней сессии Балканской Антанты

105

 


эти требования подверглись открытому обсуждению и, будучи поставлены в порядок дня, были принципиально признаны заслуживающими рассмотрения.

2. Я осведомился далее у Христова, как он оценивает нынешнюю внешнеполитическую позицию Турции?

Христов ответил, что, по его мнению, Турция зашла уже достаточно далеко в своих обязательствах в отношении Англии и Франции. Стамбул, Анкара и прочие турецкие города полны англичан и французов. Они приезжают в Турцию в качестве военных инструкторов, инженеров, экономистов, коммерсантов. При помощи этих специалистов ведутся работы по укреплению Проливов и пограничных турецких зон. В среде турецкого правительства имеется группа людей, которых Христов определяет как «английских активистов». Главную роль среди них играет Сараджоглу. По-видимому, он метит на пост премьера. С ним заодно идут бывший посол в Лондоне Фетхи, маршал Чакмак, бывший председатель Меджлиса и бывший военный министр Кязим Азалп. В Министерстве иностранных дел активнейшим проводником англо-французской политики является Меменеджоглу. Сам Исмет Иненю, по мнению Христова, оказался более слабым человеком, чем думали до сих пор. Христов весьма положительно отзывается о личной порядочности Исмета, о его политической честности. Однако он считает, что Иненю не на высоте требований, которые предъявляются к главе государства и в данный критический момент. Имеются в среде правительства и в парламенте противники нынешней англо-французской политики Турции. Христов думает, между прочим, что этой политике не сочувствует нынешний председатель Меджлиса Абдул Халик Ренда. Но все эти лица хранят молчание, не решаясь открыто выступать против нынешнего курса турецкой внешней политики.

Перед отъездом Христов был у Иненю с прощальным визитом. Президент с большим волнением говорил посланнику об отношениях Турции с СССР. Иненю жаловался, что не знает, каковы цели советской внешней политики. Он заявлял, что считает необходимым для Турции сохранение прежней дружбы с Советским Союзом.

Особо отметил Христов поведение французского посла в Анкаре Массигли. Этот дипломат не пользуется в Анкаре расположением. Он отталкивает всех своей сухостью и надменностью. Отдавая Христову визит перед отъездом болгарского посланника в Москву, Массигли с большим раздражением говорил о Советском Союзе и старался напугать Болгарию последствиями ее сближения с СССР. Массигли убеждал Христова, что территориальные притязания Болгарии могут получить удовлетворение лишь в том случае, если она доверит свою судьбу англо-французскому блоку [48].

Потемкин

АВП РФ, ф. 074, on. 25, п. 108, д. 3, л. 8—10.

 

 

52. ОПРОВЕРЖЕНИЕ ТАСС

24 февраля 1940 г.

1. Агентство Рейтер распространяет сообщение своего стокгольмского корреспондента, будто «семь советских самолетов сбросили 10 фугасных и большое количество зажигательных бомб на шведскую деревню Паяла,

106

 


расположенную в пяти милях от финской пограничной шоссейной дороги».

ТАСС уполномочен заявить, что ни один советский самолет не летал над деревней Паяла и вообще над шведской территорией, а сообщение агентства Рейтер в отношении советских самолетов является злостным вымыслом.

2. Французское агентство Гавас, некоторые французские и английские, а также и отдельные германские газеты распространяют слухи о том, что Советский Союз предъявил требования к Эстонии, Латвии и Литве о предоставлении СССР новых морских баз об увеличении количества «военных баз» и т. п.

ТАСС уполномочен заявить, что все эти сообщения ни на чем не основаны и являются целиком вымышленными.

Известия. — 1940.— 24 февр.

 

 

53. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО С ПАРЛАМЕНТСКИМ ЗАМЕСТИТЕЛЕМ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ Р. О. БАТЛЕРОМ

Разослано: т. Молотову, т. Лозовскому

24 февраля 1940 г.

Поздно вечером 23-го Батлер позвонил мне по телефону и попросил прийти на следующее утро. Когда 24 февраля я вошел в его кабинет, он начал с извинений по поводу того, что принимает меня он, а не Галифакс, как это следовало бы ввиду принципиальной важности вопроса, о котором идет речь. Галифакс, однако, сегодня находится в отъезде, а правительство не хотело задерживать передачу ответа до понедельника (24-го была суббота). Поэтому, ему, Батлеру, поручено сообщить мне, что Британское правительство думает о сделанных мной 22 февраля заявлениях*.

По словам Батлера, кабинет с большим интересом встретил эти заявления, в особенности те его части, которые касаются разъяснения позиции СССР в отношении Швеции и Норвегии, природы советско-германских отношений, а также линии Советского правительства в европейской войне. Подтверждение нейтралитета, которое было сделано мной 22-го, Британским правительством с удовлетворением принято к сведению. Кабинет полагает, что мои сообщения будут способствовать значительному очищению атмосферы в англо-советских отношениях и сыграть полезную роль в дальнейшем развитии этих отношений.

Несколько иначе стоит вопрос о Финляндии. Британское правительство относится, конечно, с симпатией к готовности СССР кончить войну и заключить мир с «финским правительством». Однако оно считает, что указанные мной мирные условия являются слишком жесткими, ибо переход к СССР той территории на Карельском перешейке и в районе Ладожского озера, о которой я говорил в прошлый раз, означал бы сдачу Финнами всех своих укрепленных позиций. Британское правительство поэтому считало бы для себя невозможным передать такие условия в Гельсингфорс, ибо даже простая их передача все-таки возлагала бы на него известную, хотя бы и косвенную, ответственность за данные усло-

___________________
* См. док. 50.

107

 


вия [49]. Между тем Британское правительство связано решениями Лиги Наций. Общественное мнение в стране также ни в коем случае не поддержало бы подобного шага правительства, ибо оно твердо стоит на той точке зрения, что «агрессия не должна приносить выгоды». Британское правительство, однако, не видит, почему бы Советское правительство не могло сделать свои мирные предложения «финскому правительству» непосредственно? Британское правительство очень сожалеет, что оно сейчас не в состоянии взять на себя посреднической роли, т. к. оно не согласно с данными условиями мира. Это однако, ни в какой мере не означает, что оно питает враждебные намерения в отношении СССР. Совсем напротив, оно хотело бы поддерживать и по возможности улучшить отношения с Советским Союзом.

Я заявил Батлеру, что, разумеется, передам ответ Британского правительства своему правительству в Москву и не стану заранее предвосхищать реакцию последнего на данный ответ. Однако я хотел бы сейчас сделать кое-какие замечания лично от себя. Не могу скрыть от Батлера, что переданный им ответ Британского правительства вызывает у меня чувства удивления и сожаления.

Мое удивление вытекает из того факта, что в течение ряда месяцев я слышу от ряда членов правительства, включая самого Батлера, категорические заверения в нежелании расширять поле войны, в стремлении ограничить европейский конфликт его нынешними размерами. И вот теперь, когда Британскому правительству предоставляется прекрасный случай дать практическое выражение этим добрым намерениям, когда открывается возможность быстро потушить один из очагов войны в Европе, чреватый опасными международными осложнениями,— Британское правительство вдруг заявляет: «Не можем!». При этом в обоснование своих действий оно приводит чрезвычайно неубедительные аргументы (я подверг тут критике ссылки Батлера на «агрессию», роль общественного мнения и т. д.). Невольно возникают сомнения в искренности тех заявлений, которые я слышал раньше, и Британскому правительству не следует удивляться, если у нас, в Советском Союзе, из данного факта сделают не совсем-то лестные для Лондона выводы.

Мое сожаление вызывается тем обстоятельством, что участие Англии в ликвидации финской войны могло бы способствовать известному очищению атмосферы в отношениях между нашими странами. Здесь налицо имелся рычаг, с помощью которого можно было бы дать другой ход опасному развитию советско-английских отношений, наблюдавшемуся в течение последних месяцев. Британское правительство не захотело использовать данного рычага, и я опасаюсь, что этот факт будет иметь неблагоприятные последствия для этих отношений.

Батлер был, видимо, встревожен тем, что я сказал, и стал спорить. Он просил не преувеличивать значения ответа Британского правительства по вопросу о Финляндии и вновь стал подчеркивать, что его возражения относятся не к желанию СССР заключить мир с Финляндией, а исключительно лишь к данным условиям мира. Далее Батлер еще несколько раз повторял, что Британское правительство совсем не хотело бы ссориться с СССР, а, напротив, желало бы поддерживать нормальные отношения между обеими странами сейчас и улучшить их в дальнейшем. Однако все это уже производило впечатление арьергардной акции.

Полпред СССР в Великобритании И. Майский

АВП РФ, ф. 069, on. 24, п. 68, д. 7, л. 28—31.

108

 


 

 

54. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА ПЕРВОМУ ЗАМЕСТИТЕЛЮ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. П. ПОТЕМКИНУ

24 февраля 1940 г.

23 февраля 1940 г. дали ужин в честь 22-й годовщины РККА и РКВМФ, на котором присутствовали главнокомандующий германской сухопутной армии генерал Браухич, начальник верховного командования генерал Кейтель, заместитель Браухича генерал Фромм, адмирал Витцель, начальник штаба военно-воздушных сил генерал Удет, военные атташе иностранных миссий, находящиеся в Берлине, помощник статс-секретаря министерства иностранных дел Верман и другие, всего 80 человек. Ввиду отсутствия комкора Пуркаева я обменялся тостом с генералом Браухичем. Прием продолжался 4 часа в чрезвычайно дружественной атмосфере при подчеркнутом внимании к Красной Армии, выражавшемся в многочисленных личных поздравлениях. Шведский военный атташе обратился ко мне с предложением о посредничестве Швеции между нами и Финляндией. На вопрос, является ли это предложение официальным, швед ответил, что это его личное предложение. Я ответил, что об этом не может быть и речи. Швед был очень удовлетворен, когда я заверил его в отсутствии у нас всяких притязаний на Скандинавию, а финский вопрос следует рассматривать как помощь финскому народу. В беседе с Браухичем, вернувшимся из Перемышля и других районов Польши, выяснилось, что он очень удовлетворен образцовой перегрузкой нефти и зерна на границе. Браухич сообщил о якобы имеющих место выстрелах отдельных наших пограничных групп в сторону немецкой территории. Браухич подчеркнул, что это сообщение не является официальным заявлением.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 315, д. 2174, л. 129—130.

 

 

55. ТЕЛЕГРАММА ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИТАЛИЯ Л. Б. ГЕЛЬФАНДА В НКИД СССР

25 февраля 1940 г. Немедленно

Виделся с политическим директором министерства Бути. В частной беседе и доверительно Бути высказывал пессимизм по поводу перспектив улучшения итало-советских отношений, отмечая, что нынешняя позиция Италии и кампания печати являются результатом «определенной программы». Развивая это положение, Бути в весьма осторожной форме дал мне понять то, что уже [я] передавал Вам в других аспектах из других источников:

1. Берлин отнюдь не возражает против антисоветской кампании Рима. «Чем хуже у Вас отношения со всеми, тем более Вы будете вынуждены удовлетворять стремления Берлина, а затем и выполнять экономические обязательства»,— говорил Бути. Беседа с Шуленбургом в духе моего № 2052 могла бы, быть может, затруднить эту двойную игру на будущее.

109

 


2. Систематическим подогреванием антисоветской атмосферы и активным участием в этом Италия, перебрасывая мост к Англии и Франции, сохраняет эмбриональную возможность разных перспективных антисоветских комбинаций.

3. Пока настоящая война на Западе не началась (а начинать ее никому не хочется), надежды возлагаются на попытку втянуть в более широкий конфликт СССР. Широко сочетая провокацию и шантаж, рассчитывая, что мы будем искать «реванш за Финляндию», здесь да и, видимо, не только в Риме наивно верят в немедленное, в силу нашей реакции, возникновение после или даже наряду с незаконченными финскими операциями других осложнений. Причины заинтересованности обоих борющихся лагерей задержать Италию в таком осложнении не нуждаются в комментариях.

Под крупными заголовками и со ссылкой на личное участие Муссолини сообщается о подписании нового итало-германского экономического соглашения, содержание которого резюмирую дополнительно. Клодиус выехал в Румынию*. Одновременно петитом на последних страницах сообщают и о подписании торгового соглашения с Турцией.

Гельфанд

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 329, д. 2266, л. 149—150.

 

 

56. БЕСЕДА ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. Г. ДЕКАНОЗОВА С ПОСЛОМ КОРОЛЕВСТВА АФГАНИСТАН В СССР С. А. ХАНОМ

Разослано: т. Молотову, т. Лозовскому, Ген. Секретариат, Пол[пред-ст] во СССР в Кабуле, Ближневосточн. отдел

27 февраля 1940 г.

1) Султан Ахмед сообщил, что по вопросу предоставления участка земли в Кабуле для постройки там нового здания полпредства СССР он запрашивал МИД. Последний ответил, что необходимый участок может быть предоставлен без всякой задержки. Одновременно посол поинцересовался вопросом, на каких началах афганское посольство сможет пользоваться занимаемым им домом в Москве после переезда нашего Полпредства в Кабуле в свое здание, а также сохраним ли мы за собой старый дом, занимаемый в настоящее время нашим полпредством в Кабуле.

Я ответил, что в случае решения Афганского правительства строить дом для своего посольства в Москве мы могли бы на основе взаимности предоставить для этого соответствующий участок. Наряду с этим не исключена возможность оставления и в дальнейшем за нашим Полпредством в Кабуле занимаемого им в настоящее время старого здания.

2) Далее посол, сославшись на имеющиеся слухи относительно происходящей будто бы концентрации советских войск в Ташкенте, просил по этому поводу разъяснений.

Я отметил, что определенная иностранная пресса действительно усиленно распространяет разного рода провокационные слухи о каких-то агрессивных намерениях СССР в отношении Афганистана и даже, более того, в отношении английских интересов на Востоке и в Индии. Эти

___________________
* Карл Клодиус — заведующий экономическим отделом МИД Германии

110

 


измышления распространяются с целью обострить отношения между СССР и его соседями. В связи с этим я указал, что имею заявить, что Советский Союз желает сохранить и укрепить мир с Афганистаном и дальше развивать добрососедские отношения, существующие между нашими странами.

Посол поблагодарил за сделанное мною заявление и подчеркнул, что он полностью удовлетворен полученным ответом.

3) В заключение Султан Ахмед Хан высказал недоумение по поводу причин распространения итальянской прессой всякого рода ложных сообщений с попытками испортить отношения между СССР и Афганистаном? Отметив, что Италия в настоящей войне, как и в предыдущей мировой войне, занимает двуличную выжидательную позицию, посол подчеркнул, что, по его мнению, Италия не может быть заинтересована в том, чтобы союзники одержали победу над Германией, поскольку острие настоящей войны направлено также против Италии и что в случае поражения Германии был бы также нанесен большой удар и по колониальным притязаниям Италии.

Беседу переводил тов. Лейзерзон. В. Деканозов.

АВП РФ, ф. 071, on. 22, п. 192, д. 5, л. 9—10.

 

 

57. ТЕЛЕГРАММА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА ПОЛНОМОЧНОМУ ПРЕДСТАВИТЕЛЮ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОМУ

27 февраля 1940 г.

В ответ на сделанное от имени английского правительства заявление Галифакса* Советское правительство считает нужным сообщить следующее:

1. СССР, как нейтральная страна, вел и будет вести свою внешнюю торговлю как с воюющими, так и с нейтральными странами, исходя из своих потребностей вывоза и ввоза товаров.

2. В отношении Германии Советское правительство имеет торговое соглашение, которое СССР выполняет и будет выполнять, считая это своим внутренним делом, а не предметом переговоров с третьими странами, так же как советское правительство не предполагает делать предметом советско-английских торговых переговоров вопрос о торговых соглашениях Англии с другими странами.

3. Что касается торговли СССР с Англией[47], то Советское правительство имеет в виду торговые переговоры о товарообороте, по которому СССР обеспечивает ввоз товаров для своих нужд, а не для ввоза в другие страны.

4. СССР всегда точно выполнял и выполняет принятые на себя обязательства и ожидает от контрагентов такого же отношения к своим обязательствам, хотя СССР не может не отметить, что Англия сочла возможным нарушить торговое соглашение с СССР и приняла ряд мер по нарушению торговли СССР с другими странами, например запрещение Англией осенью 1939 года вывоза в СССР оборудования, закуплен-

___________________
* См. док. 53.

111

 


ного в Англии; задержание английскими военными властями в дальневосточных водах советских судов «Селенга» и «Маяковский» с грузами, предназначенными для СССР.

5. Советское правительство согласно восстановить торговые отношения с Англией по товарам, интересующим каждую сторону, на началах взаимности, поскольку такое соглашение не будет требовать нарушения торговых обязательств каждой из сторон в отношении других стран.

6. Советское правительство считает вместе с тем, что освобождение задержанных Англией советских пароходов «Селенга» и «Маяковский» было бы наилучшим условием, дающим возможность начать торговые переговоры и заключить соответствующее соглашение. Передайте этот ответ Советского правительства в письменном виде.

Молотов

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 326, д. 2238, л. 79—80.

 

 

58. ИЗ ДНЕВНИКА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КИТАЙСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ А. С. ПАНЮШКИНА [БЕСЕДА С ЗАМЕСТИТЕЛЕМ ПРЕМЬЕР-МИНИСТРА И МИНИСТРОМ ФИНАНСОВ КИТАЯ КУН СЯНСИ, ВОЕННЫМ МИНИСТРОМ ХЭ ИНДИИ, МИНИСТРОМ ЭКОНОМИКИ ВЭН ВЭНЬХАО И ОТВЕТСТВЕННЫМ РАБОТНИКОМ ЦК ГОМИНЬДАНА ШАО ЛИЦЗЫ]

Разослано: т. Лозовскому, Ген. Секретариат

29 февраля 1940 г.

Полпред: Господа, перед обедом в беседе мы затронули с д-ром Куном очень интересный и важный вопрос: отношение СССР к европейской войне. Я хотел бы высказать свое мнение по этому вопросу.

Гости: Пожалуйста.

Полпред: Как известно, отношение СССР ко всякой империалистической, захватнической войне отрицательное. Тов. Молотов в своей речи на 5-й Чрезвычайной сессии Верховного Совета СССР совершенно ясно заявил, что пакт о ненападении, заключенный между Советским Союзом и Германией, обязывает нас сохранять нейтралитет в случае участия Германии в войне. Такова наша политика в отношении этой войны. Мне хочется также затронуть другой вопрос. (За последнее время в китайских газетах стали появляться статьи с пессимистическими нотками в отношении дальнейшей помощи СССР Китаю со ссылкой на то, что СССР увяз в войне с Финляндией. Некоторые думают, что переговоры СССР с Японией преследуют цель улучшения взаимоотношений СССР с Японией за счет Китая. Такое мнение является совершенно неправильным.) Политика СССР ясна, это политика мира, СССР стремится к дружественным, деловым взаимоотношениям со всеми странами, если, конечно, и с их стороны будет такое же стремление. СССР, как известно, вел очень долгие переговоры с такой страной, как Финляндия. Были использованы все средства для мирного разрешения советско-финского вопроса. Однако Финляндия отвергала все мирные предложения СССР. Всему миру ясно, что за спиной Финляндии стоят ее друзья — империалисты Англии и Франции, готовившие территорию

112

 


Финляндии как плацдарм для нападения на СССР. Увидел это и финский народ, обратившийся через свое демократическое правительство к СССР за помощью. Правительство СССР с целью обезопасить Ленинград от нападения со стороны финских и международных агрессоров предприняло свои действия по отношению к Финляндии. СССР не имел и не имеет никаких территориальных притязаний к Финляндии. (Что же касается помощи Китаю со стороны СССР, то я должен заявить, что СССР помогает всем странам, подвергшимся агрессии. Китай как раз представляет такую страну, которая подверглась агрессии со стороны Японии. СССР, как известно, помогал и помогает Китаю в таких масштабах, которые нельзя сравнить ни с одной страной мира. СССР и Китай являются великими соседями, имеющими самые дружественные взаимоотношения. СССР помогал и будет помогать Китаю в его борьбе против агрессора. Всем вам, господа, известна ответная телеграмма т. Сталина маршалу Чан Кайши, в которой т. Сталин желает китайскому народу победить своих врагов. Это является главным моментом в политике СССР к Китаю. Поэтому мне кажется, нет никакого основания высказывать какой бы то ни было пессимизм или сомнения в отношении помощи Китаю со стороны СССР.)

Кун Сянси: У нас нет никаких сомнений в том, что СССР, являясь нашим лучшим другом, по-прежнему будет помогать Китаю, ибо Япония является нашим общим врагом, против которого мы должны бороться вместе. Мы ждем от СССР новой помощи в виде горючего, железа, стали, самолетов. Нами уже сделана заявка на эти предметы, и мы надеемся, что СССР и на этот раз не откажет нам. Великий Сталин очень много внимания уделяет нашей борьбе, поэтому, когда Сунь Фо поехал в СССР, ему удалось сделать очень многое для усиления помощи Китаю со стороны СССР. Мы, в свою очередь, не остаемся в долгу у нашего друга. Китай поставляет СССР руду, вольфрам и др. Однако за последнее время нам не удается отправить очередную партию вольфрама, так как Англия препятствует этому.

Полпред: Некоторые считают, что Англия благосклонно относится к Китаю и к его борьбе.

Кун Сянси: Да, пожалуй, можно сказать, что Англия благосклонно относится к Китаю. История знает немало случаев большой помощи Китаю со стороны Англии. Правда, в последнее время в связи с войной в Европе она не оказывает нам такой помощи, как прежде.

Полпред: Скажите, почему же Англия блокирует Китай и изолирует его от внешней торговли с СССР? Разве она этим не помогает врагу Китая вести борьбу против него? Можно ли это назвать благосклонным?

Куй Сянси: Дело в том, что Англия боится, как бы вольфрам не попал через СССР в Германию, воюющую с Англией. Это заставляет Англию всячески препятствовать вывозу руды и пр. в другие страны, которые могут помочь Германии.

Полпред; Это опасение ни на чем не основано, так как ни одного грамма руды не идет через СССР в Германию. Наши торговые отношения с Китаем начались задолго до европейской войны. Кроме того, простой арифметический подсчет опровергает всякие версии о провозе вольфрама через СССР в Германию. Ведь одна тонна вольфрама, провезенная через Сибирь, Украину, через весь Советский Союз, станет Дороже золота. Не думаю, чтобы Германия пошла на такие жертвы. К тому же количество вольфрама, ввозимого в СССР из Китая, не настолько елико, чтобы СССР продавал его кому-то другому. Я думаю, что все эти опасения совершенно неосновательны.

113

 


Кун Сянси: Мы говорили с англичанами что СССР помогает нам очень во многом, что горючее мы получаем почти исключительно из СССР, что всякая задержка наших поставок ухудшает и осложняет наши торговые отношения, но они, все свое, боятся, что СССР отправит в Германию. Вообще я предлагаю оставить этот разговор о третьих странах. Сейчас здесь представители двух стран — Китая и СССР. Лучше всего поэтому разговор вести об этих странах. Я бы сказал, не рассуждения, а дела, факты должны показать, кто и как помогает и будет помогать Китаю!

Полпред: Скажите, чем объяснить, что китайская пресса очень мало, помещает материалов о Советском Союзе? Почему, например, так скупо освещается внутренняя жизнь СССР и внешняя политика советского правительства? Более того, по обстановке на финской границе вместо положительной информации часто помещают материалы, направленные против СССР, в то время когда в СССР помещаются исключительно положительные материалы о Китае. Так, например, 6 февраля в корреспонденции из Женевы сообщалось о том, что широкие массы финского народа оказывают героическое сопротивление Красной Армии.

Кун Сянси: Я думаю, что это можно объяснить тем, что наша пресса загружена внутренней информацией.

Хэ Инцин: Что же касается отрицательных статей, то я уже отдал приказ о категорическом запрещении помещать всякие статьи, направленные против СССР или Красной Армии. Мы привлекаем к ответственности людей, не выполняющих этот приказ. Относительно указанной корреспонденции я должен заявить Вам, что на редактора наложено административное взыскание на следующий же день после опубликования.

Шао Лицзы: Да, я это подтверждаю. Что касается пессимизма или сомнений, то я, право, не замечал этого в наших газетах.

Кун Сянси: Тут надо еще иметь в виду, что китайские газеты — это не советская пресса. Тут часто тебя отругают, а ты не знаешь за что, китайцы помещают сообщения из разных источников, часто прямо противоположные по смыслу, но им кажется, что этим они сохраняют объективность.

Полпред: Почему бы тогда не поместить сообщения агентства ТАСС из Софии, что шведские волонтеры не хотят больше воевать против Красной Армии и возвращаются домой или что трудящиеся Швеции требуют от своего правительства нейтралитета в советско-финских отношениях?

Шао Лицзы: Нужно заметить, что мы очень мало пишем о СССР. Следует увеличить информацию о Красной Армии и СССР. Но часто сообщения ТАСС очень длинны и технически не оформлены, поэтому происходит задержка в их помещении.

Хэ Инцин: Нужно, чтобы ТАСС заключил с Сентрал Ньюс такой же договор, как и Гавас, Рейтер, Трансошин и Юнайтед Пресс, тогда Сентрал Ньюс будет обязано помещать сообщения ТАСС.

Полпред: Помещать более полную и правдивую информацию о Советском Союзе крайне необходимо. Я думаю, что д-р Кун и гг. Хэ Инцин и Шао Лицзы помогут нам в этом.

Кун Сянси Инцин и Шао Лицзы: Несомненно.

Панюшкин

АВП РФ, ф. 0100, on. 24, п. 196, д. 8, л. 6—10.

114

 


 

 

59. ПИСЬМО ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА ПЕРВОМУ ЗАМЕСТИТЕЛЮ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. П. ПОТЕМКИНУ

29 февраля 1940 г.

За последнее время Консульский отдел Полпредства СССР в Германии получает большое количество писем по вопросу освобождения из германского плена военнопленных, которые были призваны в польскую армию из областей бывшей Польши, теперь принадлежащих СССР.

Письма поступают как от самих военнопленных, индивидуальные и коллективные, так и от их родственников, проживающих в западных областях УССР и БССР, Многие из родственников военнопленных имеют с ними почтовую связь. Кроме этого, через Консульский отдел НКИД в наш адрес поступают заявления граждан из указанных областей с просьбой отыскать их родственников, которые в настоящее время являются военнопленными.

От НКИД по этому вопросу никаких запросов пока не было и, по-видимому, скоро не будет, так как военнопленных в настоящее время усиленно используют в качестве почти бесплатной рабочей силы на заводах и в сельском хозяйстве.

Полпредство в этом направлении пока никаких шагов не предпринимало и все заявления оставляло без ответа.

Кроме этого, поступают письма от бывших польских граждан, проживающих в германской части Польши, которые разыскивают родственников военнослужащих бывшей польской армии, интернированных Красной Армией. Эти письма оставляли также без ответа.

Прошу Ваших указаний по затронутому вопросу.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 4, д. 138.

 

 

60. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ТУРЕЦКОЙ РЕСПУБЛИКИ В СССР А. Г. АКТАЕМ

2 марта 1940 г.

Посол заявляет, что он пришел выразить удовлетворение своего правительства по поводу опровержения, опубликованного ТАСС*, в связи с лживым сообщением агентства Стефани о переходе турецкой границы советским вооруженным отрядом. По мнению Турецкого правительства, такого рода «новости» распространяются с целью омрачить советско-турецкие отношения. Единственным средством пресечения подобных попыток являются ясные и одновременные опровержения. Учитывая, что неблагожелательная пропаганда приняла большие размеры, правительство решило через своего председателя еще раз объяснить политику Турции. Посол надеется, что т. Молотов уже знаком с последней декларацией Сайдама**, и его удовлетворила та ее часть, где говорится о советско-турецких отношениях.

___________________
* См. док. 47.
** Имеется в виду речь премьер-министра Р. Сайдама 29 февраля 1940 г. по национальному радио; текст см. Известия.— 1940. — 3 марта.— Прим. сост.

115

 


Тов. Молотов говорит послу, что он удовлетворен тем, что опровержение ТАСС было подтверждено турецкой стороной. Что же касается слухов, имеющих целью ухудшить отношения между Турцией и СССР, то советская пресса воздерживается от их распространения. Однако нельзя сказать, что в Турции не создаются поводы для таких слухов. В этой связи можно отметить многочисленные поездки Вейгана в Турцию и путешествия членов Турецкого правительства к советской границе, где они осматривают стратегические районы.

Переходя к поднятому послом вопросу о последней речи Сайдама, т. Молотов говорит, что в этой речи привлекает внимание следующее. Сайдам говорит: «В наших отношениях с СССР ничто не изменилось за последние 6 месяцев,— и сразу после этого заявляет,— мы живем в эпоху, когда все скрывают свои намерения». Для чего сказано это Сайдамом? В этих словах Сайдама дается повод заподозрить намерения и внешнюю политику Советского Союза, для чего у Турции нет никаких оснований. Или, может быть, это способ намекнуть на какие-то новые намерения самой Турции? Такие заявления, делаемые на фоне поездок Вейгана и т. п., могут породить новые слухи, и поэтому нельзя отнестись положительно к таким заявлениям.

Тов. Молотов добавляет: что касается лживого сообщения агентства Стефани, то можно было ожидать, что Турецкое правительство его опровергнет первым. Ведь распространялись ложные слухи о переходе советскими войсками турецкой границы. Однако инициативу опровержения взяло на себя правительство СССР. Тов. Молотов указывает послу на спокойную миролюбивую позицию советского правительства и на отсутствие у Турции каких-либо поводов для упреков в отношении СССР.

Актай отвечает, что фраза в речи Сайдама, на которую обратил внимание тов. Молотов, в сочетании с последующими фразами показывает, что она не направлена против СССР. По словам посла, Сайдам в данном случае не имел в виду СССР. Посол получил указание заявить т. Молотову, что Турецкое правительство сохраняет в отношениях с СССР существующее на сегодня положение и будет его сохранять, поскольку его нерушимость будет уважаться. Посол официально заверяет т. Молотова, что последние поездки Вейгана не имеют значения. Турецкое правительство имеет во внешней политике свою линию, которая была определена Сараджоглу во время его пребывания в Москве[60], и с тех пор не подвергалась никаким изменениям.

Тов. Молотов говорит, что он понимает необходимость спокойного отношения ко всяким слухам, но не следует для этих слухов давать поводы.

Актай замечает, что до Турецкого правительства тоже доходит много слухов о политике СССР. Говорят, например, о военном союзе между Германией и СССР. Но в Турции не верят этим слухам, т. к. знают, что они необоснованны.

На это т. Молотов указывает послу, что СССР вел и ведет свою самостоятельную политику, а вовсе не политику какого-либо союзника. У СССР нет оснований менять свою политику, и к слухам, о которых говорил посол, серьезные люди в Турции, по-видимому, не относятся серьезно.

Актай говорит, что президент и правительство Турции считают советскую политику стабильной и именно такой, как ее охарактеризовал т. Молотов.

Тов. Молотов спрашивает посла, как понимать заявление Турецкого

116

 


правительства о том, что Турция не нейтральна, а находится «вне войны».

Посол отвечает, что Турция не нейтральна, т. к. она состоит в союзе с Англией и Францией, но она вне войны, т. к. в ее союзном обязательстве есть оговорка, позволяющая Турции избежать вооруженного конфликта с СССР.

Тов. Молотов указывает, что вопрос может быть поставлен не только об участии Турции в войне против СССР, но и об известных обязательствах, существующих у Турции по отношению к СССР и у СССР по отношению к Турции. Не вносят ли последние решения Балканской Антанты[13] каких-либо изменений в советско-турецкие отношения?

Посол заявляет, что он официально и вполне искренне заверяет Советское правительство, что Балканская Антанта не приняла никаких решений, которые затрагивали бы отношения между Турцией и СССР. Ничего не изменилось, и Турция не предпримет ничего такого, что было бы направлено против Советского Союза.

Далее посол говорит, что он хочет объяснить, почему сообщение Стефани было опровергнуто в Турции уже после того, как его опровергли в СССР. Дело в том, что ТАСС поспешил и дал опровержение в 2 часа ночи. Рано утром оно было получено в Анкаре. Опровержение было ясным, сильным и настолько выражало турецкую точку зрения, что Турции только оставалось к нему присоединиться.

После этого посол говорит, что он хочет затронуть вопрос, не являющийся целью его прихода. Дней 20 тому назад он обращал внимание НКИД на факт нарушения турецкой границы двумя советскими самолетами. Недавно еще один советский самолет перелетел турецкую границу в районе Виче. Послу поручено только обратить на этот факт внимание НКИД.

Тов. Молотов отвечает, что этот факт ему не известен. Если перелет границы имел место, то будут даны указания о недопущении повторения подобных случаев в будущем.

Поблагодарив т. Молотова за ответ, Актай говорит, что теперь он хочет затронуть вопрос личного порядка. Он, посол, просил у своего правительства разрешения выехать в небольшой отпуск, чтобы повидать семью. Однако после отъезда из Москвы послов Великобритании[30], Франции и Италии[2] 10—15-дневное отсутствие турецкого посла могло бы породить разные нежелательные слухи. Поэтому Сараджоглу разрешил Актаю выехать из Москвы только в том случае, если тов. Молотов не найдет отъезд нежелательным и разрешит его.

Тов. Молотов отвечает, что он не может не разрешить, если это послу нужно.

Поблагодарив тов. Молотова за ответ и за прием, посол обещает лично информировать турецких руководящих деятелей о высказанных тов. Молотовым взглядах на советско-турецкие отношения.

Прощаясь с послом, тов. Молотов просит его передать привет правительству и руководителям Турецкой Республики.

Беседу записал Подцероб

АВП РФ, ф. 06, оп, 2, п. 1, д. 9, л. 1—4,

117

 


 

 

61. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В США К. А. УМАНСКОГО В НКИД СССР

3 марта 1940 г.

В разговорах с журналистами в Госдепартаменте и в корреспонденциях наиболее осведомленных американцев из Берлина указывается на корректный и «умеренный» тон заявления Гитлера Уэллесу" о германской программе, которая излагается следующим образом: невмешательство англо-французов в германскую сферу интересов в Центральной Европе («германская доктрина Монро»), восстановление части Польши, Богемии, Моравии как государственных единиц, открытие немцам доступа к колониальному сырью за счет морской и колониальной гегемонии Англии. Нет никаких признаков, что американцы узнали из заявления Гитлера что-либо новое или что он выдвигает их базу для предложения союзникам мирного плана. Выдвижение подобного плана и вообще «преждевременное» окончание войны явно не входит в расчеты Рузвельта и приобрело бы актуальное значение только, если бы Уэллес нащупал возможность вбить клин между нами и немцами. В беседах и газетах об этом говорят лишь глухими намеками, но в издаваемой не для печати и потому более откровенной корреспонденции «Уомуэй-Итон» (бюллетень 1089 от 27 февраля) говорится: «Логической предпосылкой мирного наступления Рузвельта является западноевропейский союз против большевиков, который базировался бы на сотрудничестве ответственных промышленных деятелей Англии, Франции и Германии. Эта идея отнюдь не фантастична, но требует поддержки со стороны США, которую Рузвельт едва ли может обещать до перевыборов». Самый факт невключения Москвы в маршрут Уэллеса[51] укладывается в эту схему. Поэтому большой интерес проявляется к слухам о том, что Уэллес имеет задание Рузвельта выяснить возможность германского посредничества с целью окончания финского конфликта. Госдепартамент рекомендует журналистам не обращать внимания на эти слухи, и в печати они почти не фигурируют. Однако, хотя здесь известно, что французы относятся к этой идее резко отрицательно, предпочитая держать «рану открытой», вполне вероятно, что Уэллес поставил этот вопрос перед немцами, ибо, во-первых, американцы, что бы ни писала пресса, считают, что падение Выборга плюс позиция скандинавов обрекают белофиннов на разгром до оттепели и поэтому надо торопиться с посредничеством, во-вторых, заинтересованы в том, чтобы сохранить даже сокращенный финский барьер против нас на будущее, в-третьих, хотят проверить, насколько немцы поддаются использованию для нажима на нас, в-четвертых, хотят заработать лавры миротворца Рузвельту перед выборами.

Предвыборные соображения, являющиеся одной из причин поездки Уэллеса, диктуют крайнюю осторожность в переговорах, с тем чтобы оппозиция не могла ни упрекнуть Рузвельта во втягивании в войну, ни использовать провала той или иной мирной инициативы как удар по его престижу. Суммируя ряд бесед с авторитетными людьми (запись ближайшей почтой), прихожу к выводу, что в данный момент цель Рузвельта и отсюда задания Уэллесу следующие: оттягивать развязку на Западе, по возможности предотвратить германское весеннее наступление, усилить влияние США на нейтралов, в частности на скандинавов и Италию и через нее на Балканы, и отрывать их от Германии, суля им кредиты, если они откажутся от клиринговой торговли с немцами, поощрять подготовку скандинавского, балканского и ближневосточного

118

 


фронтов против нас, продолжать развернутую военную экономическую помощь союзникам, выторговывая у англичан уступку в области контроля контрабанды, попутно готовить в переговорах как с немцами, так и союзниками позиции для усиления экономического влияния США в Европе, ослабленной в исходе войны, обещая широкое использование американских золотых запасов в случае отказа европейцев от автаркии и таможенных барьеров. СССР не только не включается в это столкновение, но он имеется в виду как приманка немцам для отрыва от экономического сотрудничества с нами. Несмотря на то что эта схема, наличие которой американцы не отрицают, отдает предвыборной пропагандой и пока нереальна, она вызывает подозрения в деловых английских кругах, как предвестник будущего «наступления доллара» за счет интересов Англии. По сведениям, нуждающимся в проверке, в письме Рузвельта Муссолини и в аналогичных письмах Гитлеру, Даладье и Чемберлену Рузвельт просит проинформировать Уэллеса о взглядах этих правительств на реорганизацию воюющей Европы на базе ликвидации автаркии и протекционизма. О том, что Американское правительство считается с перспективой германского весеннего наступления, говорил мне, в частности, в беседе, упомянутой в письме наркому 62, министр внутренних дел Иккенс, заявивший, что Американское правительство верит в эти перспективы, даже делая поправки на то, что союзники намеренно сгущают краски и прибедняются перед американцами. Со слов лидера производственных профсоюзов Льюиса, его помощник передает мне, что якобы Уэллес в интересах предотвращения серьезных военных действий на Западе имеет задание выяснить возможность трехмесячного перемирия, причем Рузвельт считает, что в случае успеха этого предприятия его кандидатуре в президенты обеспечена победа на июльском съезде демократической партии и на выборах независимо от того, что останется реакция перемирия позже*.

Рузвельту сейчас приходится тормозить вползание США в войну, и он считается со следующими моментами:

1. Несомненный подъем антивоенных настроений, особенно рабочего класса, на фоне ухудшения экономической конъюнктуры, плюс недовольства фермерства, теряющего на падении цен ряда продуктов, не закупленных союзниками (поэтому для победы на выборах Рузвельту желателен ореол миротворца).

2. По мнению Рузвельта, время работает на союзников.

3. Перед выборами конгресс не пойдет на предоставление займов и кредитов союзникам, которые, если оттянуть крупные военные события, пока смогут использовать для военных заказов свою наличность в США (нежелание кредитовать воюющих сказалось на трудном прохождении займа финнам и скандинавам).

4. Выгодно вступить в войну, когда союзники истощат свои резервы в США и предоставление им займа можно будет обусловить некоторыми уступками американскому влиянию в Европе и Латинской Америке (возможно, даже с территориальными уступками США в Карибском море).

5. Военная неподготовленность США и необходимость оглядываться

на Японию, поскольку пока угрозы эмбарго еще не привели к сделке с

ней.

В случае, если Уэллес вернется ни с чем[37], что весьма вероятно, группа Рузвельта все же попытается использовать внутри партии и перед

___________________
* Так в оригинале.

119

 


избирателями поездку Уэллеса, как давшую Рузвельту информацию об угрожающем положении, при котором нельзя менять президента и надо помочь ему в его программе вооружения.

Уманский

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 320, д. 2198, л. 98—103.

 

 

62. БЕСЕДА 1-ГО СОВЕТНИКА ПОЛПРЕДСТВА СССР В ГЕРМАНИИ М. Г. ТИХОМИРОВА С ПРЕДСТАВИТЕЛЕМ ВВС ГЕРМАНИИ М. Ф. КЛЯЙСОМ

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, Ген. Секретариат

4 марта 1940 г.

4 марта был на квартире у капитана-летчика М. Ф. Кляйса по его приглашению. Кляйс познакомил меня с его женой. В квартире Кляйса, кроме меня и Кляйса, никого не было.

Из моей двухчасовой беседы с Кляйсом заслуживают внимания следующие вопросы.

1. О беседах зам. американского статс-секретаря Уэллеса[37] с Гитлером, Герингом, Риббентропом.

Кляйс говорит, что о существе переговоров Уэллеса с указанными лицами он ничего не знает. Разговоры велись секретно, и вряд ли кто-нибудь будет иметь возможность узнать подробности этих бесед Уэллеса с руководителями немецкого правительства.

Кляйс развил такую идею. Он полагает, что Уэллес не мог предложить что-либо новое. Уэллес не имеет полномочий от Белого дома, но его нельзя было не принять, так как Уэллес выясняет положение воюющих стран; он узнает, кто в чем нуждается и кому потом, по возвращении Уэллеса в США, Америка может продавать свои товары (вооружение). Уэллес, по мнению Кляйса, прибыл в Европу для того, чтобы узнать, насколько велики вооруженные силы сторон. Можно ли рассчитывать на победу Англии и Франции над Германией или же победит в этой войне Германия. Если победит Германия, а в этой победе Кляйс не сомневается, то тогда США присоединят к себе Канаду, прогонят англичан, и это мероприятие американцев будет наруку нам — немцам.

Миссия Уэллеса, с точки зрения Кляйса, чисто моральная. Если бы Уэллес от имени американского правительства предложил Германии лишить Англию владения морским флотом, отдать Германии все морские вооруженные силы, лишить ее колониальных владений, вообще уничтожить Англию как страну капитализма, то тогда мы были бы немедленно за мир. Но ведь этого США не могут предложить, так как США — страна капиталистическая, подобно Англии.

Если бы Уэллес предложил нам, Германии, получить наши довоенные африканские колонии и заключить мир, мы — немцы — этим предложением удовлетвориться не сможем. Такое предложение, если бы оно и было сделано со стороны США, не устранило бы нашей борьбы с Англией. Англия через год-два снова бы начала войну. Она могла бы нас запереть в Атлантике, так как она имеет большой военно-морской флот. Так что новая война была бы неизбежной.

Мы хотим, говорит Кляйс, разгромить Англию, отнять у нее колонии: Африку, Индию. Как это получится, трудно сказать, добавляет Кляйс, но наша цель — расширить жизненное пространство своего государства

120

 


за счет английских колониальных владений и уничтожения Англии как великого врага Германии. Пока существует Англия как страна капитализма, она не даст нам покоя,

Англия — наш основной и вечный враг. Подумайте, говорит Кляйс, Англия начала закупать зерно в Румынии, Венгрии, а зачем? Она это делает только потому, чтобы нас оставить без хлеба, а ведь у Англии много колоний, откуда она может ввозить все, что ей нужно, и значительно дешевле, чем она ввозит с Балкан и Дуная.

На Балканы мы, немцы, Англию никогда не пустим. Было бы неплохо, если бы три страны — Германия, СССР и Италия — разрешили бы балканский вопрос. Балканы — пороховой погреб. Там узел новой войны, и» Англия в этом направлении и ведет свою внешнюю политику... Но Англия, как Вам известно, говорит Кляйс, пытается заставить Турцию запереть Проливы или дать разрешение Англии на право ввода в Черное море своих вооруженных морских сил. Зачем ей, Англии, все это нужно? Во-первых, Англия хочет воевать с СССР, а во-вторых, Англия при наличии своего морского флота в Черном море думает, что ей легче будет подчинить себе Балканы и тогда снова с юго-востока можно будет ударить по Германии.

Вообще, я должен Вам сказать, замечает Кляйс, что Англия ведет чрезвычайно умную внешнюю политику, но ее планы разгадал Гитлер, и она, Англия, будет нами бита. Так что миссия Уэллеса, мне думается, говорит Кляйс, ничего нам не дала и не даст. После этих слов я поинтересовался мнением Кляйса о статье американского корреспондента Лохнера, который выставил пять пунктов требований Германии, выдвинутых якобы Гитлером в качестве программы мира:

1. Польша, Чехословакия, Австрия должны остаться за Германией, и она свободна в выборе политической формы правления в этих странах.

2. За Германией должно остаться влияние на юго-востоке Европы.

3. За Германией должно остаться влияние на Скандинавские страны.

4. Возвращение колоний.

5. Разоружение морских пунктов Англии (Гибралтар, Суэц, Мальта и др.), и при удовлетворении этих пунктов Германия якобы согласна закончить войну миром.

Кляйс назвал этого корреспондента сумасшедшим. А по существу статьи сказал, что этой статьей хотят прощупать нас, Германию, удовлетворимся ли мы этим. Я Вам уже сказал, что Германия не согласится на возвращение только старых колоний, и мы не будем реагировать на эту безумную статью, и наше молчание будет служить доказательством того, что этот корреспондент не является умным. Умный корреспондент таких статей не напишет.

2. О перспективах войны.

Кляйс рассказал мне по этому вопросу следующее: существующее затишье на фронте должно будет скоро измениться наступлением Германии. К этому наступлению мы готовы. После начала наступления война продлится не более 3-х месяцев. Англия будет, безусловно, уничтожена.

От Англии отпадут колонии: Египет, Индия, жемчужина Великобритании, и тогда Англия прекратит свое существование как страна капитализма.

Англия и Франция вести наступления не могут. У них нет для этого сил. Если бы они имели силы, они давно бы начали это наступление. Кляйс заметил, что одна из целей посещения Европы Уэллесом —

121

 


оттянуть начало нашего наступления, но мы это поняли сразу и глупостей не сделаем. Когда мы будем наступать, сказать трудно. Может быть, через 2—3 недели, а может быть, и через месяц, но мы будем наступать: Приказ даст Гитлер. Он выберет момент, и мы победим. Мы, немцы, решили это сделать. Наше наступление нам обойдется в 1 млн. человеческих жертв, пусть будет так. Лучше потерять 1 млн. в 3 месяца, чем 4—5 млн. при затяжном характере войны. Настоящее время работает на нас. Мы много затопили английских судов, и в Англии не поспевают строить, а через некоторое время мы развернем все свои возможности и силы и лишим Англию возможности производить суда. Новых судов Англия выпускать не сможет, а старых недостаточно для борьбы с нами.

О себе Кляйс сказал, что он скоро уедет на Запад, теперь не время отсиживаться в министерстве авиации.

3. О Финляндии.

Кляйс спросил меня, думает ли Союз продолжать борьбу до окончательной победы над Финляндией или же Советское правительство пойдет по пути соглашения с финляндским правительством. Я ответил, что Советское правительство признало правительство Куусинена и оказывает этому правительству посильную помощь в его борьбе с белофиннами.

Далее я поставил перед Кляйсом такой вопрос. Можно ли допустить, что Германия, в силу своего внутреннего напряженного положения, пойдет на соглашение с Англией и Францией, заключит мир, выйдет из войны, и война с Англией и Францией будет перенесена на север, в Финляндию, короче говоря против СССР.

Какую позицию тогда займет Германия по отношению к СССР?

Кляйс дал весьма интересный ответ. Он сказал, что это невозможно. Германия воевать с СССР не хочет и не будет. Но, допустим, сказал он, что если бы это и случилось, то какая бы получилась тогда картина. Мы, немцы, могли бы у вас, СССР, отнять отошедшую к вам территорию бывшей Польши, а дальше бы мы не смогли продвинуться. Мы сейчас не можем поляков сделать немцами, они что волки, сколько их не корми, а они смотрят в другую сторону. В Польше у нас положение не весьма завидное. Там еще много и долго нужно работать и все же поляков трудно ассимилировать.

На Восток мы двигаться не можем, до Урала мы все равно не дойдем. Мы не японцы, которые мечтают расширить свои владения до Уральского хребта. Ваша территория огромная, многолюдная. Тыл у нас не будет спокойным. Все это, конечно, нужно трезво учитывать, и мы учитываем. Далее. Наши интересы совпадают с интересами СССР. Мы и вы, СССР, за социализм, правда, мы идем различными путями. У нас есть еще частный капитал, но это только формально. Владелец предприятия — директор и не более. Цены устанавливает правительство, заказы дает правительство, оно же и регулирует производство.

В СССР нет совсем капиталистов. У вас процесс уничтожения капиталистов проходил стихийно, а у нас этот процесс идет несколько организованнее. Так что, продолжает Кляйс, мы с вами драться не можем, ибо ч нас есть общие интересы. Нас из-за Финляндии в драку с СССР никто не может втянуть. Вы помните, мы предлагали финскому правительству заключить с нами пакт взаимопомощи, но оно нам ответило отказом. Так теперь пусть сами дерутся, нас не интересует судьба Финляндии. СССР подчинит себе Финляндию — это будет для нас лучше. Тогда ни Англия, ни Франция не будут искать на территории Финляндии нового театра войны против Германии.

Господство СССР в Финляндии не ущемляет наших интересов. Бал-

122

 


тийское море — внутреннее море. Если бы даже, допустим, СССР хотел бы выйти из Балтийского моря, то ему путь всегда был бы закрыт нашими подводными лодками. Мы не думаем, что СССР после разгрома Финляндии будет угрожать Швеции и Норвегии, а раз так, то вопрос о нашей борьбе с СССР отпадает. Я вижу угрозу СССР, продолжает Кляйс, не в Балтийском море, а в Черном море. Турки что-то поворачиваются спиной к СССР. Вот здесь, в Черном море, может быть угроза для СССР. Неплохо было бы, если бы в Средиземном море были хозяевами СССР (северная часть), Италия и Испания, можно допустить небольшой флот Франции.

Вопрос о сговоре Германии с Англией и Францией о перенесении фронта войны с Запада на Север отпадает, и Германия на это никогда не пойдет, так как проблема войны Германии с Англией от этого не разрешается.

В конце беседы Кляйс рассказал о себе. Он учился в летной школе в СССР в Липецке. Был в Испании, Польше (о своем участии в польской войне он показал мне много фото), был несколько раньше в Японии, Китае. Кляйс неплохо говорит по-русски. Сейчас он руководит 5-м отделом {штаба] воздушных сил. В 5-й отдел входят: СССР, Прибалтика, Скандинавия, Балканы, Китай и Япония.

Министерство авиации делится на 5 отделов: организационный, хозяйственный, западный, куда входят Англия, Франция, отдел романских стран и 5-й отдел — восточный. Каждый отдел располагает большими воздушными силами и хорошими кадрами.

Кляйс является также руководителем по вопросам военной пропаганды и тесно связан с Гессом — министром пропаганды*.

Прощаясь со мной, Кляйс выразил желание в ближайшие дни вновь встретиться, но на этот раз у меня. Я поблагодарил и сказал, что при первой возможности организую подобную встречу.

М. Тихомиров

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 4, л. 148—154.

 

 

63. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.. М. МАЙСКОГО С ПАРЛАМЕНТСКИМ ЗАМЕСТИТЕЛЕМ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ Р. О. БАТЛЕРОМ

Разослано: т. Молотову, т. Лозовскому

4 марта 1940 г.

Я отправился к Батлеру для того, чтобы окончательно решить вопрос о «Селенге». Указал Батлеру на то, что наш пароход задерживается в Гонконге уже почти 2 месяца, что оснований для этого нет никаких и что мы категорически настаиваем на его срочном освобождении, резервируя за собой право предъявить Британскому правительству наш счет за убытки. При этом я ознакомил Батлера с подробностями, касающимися груза «Селенги» (1209 тонн вольфрама, 400 тонн сурьмы, 100 тонн олова, 508 тонн кофе), а также с условиями его отправки из Китая в СССР. Батлер снова очень извинялся за задержку, опять сваливал главную вину на французов и обещал ускорить разрешение

Гак в тексте; очевидно, читать следует Геббельс.

123

 


вопроса. О французах он говорил так много, что я, в конце концов, не:без ехидства спросил его, кто же в сущности распоряжается в Гонконге: англичане или французы. Батлер был несколько смущен и вновь заверил меня, что приложит все усилия к освобождению «Селенги». Вместе с этим он порекомендовал мне еще лично поговорить по этому поводу с министром экономической войны Кроссом.

Покончив с вопросом о «Селенге», я собрался уже уходить домой, но Батлер остановил меня и спросил, нет ли у меня каких-либо дальнейших сообщений от моего правительства по тому предмету, о котором мы говорили в прошлый раз?* Из контекста разговора видно было, что Батлер имеет в виду Финляндию. Я ответил, что ничего нового не могу ему сообщить, да и нахожу это вполне естественным. Британское правительство имело прекрасный случай показать не на словах, а на деле свою готовность способствовать интересам мира и ликвидации войны в одном из углов Европы, но не воспользовалось предоставлявшейся ему оказией. Это, конечно, целиком дело Британского правительства. Но о каких же в таком случае «дальнейших сообщениях» с нашей стороны может идти речь?

Батлер был, видимо, задет моим ответом и стал горячо доказывать, что я не должен недооценивать значения той беседы, которую мы с ним имели 22 февраля**. Пусть Британское правительство отказалось от посредничества в советско-финском споре[49], но все то, что я сообщил ему тогда о позиции СССР в отношении Швеции и Норвегии, о характере советско-германских отношений, о намерении СССР соблюдать нейтралитет в европейской войне, имело серьезный эффект и способствовало известной очистке атмосферы в англо-советских отношениях. Во всяком случае мое сообщение 22 февраля внесло значительное успокоение в правительственные и политические круги. Это важно и открывает дальнейшие перспективы. Батлер прибавил тут же, что, по имеющейся у него информации, настроения в Швеции в последние дни стали также значительно более уравновешенными.

Я возразил Батлеру, что был бы рад, если бы мой демарш 22-го оказал благоприятное влияние на развитие советско-английских отношений, однако я боюсь, что Батлер в оценке данного демарша проявляет излишний оптимизм. Лучшим доказательством может служить радиоречь Саймона от 2 марта, в которой министр финансов, несмотря на мои разъяснения о природе советско-германских отношений, все-таки продолжает называть СССР и Германию «союзниками». Батлер попытался выйти из затруднительного положения ссылкой на то, что Саймон, вероятно, просто оговорился. Я, однако, не согласился с Батлером. Радиоречи обычно предварительно пишутся, и сверх того, Саймон один из крупнейших юристов Англии, который прекрасно учитывает каждый оттенок, каждое выражение. Батлер не знал, что ответить, сделал какую-то заметку на бумаге и сказал, что он возьмет данный случаи на заметку.

Далее Батлер спросил меня, нет ли у меня каких-либо новостей «из дому»? В ответ на мой несколько удивленный взгляд Батлер прибавил, что он очень заинтересован переходом тов. Потемкина из НКИД в Наркомпрос [52], как это надо понять? Не означает ли данный факт какого-либо нового сдвига в советской внешней политике? Я, разумеется, ответил, что ничего подобного он не означает, и тут же довольно подробно

___________________
* См. док. 53.
** См. док. 50.

124

 


охарактеризовал перед Батлером роль Наркомпроса в СССР и стоящие перед ним задачи. В результате Батлер успокоился и, в конце концов, заявил, что, очевидно, переход т. Потемкина на новую работу можно сравнить с теми персональными передвижками в рядах Британского правительства, которые происходят здесь каждые 6—7 месяцев.

Я опять было собрался уйти, но Батлер еще раз меня удержал и повел разговор о перспективах европейской войны. Из слов Батлера вытекало, что Британское правительство очень неясно представляет себе перспективы ближайшего будущего, в частности не знает, в какие формы выльется война нынешней весной и летом, но старается быть готовым к любой неожиданности. Во всяком случае, из заявления Батлера было ясно, что «союзники» сами переходить в наступление не собираются, особенно на Западе. В ходе беседы Батлер, между прочим, высказал мнение, что Гитлер, вероятно, пошел бы сейчас на мир примерно на следующих условиях: марионеточная Польша, составленная из районов, прилегающих к Варшаве (но без Галиции), известное самоуправление для Чехии и Моравии в рамках Германской империи, возвращение Германии ее прежних колоний. В этой связи Батлер рассказал, что так называемый «мирный план лорда Тавистока»[53] («большого дурака», по выражению Батлера), который недавно был опубликован в английских газетах, отнюдь не является фальшивкой, как об этом теперь заявляет Германское правительство. На самом деле этот план был передан лорду Тавистоку «в частном порядке» первым секретарем германской миссии в Дублине. Не подлежит сомнению, что здесь имела место попытка прощупать настроения английских правящих кругов.

Однако Британскому правительству неясно, от кого именно в германских правящих кругах исходят этот план и эта инициатива. Во всяком случае план Тавистока для Англии неприемлем. Батлер не сказал, какие именно пункты плана встречают особенные возражения, но можно было понять, что в первую очередь такие возражения имеются в отношении требования возврата германских колоний.

В ответ на мой вопрос о нынешнем состоянии англо-итальянских отношений (как раз в день моего визита в газетах появились сообщения о задержке англичанами итальянских судов, груженных германским углем) Батлер заявил, что между обеими странами имеется немало трений, связанных с контрабандой и контролем. Муссолини воспринимает такие факты, как задержание итальянских судов, проверку грузов и т. п., весьма болезненно. Тем не менее Британское правительство решило, что оно не может делать для Италии исключения. Батлер, однако, надеется, что в недалеком будущем англо-итальянский спор удастся уладить путем известного компромисса, ибо Великобритания готова снабжать Италию углем на базе товарообмена.

Когда я уже собрался совсем уходить, Батлер завел разговор на весьма «философскую» тему — об общих перспективах европейской культуры и о возможности элиминирования войны вообще. Данный вопрос, между прочим, был недавно затронут Галифаксом в его выступлении на собрании студентов в Оксфорде, причем, как сообщил мне Батлер, он помогал министру иностранных дел в подготовке его доклада. Мы довольно долго спорили по поднятым вопросам и расстались, конечно, оставшись каждый при своем мнении. Батлер выразил, однако, пожелание$встретиться со мной еще раз для обсуждения данной проблемы.

Полпред СССР в Великобритании И. Майский

АВП РФ, ф. 069, on. 24, п. 68, д. 7, я. 31-35,

125

 


 

 

64. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ИРАНЕ М. Е. ФИЛИМОНОВА В НКИД СССР*

4 марта 1940 г.

Имел беседу с новым немецким посланником Эттель, который работал до Ирана в Риме. Из бесед в Берлине с Риббентропом, Риттером и Шнурре он делает выводы, что Германия значительно меньше имеет интересов в Иране, чем СССР. В Берлине считают, что в результате англо-германской войны фактическим государством в Европе должны остаться либо Германия, либо Англия. Все средние, примиряющие, исключаются. Благодаря гениальности товарища Сталина и Гитлера СССР и Германия взаимно понимают друг друга и в целом представляют несокрушимую силу в Европе. Англо-французская пропаганда в Иране ставит своей целью противопоставлять интересы Германии и СССР. По мнению Берлина, СССР ни в коем случае не собирается нападать на Иран. Англичане, пропагандируя идею нападения СССР на Иран, вынашивают план нападения на советский нефтеносный Баку. По мнению Берлина, англичанам не удастся втянуть Иран в блок союзников. В трудную минуту Англия «поможет» Ирану так, как в свое время она лишь нотами «помогла» Польше. Не желая быть втравленным в войну из-за боязни потерять независимость Ирана, шах не пойдет на то, чтобы стать жертвой английской пропаганды. В связи с прошедшими событиями в Польше и настоящими в Финляндии Дафтари, Амир, Хосрови и Аалям выразили свои опасения Эттелю в отношении целостности Ирана. По мнению Эттеля, их опасения увеличиваются под влиянием английской пропаганды. Шах, держась за нейтралитет, не будет инициатором и соучастником превращения саадабадской конвенции [14] в военный союз. В случае нападения на Иран с чьей-либо стороны шах присоединится к Турции, а потом примкнет к союзникам. По мнению Эттеля, при данных международных условиях шах правильно держит политический курс — курс нейтралитета.

Филимонов

Дополнение № 2411.

На беседе турецкий посол сказал Эттелю, что Турция не будет воевать с СССР и, в свою очередь, не ожидает нападения СССР на Турцию. Итальянский посланник Петруци высказывал мысль Эттелю, что Италия, по-видимому, в апреле окончательно присоединится к Германии. В данном случае без подробностей имеется мысль в отношении англо-французских колоний в Африке. Англичане предложили Ирану как материальную гарантию 4/5 шиллинга за тонну нефти, с тем чтобы нефтепродукты англоиранской нефтяной компании из Ирана никуда не вывозились. Под видом оставления иранской нефти в Иране и предполагают субсидировать Иран в сумме 15 миллионов фунтов. Назначение кредита не уточнено, но предполагают, что Иран будет приобретать рельсы, паровозы и военное

___________________
* Помета на документе:
Тов. Деканозову
Филимонов не должен говорить с ним о Кафташеве.
В. Молотов
Тов. Мицкевич , составьте немедленно указание Филимонову В. Д.

126

 


снаряжение. Японские намерения по закупке нефти в Иране Эттель не подтверждает. Эттель, как бы между прочим, сказал, что среди дипкорпуса и верхушечной части полиции существует мнение, что Карташев54 английской разведкой переброшен в Бомбей с целью вызова осложнений между СССР и Ираном. Шах боится, что ему СССР предъявит политические требования за пропажу Карташева.

Эттель спрашивал меня, какие есть соображения для устройства авиалинии Берлин, Москва, Баку, Тегеран. Этот вопрос, по его мнению, поднимался лет десять тому назад, и теперь настала пора к нему возвратиться.

Я ответил, что данный вопрос будет доведен до сведения Наркоминдела. В заключение Эттель обратился с просьбой установить тесный контакт в работе миссий со взаимным обменом мнениями по работе.

Филимонов

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 333, д. 2284, л. 97—98; 99—100.

 

 

65. ТЕЛЕГРАММА ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С. А. ЛОЗОВСКОГО ПОЛНОМОЧНОМУ ПРЕДСТАВИТЕЛЮ СССР В США К. А. УМАНСКОМУ

4 марта 1940 г.

«За (с поправками)»* В. Молотов

28 февраля нарком дал завтрак Штейнгардту, который неоднократно приглашал Наркома на обед [к себе][55].

Во время завтрака Штейнгардт, изливаясь в горячих чувствах к Советскому Союзу, поставил два политических вопроса.

1. Трения, наблюдающиеся в последнее время между СССР и США, являются плодом недоразумения.

Рузвельт — друг Советского Союза, и СССР заинтересован в том, чтобы он был выбран президентом. Если пройдет республиканский кандидат, то это будет означать разрыв дипломатических отношений.

2. Штейнгардт просил сообщить ему в [«частном»] порядке, на каких условиях Советский Союз готов пойти на мир с финским правительством. Он готов выяснить неофициально намерение по этому вопросу Финского правительства, если Сов[етское] пра[вительство]этого пожелает.

Нарком ответил. Все трения между СССР и США вызваны американской стороной, которая в ряде актов (враждебная кампания прессы, отзыв инженеров [21], недопуск наших специалистов на американские заводы, задержка заказов и поставок, придирки к Буккниге[45] и т. д.) не только не способствовала улучшению взаимоотношений, а как будто намеренно их ухудшает.

Советская сторона не сделала ни одного шага, направленного против

О выборах нарком сказал, что Советское правительство, конечно, желает победы демократической партии и господину Рузвельту [и выразил уверенность, что как Советский Союз, так и правительство США не

Поправки В. М. Молотова в квадратных скобках.

127

 


испытывают боязни перед республиканцами, антисоветский курс которых не может им пойти на пользу, так как громадное большинство американцев стоит за хорошие отношения с СССР].

Что же касается Финляндии, то сейчас преждевременно говорить о мире. Правительство Рюти — Таннера [из-за своего неумного упрямства] еще не понимает своего безнадежного положения. Поэтому наши военные решительно против переговоров, и [Советское правительство убеждено, что для данного момента это правильно!.

Эти два вопроса Штейнгардт обыгрывал в течение трех часов, но каждый раз получал тот же ответ, но в другой форме.

Когда же Штейнгардт заявил, что экономические затруднения между США и СССР в таких условиях могут возрасти, Нарком ответил, [что он этого не думает, да и СССР является экономически самостоятельной державой], которая может обойтись и без поставок из США.

[Вся беседа велась в оживленной и дружественной форме.]

Лозовский

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 320, д. 2201, л. 44—45.

 

 

66. СООБЩЕНИЕ ЦЕНТРАЛЬНОЙ СМЕШАННОЙ СССР И ГЕРМАНИИ ПОГРАНИЧНОЙ КОМИССИИ

5 марта 1940 г.

27 февраля 1940 года закончена установка пограничных знаков на всем протяжении около 1500 км советско-германской границы. Всего установлено 2820 пограничных столбов.

В основном закончена топографическая съемка новой границы*.

Известия.1940.—5 марта.

 

 

67.БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

5 марта 1940 г.

Шуленбург сообщил, что он хотел попасть на прием к тов. Молотову сразу же после его приезда из Берлина, но некоторое время был нездоров. Передав приветствия тов. Молотову от фон Риббентропа, Шуленбург поставил следующие вопросы:

1) Германское правительство, соглашаясь в принципе с предложением СССР об учреждении консульств СССР — помимо уже существующих в Праге и Данциге — в Варшаве, Вене, Гамбурге, Кенигсберге и Кракове, просит Советское правительство отложить на один год учреждение консульства в Варшаве. Имея в виду специфичность положения города Варшавы, Германское правительство не хотело бы пока создавать учреждением советского консульства прецедента для других стран.

___________________
* Оригинал сообщения см. АВП РФ, фонд оригиналов За, д. 266, Германия.

128

 


Шуленбург вручил тов. Молотову меморандум по этому вопросу (приложение № 1)*.

Тов. Молотов замечает послу, что Варшава, конечно, представляет для СССР интерес, т. к. через этот город проходят пути сообщения.

Шуленбург отвечает, что положение здесь небезвыходное, и Германское правительство пойдет на то, чтобы временно в г. Варшаве находился соответствующий представитель консульства в Кракове.

Тов. Молотов обещает обсудить вопрос.

2) Германское правительство просит при занятии финской территории частями Красной Армии не подвергать ограничениям германских гонорарных консулов в финских городах.

Шуленбург вручил тов. Молотову памятную записку по этому вопросу (приложение № 2)**.

Тов. Молотов обещает учесть просьбу Германского правительства.

3) Ввиду того что случаи. обстрела советскими пограничниками лиц, принадлежащих к составу германской пограничной охраны, не прекращаются, на границе создается нервозная обстановка. Германская погранохрана не реагировала на такого рода действия, однако за последнее время пограничные германские органы все настоятельнее указывают на необходимость самозащиты.

Германское правительство просит правительство СССР принять необходимые меры к прекращению пограничных инцидентов и ускорить ответ на сделанные предложения Германского правительства относительно предварительного урегулирования пограничных инцидентов.

На вопрос тов. Молотова, отмечены ли жертвы в результате стрельбы советских пограничников, Шуленбург ответил, что жертв не было. Тогда тов. Молотов в шутливом тоне замечает, что он сомневается в наличии фактов стрельбы с советской стороны, так как наши красноармейцы неплохо умеют стрелять...

Шуленбург уверяет, что он имеет достоверные источники информации, и потому это сообщение соответствует действительности.

Тов. Молотов обещает дать соответствующие указания погранвластям. Что же касается германского предложения относительно предварительного урегулирования погранинцидентов, то этот вопрос будет рассмотрен.

4) Об использовании советского экспедиционного судна для передачи сведений о погоде в районе к западу от Англии, о чем посол уже не раз ставил вопрос перед тов. Молотовым***. Германское прави тельство просит вновь обсудить этот вопрос. Имея сведения, что правительство СССР не располагает в данный момент подходящим судном, Германское правительство считало бы возможным использовать для этой цели нормальное торговое судно с соответствующим радиооборудованием, взамен которого Германия в виде компенсации предоставит советской стороне для перевозочных целей подходящее германское судно.

Тов. Молотов отвечает послу, что он консультировался по этому вопросу с моряками, и последние находят, что практически из этого дела ничего не выйдет, т. к. невозможно допустить, чтобы англичане не заметили нахождение такого судна.

Шуленбург на это отвечает, что он не ожидал сегодня же получить ответ тов. Молотова. Он лишь просит еще раз обсудить этот вопрос.

___________________
* Не публикуется.
** Не публикуется.
*** См. док. 8.

129

 


Тов. Молотов еще раз отвечает послу, что обсудить можно, но он не уверен в положительном решении этого вопроса.

Далее тов. Молотов говорит, что, пользуясь случаем, он уведомляет посла, что выход германских транспортных судов из бухты Западная Лица до конца финляндских событий затруднен, т. к. вокруг этого дела уже ходят кое-какие слухи.

Шуленбург не стал обсуждать этот вопрос и на сообщение тов. Молотова ничего не ответил.

5) Германское правительство предлагает обсудить вопрос об обмене американских нефтепродуктов, которые будут доставляться Германией во Владивосток, на соответствующее количество советских нефте продуктов (сверх предусмотренного экономическим соглашением от 11 февраля 1940 г.), доставляемых из Батуми и Баку в порт Балтийского моря.

Шуленбург вручил тов. Молотову по этому вопросу копию меморандума, ранее уже переданного в НКВТ тов. Микояну (приложение № 3)*.

Тов. Молотов отвечает послу, что с точки зрения хозяйственной, видимо, это предложение практично, но здесь должна быть учтена другая сторона — это опасение задержки судов со стороны англичан, т. к. мы уже имеем факт, когда наш пароход «Селенга» англичанами задержан под тем предлогом, что груз, находящийся на «Селенге», предназначен якобы для переотправки в Германию. Тем не менее вопрос будет обсужден.

6) Германское правительство имеет возможность доставлять значительное количество иностранной нефти в Мурманск для дальнейшей переотправки в Германию. Германия могла бы в короткий срок построить нефтехранилища или в Мурманске, или в другом порту на условиях, выдвинутых в меморандуме, переданном НКВТ тов. Микояну, копию которого посол вручил тов. Молотову (приложение № 4)*.

Тов. Молотов отвечает, что поскольку меморандум уже вручен тов. Микояну, то этот вопрос также будет рассмотрен.

7) Германское правительство просит предоставить возможность хранить во владивостокских нефтехранилищах газойль, который будет доставляться Германией во Владивосток для снабжения германских или нейтральных торговых судов.

Тов. Молотов отвечает послу, что он поручит рассмотреть этот вопрос Наркомвнешторгу.

8) Посол, информируя тов. Молотова о прибытии в Москву германской делегации для переговоров об установлении прямого телефонного сообщения Москва — Берлин, просит тов. Молотова оказать содействие в ускорении начала переговоров о прямом пассажирском движении через Минск — Негорелое — Брест — Литовск — Варшава, которые затягиваются со стороны НКПС [56]. Желательно, добавляет далее посол, чтобы переговоры эти велись в Берлине.

Тов. Молотов обещает поинтересоваться этим вопросом.

9) Шуленбург напоминает о германском предложении продлить линию воздушного сообщения Берлин — Москва до Токио и создать линию воздушного сообщения между Германией и Ираном через СССР.

Тов. Молотов отвечает, что вопрос о продлении линии Берлин Москва до Токио он поручит рассмотреть. Что же касается линии, связы-

___________________
* Не публикуется.

130

 


вающей Германию с Ираном через СССР, то желательно пока этот вопрос не ставить, т. к. в данный момент ведутся советско-иранские торговые переговоры и дело идет к благоприятному для обеих сторон концу.

10) Шуленбург спрашивает, к кому обращаться теперь по делам арестованных и другим мелким вопросам, по которым ранее он обращался к 1-му Зам. Наркома тов. Потемкину.

Тов. Молотов отвечает, что либо к Ген. Секретарю тов. Соболеву, либо к Зам. Наркома тов. Деканозову, точнее об этом он сообщит Шуленбургу в другой раз.

Далее Шуленбург просит дать разрешение на выезд из Львова в Германию близким родственникам жены одного из сотрудников посольства, поименованных в записке, которую Шуленбург вручил тов. Молотову. Кроме того, Шуленбург просит оказать помощь жене камердинера посла Ирме Флегель, которая, будучи гражданкой СССР, вышла замуж за немца и теперь в 30-дневный срок высылается из Москвы.

В ходе дальнейшей беседы тов. Молотов выразил надежду, что посол даст некоторую информацию о международных вопросах, т. к. он побывал в Берлине, и, видимо, получил соответствующие сведения.

В ответ на это Шуленбург дает следующую информацию: относительно международной политики, заявляет Шуленбург, он беседовал в Берлине, и характерно, что никто не знает, что произойдет в ближайшем будущем. Неизвестно также, что предполагает фюрер. Шуленбург достоверно знает, что как в беседе с Уэллесом [37], так и ранее фюрер заявил, что в скором времени англичане удивятся тому, что им готовит Германия. В беседе с Уэллесом, кроме того, фюрер сказал, что Германия готова разбить ту волю, которая направлена против нее. Удалось также установить, что Уэллес не привез с собой никаких предложений, как предполагали до его приезда в Берлине. В Берлине было получено сообщение, что Рузвельт запросил некоторые европейские нейтральные страны по вопросу о разоружении и об организации мирового хозяйства после войны. В связи с этим Шуленбург интересуется, не обращался ли Рузвельт к Советскому правительству?*

Тов. Молотов отвечает, что нет, с подобными вопросами Рузвельт к советскому правительству не обращался.

Шуленбург далее информирует тов. Молотова о том, как он узнал в Берлине план касательно Тибета и Афганистана, с которым приезжал в Москву г-н Кляйст [29] и который самому послу казался фантастичным, не исходил от фюрера и от фон Риббентропа. Поэтому вопрос об Афганистане в той постановке, как его ранее ставил Шуленбург**, снимается совсем. Что же касается Тибета, то, может быть, будет идти речь о поездке туда небольшой научной экспедиции.

По вопросу советско-японских отношений Шуленбург говорит, что ему представляется, что перерыв переговоров пограничной комиссии в Харбине не означает перерыва дипломатических переговоров.

Тов. Молотов отвечает, что, конечно, это так, но пограничный вопрос является для нас серьезным вопросом. Работа будет продолжена, и мы делаем кое-какие уступки и думаем, что если японцы поймут, то предлагаемый нами выход их вполне должен удовлетворить. Все вопросы могут быть с успехом решены дипломатическим порядком. Шуленбург заявляет, что он беседовал с Того, но что его трудно

___________________
* См. док. 70.
** См. док. 26.

131

 


понять, но, насколько он его понял, Япония согласна уступить 3/4 какого-то участка и получить одну четверть.

Тов. Молотов отвечает, что ему это понятно, но это, конечно, для нас неприемлемо.

Далее Шуленбург сообщает, что есть слухи об улучшении советско-итальянских отношений, будто даже в Риме уже начаты экономические переговоры.

Тов. Молотов отвечает, что, видимо, Италия сама пускает такие слухи, но ведет она себя в отношении СССР вызывающе. Должен сказать, продолжает тов. Молотов, что позиция Италии советское правительство не интересует.

Тов. Молотов спрашивает посла, соответствуют ли слухи действительности, что Германия имеет планы о государственном устройстве бывшей Польши? Шуленбург отвечает, что, по его предположению, это только слухи, и он думает, что до конца войны этот вопрос решать не имеет смысла. В Берлине ему определенно ответили, что вопрос о Польше остается открытым.

В заключение Шуленбург поздравляет тов. Молотова с успехами Красной Армии в Финляндии и выражает желание услышать от тов. Молотова сообщение, если есть что нового в этом вопросе.

Тов. Молотов, отвечая послу, говорит, что вопрос о Выборге надо считать, конечно, решенным. Выборг днями будет взят. Нотки скептицизма, которые были в германской печати, шутя продолжает тов. Молотов, не оправдались, но это, как говорят, ее дело.

Шуленбург прерывает тов. Молотова и заявляет, что если даже такие нотки и были в германской прессе, то они не соответствуют мнению людей, представляющих Германию в СССР [57]. Видимо, появление их следует объяснять влиянием мировой прессы.

Тов. Молотов говорит далее, что он хочет проинформировать посла о политической стороне дела в вопросе о Финляндии. От финнов через шведов поступило предложение о мирных переговорах. Мы информировали шведов, что мы готовы пойти на переговоры, но соглашение на той базе, о которой шла речь до начала военных действий, нас уже не устраивает. Пролито уже немало крови, и мы убедились, что финны действительно готовили военный плацдарм против СССР. Мы не должны быть беспечны и поэтому сказали шведам, что мы согласны на переговоры при следующих условиях: полуостров Ханко должен быть сдан СССР на определенных условиях, к СССР переходит весь Карельский перешеек, включая Выборг, Выборгский залив, а также северное побережье Ладожского озера, включая г. Сортавалла и острова в Финском заливе, против передачи которых финны во время переговоров не возражали. Причем, мы оговорились, что это самые минимальные требования, на которые наши военные даже не согласны.

На район Петсамо мы не претендовали и не претендуем*. Разумеется, продолжал тов. Молотов, что это условия сегодняшнего дня и если финны будут продолжать упрямиться и заставят нас продолжать военные действия, то, конечно, эти требования будут уже недостаточны.

Шуленбург говорит, что финны, конечно, должны ухватиться за это согласие советского правительства, а затем шутя добавляет: только как же с линией Маннергейма, другую придется строить?

Тов. Молотов ответил в том же тоне, что линия Маннергейма оказалась ненадежной, она прорвана.

___________________
* См. док. 21.

132

 


На этом беседа закончилась.

На беседе присутствовал советник германского посольства Хильгер.

Беседу записал С. Козырев

АВП РФ, ф. 06, on, 2, п. 14, д. 155, л. 35—43.

 

 

68. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА В НКИД СССР

5 марта 1940 г.

5 марта во время беседы с Риттером и Шнурре последние после восторженных рассказов о своих впечатлениях от Москвы и руководителей партии и правительства поставили передо мной два вопроса. Германское правительство организовало в составе министерства хозяйства 2 бюро по осуществлению советско-германского торгового договора. Одно бюро ведает промышленными заказами и возглавляется Тер-Недденом, другое бюро ведает военными заказами и возглавляется капитаном Шоттки. Риттер просил обеспечить тесное сотрудничество Торгпредства с этими бюро, якобы в наших же интересах. Они рекомендовали Торгпредству при размещении заказов не иметь дело с отдельными фирмами, а обращаться в эти бюро, которые и назовут, разумеется, только первоклассные фирмы, располагающие незагруженной производственной мощностью и поэтому способные выполнить наши заказы в кратчайший срок. Шнурре просил не прекращать поставок нефти в Германию, которые хочет прервать Союзнефтеэкспорт ввиду отсутствия договоренности о цене. По словам Шнурре, Союзнефтеэкспорт на 200 процентов завысил цены на нефть. Соглашение о ценах будет достигнуто, сказал Шнурре, если не завтра-послезавтра, то через 10—12 дней. Пока же он просит продолжать поставку нефти Германии, за которую Германия рассчитается по условленным позже ценам. В нефти Германия крайне нуждается и придает особое значение непрерывности ее поставок. Перерыв же в поставках нефти поставил бы Германию в чрезвычайно серьезное положение и произвел бы невыгодное впечатление в Англии и других странах, а также свел бы на нет большие технические мероприятия, которые были проведены для осуществления удобной транспортировки нефти и которые себя уже оправдали. Затем Шнурре и Риттер просили советские организации не завышать цены, ибо, по мнению Риттера, это не имеет никакого смысла, поскольку и германские фирмы также тогда запросят более высокие цены. Количество же обмениваемого товара остается при этом неизменным. Советские организации, завышая цены, якобы нарушают договоренность о том, что базисом при калькуляции обеими сторонами цены должно служить Довоенное время, то есть август месяц.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 059, оп. 1, п. 315, д. 2174, л. 153—154.

133

 


 

 

69. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА НАРКОМУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВУ.

6 марта 1940 г.

Согласно Вашему указанию, 6 марта посетил Риббентропа и просил информировать меня о переговорах Уэллеса в Берлине [37]. Риббентроп встретил меня очень приветливо и сказал, что он для этой цели хотел меня пригласить к себе. Передаю дословно сообщение Риббентропа: «О поездке Уэллеса нам было сообщено несколько недель тому назад и было указано, что целью его поездки является сбор информации для Рузвельта о мнениях различных правительств о политическом положении. Это подтвердилось. Уэллес приехал и заявил, что он послан Рузвельтом для информирования последнего о мнениях правительств, ибо Рузвельт озабочен положением в Европе. И если Рузвельт мог бы что-нибудь сделать для улучшения положения или если представилась бы какая-либо возможность мира, то он хотел бы, чтобы европейские государства знали, что он готов предоставить им свои услуги. Уэллес добавил, что он не уполномочен делать какие-нибудь предложения или принимать обязательства на счет США, но желал бы слушать мнение Германского правительства о положении. Уэллес беседовал с Гитлером, со мной, Герингом, Гессом и Шахтом. Гитлер заявил Уэллесу примерно следующее: к теме Вашей Германия не имеет ничего сказать, ибо не Германия напала на Англию и Францию, а Англия и Франция напали на Германию. После германо-польской войны Гитлер еще раз предлагал мир западным державам [8], но его предложение было отклонено. Западные державы прокламировали цели войны, которые исключали возможность переговоров. Они говорили о восстановлении Польши, Чехословакии и даже Австрии. Мы на это заявили, что по всем вопросам в Восточной Европе Германия никогда не будет говорить ни с Англией, ни с Францией. Мы заявили, что разграничение сфер интересов между Германией и СССР окончательно и что мы никогда не потерпим, чтобы в этот вопрос вмешивались Англия и Франция или какое-либо третье государство. Между тем Англия и Франция более откровенно объявили о своих военных целях, а именно об уничтожении гитлеризма, что равносильно уничтожению немецкого народа. Германия считает, что эта воля к уничтожению может быть только сломлена германской военной мощью. Мы не оставили Уэллеса в сомнении, что Гитлер не остановится перед тем, чтобы употребить все имеющиеся в его распоряжении насильственные средства и вынудить Англию и Францию к миру. Англо-французским военным целям — уничтожению Германии — Германия не противопоставила цели уничтожения Франции или Британской империи. Но Германия думает, что эта воля правящих кругов английской и французской плутократии к уничтожению должна быть сломлена, прежде чем может быть заключен мир. Мы уверены, что только победой Германия обеспечит новое положение в Европе, и мы сказали Уэллесу, что основанием этому может быть разграничение сфер естественных интересов великих держав, обусловленное удельным весом последних, причем малые государства, исторически доказавшие законность своего самостоятельного существования, должны получить свое место при этом разграничении. Несомненно, сказал я Уэллесу, трагично то, что Англия и Франция намеренно объявили Германии войну в тот момент, когда Германия произвела окончательную ревизию Версальского договора и оконча-

134

 


тельно установила границы сфер своих интересов. В итоге Уэллесу было заявлено, что Германия не верит в волю Англии и Франции к миру и убеждена, что они хотят ее уничтожить. Гитлер заявил, что сломит волю Англии и Франции к уничтожению Германии всеми имеющимися в его распоряжении средствами. Уэллес, уезжая, выразил надежду, что никакая из наций не будет уничтожена и что, как я слышал из других источников, он сказал, что возможности заключения мира представляются ему очень ограниченными. Я лично не верю ни в какую возможность мира».

За это сообщение я поблагодарил Риббентропа и задал ему вопрос о результатах поездки Уэллеса в Рим. Риббентроп ответил, что Уэллес передал Муссолини меморандум — план улучшения экономического сотрудничества наций и осведомился о мнении Муссолини о возможностях заключения мира. • Муссолини заявил, что, прежде чем говорить об улучшении экономических взаимоотношений наций, надо улучшить их политические отношения. Отвечая на вопрос о возможности мира, Муссолини сослался на последнюю речь Гитлера* и подчеркнул, что нельзя дискутировать с Германией о восстановлении Польши и Чехословакии. В заключение Риббентроп сообщил, что получил телеграмму Шуленбурга о данной Вами последнему доверительной информации по финскому вопросу. Риббентроп добавил к этому, что в финском вопросе Германия внутренне с нами, а внешне она сохраняет строжайший нейтралитет[57]. Риббентроп справился также о дне Вашего пятидесятилетия и сказал, что пошлет Вам поздравительную телеграмму.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 059, on. I, п. 315, д. 2174, л. 156—160.

 

 

70. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ США В СССР Л. ШТЕЙНГАРДТОМ

8 марта 1940 г.

После взаимных приветствий общего порядка Штейнгардт излагает цель своего визита и заявляет, что он, прибыв в Москву, со всей серьезностью отнесся к порученной ему работе. «Я всем сердцем почувствовал, что необходимо восстановить те отличные отношения, которые существовали между нашими странами. Но в последние 3 месяца я почувствовал себя плохо. В настоящее время в США, не здесь, появились элементы, разжигающие антисоветские тенденции. За упомянутый период 3 месяцев я делал все, что было в моих силах, для восстановления хороших отношений. Сердце мне подсказывало и я делал все, что могло бы заставить правительство воздержаться от ухудшения отношений. До определенного момента мне это удавалось, но, как Вам известно, часть американской прессы осуществляет сильный нажим на Президента.

Г-н Председатель должен еще учесть, что в США имеются 15 миллионов граждан скандинавских национальностей, из которых 4—5 миллионов составляют финны, и они оказывают сильное влияние на мнение населения США. Мы не имеем какого-либо желания в любом случае вмешиваться в переговоры с финской делегацией, которая, как мне известно и чтоуже не является секретом, находится здесь, в Москве. Но если

___________________
* Известия.— 1940.—26 февр.

135

 


мы можем оказать помощь в окончании конфликта, чего мы очень хотим, то, пожалуйста, сообщите нам. Возможно, что с нашим авторитетом мы можем каким-либо образом подействовать на Финляндию [58].

Мы знаем, да это и естественно, что финны должны попросить США помочь им в восстановлении страны.

В настоящее время Президент Рузвельт очень заинтересован существующим положением во всем мире, а особенно в области экономики. Мы признаем в США, что на нас лежит забота о восстановлении порядка в Европе, особенно в областях экономики и торговли.

Мы знаем, что в настоящем положении Европы только США могут помочь в реконструкции и восстановлении стран, которые так сильно повреждены трудностями войны.

Если мы можем в чем-либо помочь Вам в предстоящих переговорах с финнами, то, не вмешиваясь в эти переговоры, мы с большой готовностью окажем возможную помощь[59].

Как только окончится финский конфликт, то я уверен, что отношения между СССР и США установятся и будут такими же хорошими, как и прежде».

Тов. Молотов. Могу Вам сообщить, что, поскольку финны захотели вести переговоры, мы предварительно выдвинули условия для ведения этих переговоров.

Г-н Штейнгардт. Я буду очень рад услышать эти условия, т. к. я слышал очень много сплетен по этому вопросу.

Тов. Молотов. (Излагает условия, выдвинутые СССР предварительно по ведению самих переговоров.)

Это наши минимальные пожелания для ведения переговоров, если, конечно, финны не затянут решение вопроса. Финны просили держать переговоры в секрете, и были сделаны взаимные заверения не разглашать эти переговоры. Надеюсь, что г-н Штейнгардт со своей стороны не предпримет ничего, что нарушило бы наши заверения.

Что касается сообщения г-на Посла о его желании помочь этому делу, то я еще раз благодарю за его предложения, и, если будет необходимо, я воспользуюсь Вашими предложениями.

Я изложил условия моего правительства для ведения переговоров. Со своей стороны, не может ли г-н Штейнгардт информировать о поездке Уэллеса?[37] В чем заключается фактический смысл его поездки?

Г-н Штейнгардт. Было много преувеличений о значении поездки Уэллеса в Европу. Пресса распространяла различные небылицы. Правительство США не думает, что война может остановиться вдруг, но мы ясно видим, что вот уже 6 месяцев, как продолжается война, а до сих пор не было каких-либо серьезных столкновений. США хотят узнать, в чем заинтересованность основных 4 стран, среди которых Италия занимает очень важную позицию. США хотят узнать существующую обстановку, причем сведения о существующем положении в Европе должны быть сообщены Президенту не четырьмя представителями США в европейских странах, а одним определенным лицом. Этим человеком является Уэллес, который ежедневно встречается с Рузвельтом. США хотят узнать, что является идеей каждой страны в ее борьбе. Американское правительство надеется, что оно может привести эти страны к соглашению и поэтому поездка Уэллеса становится особенно важной в области получения информации, которая потом будет сообщена Президенту. Мы надеемся, что такая информация будет весьма полезна для того, чтобы привести войну к концу до того момента, когда уже будет поздно. Лично я думаю, что сейчас поездка не может помочь, но ин-

136

 


формация, полученная Уэллесом, будет впоследствии очень кстати и многому поможет.

Опять отмечаю, что пресса очень преувеличивает значение поездки Уэллеса. Я хочу спросить, не собирается ли СССР отдать Финляндии территорию в Карелии?

На этот вопрос тов. Молотов ответил, что в предложенных условиях не упоминалось о передаче Финляндии какой-либо территории.

Г-н Штейнгардт. У меня нет сомнений, что финское правительство спросит американское правительство о том, должны ли они принимать поставленные условия.

Что было сказано выше, о чем шел разговор, по-моему, может привести к миру и окончанию военных действий.

На этом беседа кончается, так как тов. Молотов сообщает, что у него нет времени для продолжения беседы.

Беседу записал Потрубач

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 24, д. 295, л. 7—10.

 

 

71. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

11 марта 1940 г.

Шуленбург поставил следующие вопросы:

1. О взаимном учреждении консульств.

Шуленбург говорит, что уже после того, как он сообщил 5 марта тов. Молотову о согласии Германского правительства на учреждение консульств СССР — помимо уже существующих в Праге и Данциге — в Вене, Гамбурге, Кенигсберге и Кракове, он получил указания из Берлина сообщить правительству СССР, что германское правительство просит советское правительство отложить учреждение консульств не только в Варшаве, но и в Кракове. Учреждением советских консульств в Варшаве и Кракове германское правительство не хотело бы пока создавать прецедента для других стран.

Тов. Молотов спрашивает Шуленбурга, остается ли принципиальное согласие германского правительства на учреждение консульств СССР в Варшаве и Кракове по истечении годичной отсрочки.

Шуленбург отвечает, что из сообщения Берлина этого не вытекает, но он готов запросить. Сам Шуленбург надеется, что решение германского правительства об отсрочке учреждения консульств СССР в Варшаве и Кракове, конечно, носит временный характер.

Тов. Молотов сообщает послу, что он принимает его заявление к сведению, обещает обсудить ответ германского правительства и дать соответствующий ответ советского правительства.

2. Шуленбург сообщает, что ему поручено фон Риббентропом проинформировать тов. Молотова о пребывании Уэллеса в Берлине[37]. По поручению посла присутствующий на беседе советник германского посольства Хильгер зачитывает следующее устное сообщение Шуленбурга, полученное им из МИД для информации тов. Молотова:

«Свою миссию помощник статс-секретаря Сэмнер Уэллес охарактеризовал нижеследующими словами:

137

 


Президент Рузвельт желает установить, имеются ли в данный момент возможности достичь прочного мира в Европе. Мирное состояние, носящее временный характер и не имеющее твердой основы, Президента не интересует. Он, Сэмнер Уэллес, не уполномочен делать от имени США какие-либо предложения или принимать обязательства. Сообщения, которые ему будут сделаны иностранными государственными деятелями, он сохранит в строгой тайне и использует их только для осведомления Президента».

Германская точка зрения была изложена Сэмнеру Уэллесу нижеследующим образом:

1.   Не Германия объявила войну западным державам, а они объявили войну Германии без каких-либо на то оснований. Германия рассматривает восточноевропейское пространство как область интересов, о которой она договорилась с Союзом ССР и которая не может явиться предметом каких-либо переговоров с Англией и Францией.

2.   Германия по окончании польской кампании договорилась с СССР о вопросах, касающихся Востока, и путем произведенной там ревизии, сделавшейся неизбежной, окончательно установила свою европейскую позицию на Востоке.

3.   В начале октября 1939 г. фюрер сделал Англии и Франции последнее мирное предложение[8], которое они приняли за признак слабости и издевательски отвергли. Германия сделала из этого соответствующие выводы и приняла вызов Англии и Франции*.

4. Не Германия, подвергнувшаяся нападению, а напавшие на нее Англия и Франция установили цели войны, которые чем дальше, тем яснее выявились. Они состоят в разгроме германского государства и расчленении германского народа путем системы, худшей, чем Версальская.

5. После такого развития вещей Германия, как страна, подвергнувшаяся нападению, не имеет ничего сказать по вопросу о мире. Германия непоколебима в своей решимости раз и навсегда сломить волю англо-французского блока, направленную к уничтожению Германии, и готова использовать для этого все силы своего 80-миллионного народа. Только после того, как удастся сломить эту направленную на уничтожение Германии англо-французскую волю, может быть построена новая Европа, действительное умиротворение которой может быть достигнуто только обеспечением жизненных интересов больших народов в их естественных жизненных пространствах.

6. Ни о Польше, ни на тему об Австрии или о протекторате над Богемией и Моравией дискуссии с западными державами у Германии быть не может.

7. Внешнеполитическое, внутриполитическое и экономическое положение Германии несравненно лучше, чем оно было в 1914 году.

Уверенность германского народа и его руководства в победоносном окончании войны поэтому непоколебима.

3. По поручению Риббентропа Шуленбург сообщает, что финны в полуофициальной форме обратились к германскому правительству с просьбой о посредничестве. Германское правительство отклонило просьбу финнов, т. к. Германия не хочет вмешиваться в советско-финский конфликт и не препятствует целям СССР, а кроме того, просьба

___________________
* Имеются в виду предложения А. Гитлера в речи в рейхстаге 6 октября 1939 г. (10 окт. отвергнуты Францией, а 12 окт.— Великобританией).

138

 


финнов была отклонена и потому, что сам СССР не просил Германию

о посредничестве [27].

Далее Шуленбург просит тов. Молотова проинформировать его о ходе переговоров.

Тов. Молотов отвечает: в вопросе о мирных переговорах с финнами СССР не проявлял инициативы. Финны упорно добивались контакта с нами через шведов.

В отношении посредничества Германии тов. Молотов говорит, что он помнит позицию Шуленбурга, сообщенную ему ранее*, т. е. что посредничество могло бы последовать лишь в случае просьбы обеих стран. СССР не просил Германию и от Германии к нам предложений не поступало.

Штейнгардт (американский посол) ставил перед нами вопрос о посредничестве[58], но он не передал никаких конкретных предложений финнов, то ему также ничего не было отвечено**.

Когда шведы, сильно обеспокоенные нажимом на них англо-французского блока, упорно и настойчиво стали обращаться к нам с конкретными предложениями финляндского правительства и просили наши предложения, мы пошли им навстречу.

Далее тов. Молотов информирует посла о ходе переговоров с финнами и сообщает, что советская сторона вручила финнам конкретные предложения, однако ясного ответа пока еще нет. Что финны ответят — сказать трудно, но он надеется на удовлетворительный ответ.

Шуленбург не сомневается в удовлетворительном ответе и говорит, что это «нас всех обрадует».

4. Далее Шуленбург говорит," что англо-французский блок нажимает не только на Скандинавию, но и на Турцию: это особенно явствует из одного подслушанного разговора Массигли (французский посол в Анкаре) с Сараджоглу. Массигли говорил Сараджоглу, что хорошо бы зажать СССР в тиски, использовав для этого Петсамо и Дарданеллы (т. е. открыть Дарданеллы). Сараджоглу будто бы при этом разговоре чувствовал себя страшно неприятно и больше отмалчивался. Есть мнение, что турки пока на это не пойдут.

Тов. Молотов замечает, что для турок это слишком опасное дело и они, конечно, не поддадутся англо-французскому нажиму.

5. О специальном атташе немецкого полпредства в Москве по лесному хозяйству.

Шуленбург заявляет, что Геринг, помимо своих непосредственных задач, занимается еще и вопросами лесного хозяйства. Он хочет иметь при немецком полпредстве в Москве специального атташе по лесному хозяйству. Такие атташе в других странах у Германии имеются, например в Стокгольме. На замечание тов. Молотова, что в Германии теперь своих лесов много, Шуленбург ответил, что поэтому-то и необходимо учиться у СССР.

Тов. Молотов в шутливой форме отвечает послу, что он никогда не слышал о дипломатах по лесному хозяйству, однако он поручит своему заместителю тов. Деканозову рассмотреть этот вопрос.

6. О покупных ценах на советские товары.

Шуленбург просит тов. Молотова дать указание Наркомвнешторгу и другим советским организациям не повышать цены на советские товары по сравнению с довоенными, как об этом было условлено. Герма-

___________________
* См. док. 8 и 26.
** См. док. 70.

139

 


ния придерживается этого условия, а советские организации не придерживаются, повышая цены на 30—50% против довоенных на нефть, хлеб и другие товары.

Тов. Молотов отвечает, что если германская сторона будет соблюдать эти условия, в частности по заказам Комиссии Тевосяна, то он повторит свое указание о соблюдении условия о довоенных ценах.

7. Об ускорении поставок металла.

Шуленбург напоминает, что тов. Сталин обещал пойти навстречу просьбе Германии по поставкам металла*, и в письмах, которыми обменялись тов. Микоян с Риттером, такие поставки предусмотрены.

Шуленбург просит об ускорении поставок.

Тов. Молотов отвечает, что данное обещание Германскому правительству будет выполнено, но с соблюдением сроков.

На беседе присутствовал советник германского посольства Хильгер.

Беседы записал С. Козырев

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 14, д. 155, л. 54—59.

 

 

72. ТЕЛЕГРАММА ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИТАЛИЯ Л. Б. ГЕЛЬФАНДА В НКИД СССР

11 марта 1940 г. Немедленно

Макензен был сегодня вечером у меня на обеде, запроектированном две недели назад. Ввиду присутствия других приглашенных я имел с ним лишь беглый разговор, во время которого посол по собственной инициативе сообщил, что Риббентроп коснулся в беседе с Муссолини[60] итало-советских отношений, указав на желательность их улучшения. Муссолини сказал, что разделяет это пожелание и примет соответствующие меры** [61]

Гельфанд

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 329, д. 2266, л. 196.

 

 

73. МИРНЫЙ ДОГОВОР МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ФИНЛЯНДСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ

12 марта 1940 г.

Президиум Верховного Совета СССР, с одной стороны, и Президент Финляндской Республики, с другой стороны, руководимые желанием прекратить возникшие между обеими странами военные действия и создать прочные взаимные мирные отношения,

убежденные, что интересам обеих Договаривающихся Сторон соответствует определение точных условий обеспечения взаимной безопасно-

___________________
* См. док. 38.
** См. док. 77.

140

 


сти, в том числе обеспечения безопасности городов Ленинграда и Мурманска, а также Мурманской железной дороги,

признали необходимым заключить в этих целях Мирный Договор и назначили своими уполномоченными

Президиум Верховного Совета СССР:

Молотова Вячеслава Михайловича, Председателя Совета Народных Комиссаров СССР и Народного Комиссара Иностранных дел;

Жданова Андрея Александровича, члена Президиума Верховного Совета СССР,

Василевского Александра Михайловича, комбрига;

Президент Финляндской Республики;

Рюти Ристо, Председателя Совета Министров Финляндской Республики,

Паасикиви Юхо Кусти, министра,

Вальден Карла Рудольфа, генерала,

Войонмаа Вяйнэ, профессора.

Означенные уполномоченные, по взаимном предъявлении своих полномочий, признанных составленными в надлежащей форме и в полном порядке, согласились о нижеследующем:

Статья I

Военные действия между СССР и Финляндией прекращаются немедленно в порядке, предусмотренном прилагаемым к настоящему Договору Протоколом.

Статья II

Государственная граница между СССР и Финляндской Республикой устанавливается по новой линии, по которой в состав территории СССР включаются весь Карельский перешеек с г. Выборгом (Виипури) и Выборгским заливом с островами, западное и северное побережье Ладожского озера с г. Кексгольмом, Сортавала, Суоярви, ряд островов в Финском заливе, территория восточнее Меркярви с г. Куолаярви, часть полуостровов Рыбачьего и Среднего — согласно приложенной к настоящему Договору карте.

Более подробное описание пограничной линии будет установлено смешанной комиссией из представителей Договаривающихся Сторон, каковая комиссия должна быть образована в десятидневный срок со дня подписания настоящего Договора.

Статья III

Обе Договаривающиеся Стороны обязуются взаимно воздерживаться от всякого нападения одна на другую и не заключать каких-либо союзов или участвовать в коалициях, направленных против одной из Договаривающихся Сторон.

Статья IV

Финляндская Республика выражает согласие сдать Советскому Союзу

в аренду с ежегодной уплатой Советским Союзом 8 млн. финских марок,

сроком на 30 лет, полуостровов Ханко и морскую территорию вокруг

него, радиусом в 5 миль к югу и востоку и в 3 мили к западу и северу

141

 


от него, и ряд островов, примыкающих к нему, в соответствии с приложенной картой, для создания там военно-морской базы, способной оборонять от агрессии вход в Финский залив, причем в целях охраны Морской базы Советскому Союзу предоставляется право держать там за свой счет необходимое количество наземных и воздушных вооруженных сил.

Финляндское Правительство в течение десяти дней с момента вступления в силу настоящего Договора выводит с полуострова Ханко все свои войска, и полуостров Ханко вместе с прилегающими островами переходит в управление СССР, в соответствии с настоящей статьей Договора.

Статья V

СССР обязуется вывести свои войска из области Петсамо, добровольно уступленной Финляндии советским государством, согласно Мирному Договору 1920 года*.

Финляндия обязуется, как это было предусмотрено Мирным Договором 1920 года, не содержать в водах своего побережья Северного Ледовитого океана военных и прочих вооруженных судов, за исключением вооруженных судов размером меньше 100 тонн, каковые Финляндия имеет право держать без ограничения, а также содержать не более 15 военных и прочих вооруженных судов, тоннаж которых не должен превышать 400 тонн для каждого.

Финляндия обязуется, как это было предусмотрено тем же Договором, не содержать в означенных водах подводных лодок и вооруженных воздушных судов.

Равным образом Финляндия обязуется, как это было предусмотрено тем же Договором, не устраивать на этом побережье военных портов, баз для военного флота и военных ремонтных мастерских объемом больше чем потребно для упомянутых судов и их вооружения.

Статья VI

Советскому Союзу и его гражданам, как это было предусмотрено Договором 1920 года, предоставляется право свободного транзита через область Петсамо в Норвегию и обратно, причем в области Петсамо Советскому Союзу предоставляется право учреждения консульства.

Грузы, провозимые через область Петсамо из СССР в Норвегию, а равно грузы, провозимые из Норвегии в СССР через ту же область, освобождаются от осмотра и контроля, за исключением лишь контроля, необходимого ввиду урегулирования транзитного сообщения, а также не облагаются таможенными пошлинами, транзитными и иными сборами.

Упомянутый выше контроль транзитных грузов допускается лишь в форме, соблюдаемой в таковых случаях по установившимся обычаям международного сообщения.

Граждане СССР, направляющиеся через область Петсамо в Норвегию и обратно из Норвегии в СССР, имеют право свободного транзитного проезда на основании выдаваемых подлежащими советскими органами паспортов.

___________________
* См. Документы...—Т. III.—Док. 137.

142

 


При соблюдении действующих общих положений советские невооруженные летательные аппараты имеют право поддерживать воздушное сообщение через область Петсамо между СССР и Норвегией.

Статья VII

Финляндское Правительство предоставляет Советскому Союзу право транзита товаров между СССР и Швецией, и в целях развития этого транзита по кратчайшему железнодорожному пути СССР и Финляндия признают необходимым построить, каждая сторона на своей территории, по возможности в течение 1940 года, железную дорогу, соединяющую г. Кандалакша с г. Кемиярви.

Статъя VIII

По вступлении в силу настоящего Договора возобновляются экономические отношения между Договаривающимися Сторонами, и с этой целью Договаривающиеся Стороны вступят в переговоры для заключения

торгового договора.

Статья IX

Настоящий Мирный Договор вступает в силу немедленно по его подписании и подлежит последующей ратификации.

Обмен ратификационных актов будет произведен в течение десяти дней в г. Москве*.

Настоящий Договор составлен в двух оригиналах, на русском, финском и шведском языках каждый, в г. Москве 12 марта 1940 г.

В. Молотов Ристо Рюти

А. Жданов Ю. Паасикиви

А. Василевский Р. Вальден

Вяйнэ Войонмаа

АВП РФ, ф. 3а — Финляндия, д. 277.

Приложение

ПРОТОКОЛ К МИРНОМУ ДОГОВОРУ МЕЖДУ СССР И ФИНЛЯНДИЕЙ

12 марта 1940 г.

Договаривающиеся Стороны устанавливают нижеследующий порядок прекращения военных действий и отвода войск за установленную Договором государственную границу:

1. Военные действия обеими сторонами прекращаются в 12 час. 13 марта 1940 года по ленинградскому времени.

___________________
* Ратифицирован Президиумом Верховного Совета СССР 19 марта 1940 г. Обмен ратификационными грамотами произведен в Москве 20 марта 1940 г.

143

 


2. С установленного часа прекращения военных действий между расположением передовых частей устанавливается километровая нейтральная полоса, причем в течение первого дня отводится на один километр воинская часть той стороны, которая находится на территории другой стороны, согласно новой государственной границе.

3. Отвод войск за новую государственную границу и продвижение к ней войск другой стороны начинается с 10 час. 15 марта 1940 года на всем протяжении границы от Финского залива до Лиекса и с 10 час. 16 марта севернее Лиекса. Отвод совершается ежедневными переходами не менее 7 километров в сутки, причем продвижение войск другой стороны производится с таким расчетом, чтобы между тыловыми частями отводимых войск и передовыми частями выдвигаемых к новой границе войск другой стороны было бы расстояние не менее 7 километров.

4. Сроки отвода на отдельных участках государственной границы устанавливаются, в соответствии с п. 3, следующие:

а) на участке от истоков р. Тунцайоки, Куолаярви, Такала, восточный берег озера Иоукамо-ярви, отвод войск той и другой стороны заканчивается к 20 час. 20 марта 1940 года;

б) на участке к югу от Кухмониеми в районе Латва отвод войск заканчивается к 20 час. 22 марта 1940 года;

в) на участке Лонгаваара, Вяртсила, ст. Маткаселька отвод войск обеих сторон заканчивается к 20 час. 26 марта 1940 года;

г) на участке ст. Маткаселька, Койцанлахти отвод войск заканчивается к 20 час. 22 марта 1940 года;

д) на участке Койцанлахти, ст. Энсо отвод войск заканчивается к 20 час. 25 марта 1940 года;

е) на участке ст. Энсо, остров Бате отвод войск заканчивается к 20 час. 19 марта 1940 года.

5. Эвакуацию войск Красной Армии из района Петсамо закончить к 10 апреля 1940 года.

6. Командование обеих сторон обязуется при отводе войск за государственную границу принимать необходимые меры в городах и местах, которые переходят к другой стороне, к их сохранности и принять надлежащие меры к тому, чтобы города, местечки, оборонительные и хозяйственные сооружения (мосты, плотины, аэродромы, казармы, склады, железнодорожные узлы, промышленные предприятия, телеграф, электростанции) были бы сохранены от порчи и уничтожения.

7. Все вопросы, могущие возникнуть при передаче одной стороной другой районов, пунктов, городов и других объектов, указанных в пункте 6 настоящего Протокола, разрешаются представителями обеих сторон на месте, для чего на каждой основной дороге движения обеих армий командованием выделяются специальные уполномоченные.

8. Обмен военнопленными производится по возможности в кратчайший срок после прекращения военных действий, на основании особого, соглашения.

В. Молотов Ристо Рюти

А. Жданов Ю. Паасикиви

А. Василевский Р. Вальден.

Вяйнэ Войонмаа.

АВП РФ, ф. За — Финляндия, д. 278.

144

 


 

 

74 БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ВЕНГРИЯ Н. И. ШАРОНОВА С ПОСЛАННИКОМ США В ВЕНГРИИ Д. МОНТГОМЕРИ

12 марта 1940 г.

Был у американского посланника Монтгомери, спросившего у меня, как дела с финнами. Я ответил, что могу сказать только, что пишет та или иная газета.

Монтгомери заметил, что у него все спрашивают о цели визита Уэллеса[37] и он отвечает так же, как и я, хотя знает, что многие этому не верят, но на самом деле он ничего не знает.

Затем он спросил, каковы наши отношения с Венгрией. Я ответил, что хорошие. М[онтгомери] заметил, что венгры очень недовольны опубликованием нами заявления Криштоффи после венецианской встречи*.

Я возразил, что причина недовольства мне непонятна. Он ответил, что мы подействовали на итало-венгерские отношения. (Прим.: то же о недовольстве венгров говорил словацкий посланник Спижьяк в феврале месяце, со слов зав. отделом печати МИД.)

«А с Англией и Францией будете воевать?» — спросил М[онтгомери]. Я ответил, что не думаем и стараемся не поддаться на провокации.

«Но Чемберлен думает, и читал вчерашнюю речь его [62], я понял, что война почти началась». Я спросил: «А Вы думаете, Англия и Германия не скоро придут к миру?» Он ответил отрицательно и начал говорить, что он как нейтральный человек встречается с представителями обоих лагерей, собирает все новости, ходит за ними в МИД, но теперь решил ничего Чаки не говорить сам, т. к. Чаки рассказывает содержание беседы с одним посланником другим. Венгры вообще страдают мегаломанией, говорит М[онтгомери], слишком много шумят, и ему очень понравилась отповедь «Таймс» Чаки в ответ на речь Чаки по чехо-словацкому вопросу. «У нас в Америке,— говорит М[онтгомери],— половина населения не знает даже, где находится Венгрия, и я до своего назначения не знал точно, где находится Будапешт, и думал, что Венгрия — около Греции».

Затем начал говорить, что Чаки собирает сплетни среди дипломатов, что Чаки в прошлом году вызвал его и заявил, что если Америка не прекратит пропаганду Бенеша, то у Венгрии с США испортятся отношения. «Я ему ответил, что нас это не очень испугает»,— заявил М[онтгомери]. В конце М[онтгомери] заявил, что хотя он и нейтральный и имеет один и тот же язык с английским посланником, но предпочитает ему немецкого.

Шаронов

АВП РФ, ф. 077, оп, 20, п. 109, д. 3, л. 32.

___________________
* См. док. 16.

145

 


 

 

75. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО В НКИД СССР

12 марта 1940 г. Вне очереди

Мирные переговоры в Москве продолжают действовать разлагающим образом на антисоветские настроения в кругах оппозиции, в частности среди лейбористов. Британскому правительству поэтому приходится маневрировать, и сегодня Чемберлен сообщил лейбористским лидерам, будто бы он очень рад мирным переговорам и надеется, что они приведут к прекращению финской войны. Далее он дал им понять, что Британское правительство отказалось от посредничества [49], главным образом из-за сопротивления французов. В последнем есть доля истины (я в свое время Вам об этом сообщал), но Чемберлену, конечно, совсем не пристало изображать себя невинной овечкой. Впечатление, созданное вчера среди нейтральных журналистов и дипломатов сведениями о нашем демарше 22 февраля и английским отказом принять участие в ликвидации войны*, все больше углубляется. Это разоблачение, судя по многим признакам, сыграет хорошую службу для нас и плохую для союзников.

Майский

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 325, д. 2233, л. 237.

 

 

76. ПИСЬМО ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА ЗАМЕСТИТЕЛЮ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. Г. ДЕКАНОЗОВУ

13 марта 1940 г.

Полпредство СССР в Германии располагает возможностью организовать в своем здании просмотр кинокартин, получаемых из Союза. На эти просмотры мы предполагаем приглашать сотрудников МИД, работников министерства просвещения, руководителей кинокамеры**, журналистов, крупных киноактеров и т. д. Эти просмотры дадут нам возможность ближе познакомиться с рядом нужных нам людей и изучить их, и по возможности через них получать нужные нам сведения. Вместе с этим эти просмотры дадут нам возможность ознакамливать немецкую общественность с достижениями советского кино и советской культуры, интерес к которым в Германии сейчас велик.

На подобные просмотры мы можем приглашать от 50 до 60 чел. В качестве первого опыта мы предполагаем в ближайшее время организовать просмотр кинокартины «Петр I» (обе серии), имеющейся в Берлине.

Прошу указаний.

Полпред СССР в Германии Шкварцев

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 4, л. 189.

___________________
* См. док. 50 и 53.
** Государственная кинопалата Германии.

146

 


 

 

77. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А, А. ШКВАРЦЕВА В НКИД СССР

14 марта 1940 г.

13 марта в 19 часов меня пригласил к себе Риббентроп и, сославшись на телеграмму Шуленбурга, в которой последний просит информировать его о переговорах Риббентропа в Риме[51], сделал мне следующее сообщение и просил передать его в Москву: «Переговоры с Италией происходили в рамках политики оси и затрагивали целый ряд вопросов, обсуждение которых требовало личного свидания Чиано со мной. В результате переговоров, как уже сообщалось в прессе, у Италии и Германии была констатирована полная ясность в том, что плутократия Запада хочет уничтожить Германию, уничтожить авторитарные государства. Италия и Германия констатировали свою общую волю противодействовать воле западных держав к уничтожению. В то время как Германия борется активно, Италия остается подле Германии и поддерживает Германию во всех областях, которые находятся в ее распоряжении, и это соответствует соглашениям, существующим между этими странами. Один из основных обсуждавшихся в Риме со мной вопросов — это вопрос об угле и другие хозяйственные вопросы. Англия сделала невозможным для Италии получение угля из Германии морским путем. Мы заключили дополнительное соглашение по доставке угля в Италию сухопутным путем. Я также говорил с дуче по русскому вопросу. Я сказал ему, что наши отношения с Россией становятся все более тесными и что с заключением пакта о ненападении и договора о дружбе создан базис для прочного и ясного сотрудничества этих двух стран. Я одновременно сказал Муссолини, что мы, в Германии, сожалеем, что между Италией и Россией не имеется близких взаимоотношений, как между Россией и Германией. В особенности сожалел я об этом потому, что как раз сам Муссолини перед заключением советско-германского соглашения говорил, что он приветствовал бы с точки зрения Италии улучшение отношений Германии с СССР. Мы долго говорили с дуче по русскому вопросу. Дуче сказал, что он сам также желал бы улучшения советско-итальянских отношений. Он напомнил при этом, что в области морских вооружений между Италией и СССР существовали тесные взаимоотношения. Сейчас Муссолини дал распоряжение рассмотреть положительно запросы СССР по этой линии. Мне не ясно, почему ухудшились отношения СССР с Италией»,— заключил Риббентроп и попросил меня дать справку по этому вопросу. Я ответил, что не могу дать справку, но знаю, что советско-итальянские отношения ухудшились тогда, когда в Италии происходила антисоветская демонстрация и антисоветская кампания в печати. Затем Риббентроп спросил меня внезапно, знаю ли я Гельфанда. Я ответил, что лично его не знаю, но знаком с полпредом, который был назначен в Италию. Затем я спросил Риббентропа, почему он так интересуется Гельфандом? Риббентроп ответил, что он берет свой вопрос назад и возвратится к нему в разговоре со мной в ближайшее время, когда получит нужное ему сообщение. Пока же о личности Гельфанда не хотел бы высказываться. Затем Риббентроп высказал сожаление, что нет нашего полпреда в Риме, так как с полпредом можно говорить в другом духе, чем с поверенным в делах. «Во всяком случае,—сказал Риббентроп,— Муссолини желает улучшения советско-итальянских отношений. Если я чем-нибудь могу содействовать этому, То предоставляю свои услуги. В отношении Финляндии я заявил Мус-

147

 


солини о незаинтересованности Германии в ней, о строгом нейтралитете Германии в советско-финском конфликте. Подчеркнул также, что Финляндия в прошлые годы показала себя не очень-то дружелюбно настроенной по отношению к Германии. Поэтому вообще позиция Германии в советско-финском конфликте, заявил я Муссолини, определяется характером советско-германских дружественных отношений. В итоге переговоров в Риме можно констатировать:

1. Единое мнение Италии и Германии о том, что Англия и Франция желали бы предпринять все возможное, чтобы побить Германию и Италию.

2. Наличие у Германии и Италии решимости сломить у западных держав их волю к уничтожению и победить их».

Риббентроп подчеркнул, что сообщает все это для информации Молотова и Сталина. Затем Риббентроп осведомился, нет ли у нас каких-нибудь сдвигов в смысле улучшения отношений с японцами, о чем он говорил в свое время со Сталиным, который разделял тогда его взгляд о необходимости улучшения советско-японских отношений [63]. Я ответил, что не располагаю соответствующей информацией. Затем Риббентроп сообщил мне, что Гитлер дал свое согласие на организацию в Берлине выставки советского народного искусства. Риббентроп высказал также намерение демонстрировать в Германии фильм «Петр Первый», который ему очень понравился.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 315, д. 2174, л. 175—179.

 

 

78. ИЗ ДНЕВНИКА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, Ген. Секретариат

15 марта 1940 г.

14 марта по просьбе Вайцзекера, изложенной в личном письме ко мне, принял бывшего верховного комиссара Лиги Наций в Данциге Карла Буркхардта [64], в настоящее время являющегося заместителем председателя Международного Комитета Красного Креста. Комитет находится в Женеве и, как предупредил меня Буркхардт, ничего не имеет общего с учреждениями Лиги Наций.

Год тому назад, сообщил мне Буркхардт, Международный Комитет Красного Креста имел своего представителя в Красном Кресте СССР. Теперь его нет. СССР является членом международной конвенции Красного Креста, платит регулярно взносы, но не имел за последнее время тесного контакта с Комитетом. С целью установления контакта Буркхардт предложил командировать в СССР одного из членов Комитета, причем выразил готовность поехать сам.

В заключение беседы он подчеркнул желательность снова иметь постоянного представителя Международного комитета в СССР в связи [с тем что] временные командировки его представителей связаны с трудностями выезда из СССР в Швейцарию и наоборот, ввиду отсутствия между этими странами дипломатических взаимоотношений*. Я ответил Буркхардту, что передам его просьбу в НКИД и ответ вышлю в Женеву.

___________________
* Установлены 18 марта 1946 г.— Прим. сост.

148

 


14 марта был на приеме, данном словацким посланником Черняком в связи с годовщиной «независимости» Словакии. На приеме присутствовали послы и посланники, аккредитованные в Берлине, статс-секретари МИД Вайцзекер и Боле, помощник статс-секретаря Верман, начальник президентской канцелярии Мейсснер, Риттер и другие германские видные гражданские и военные чины. В конце приема прибыл Риббентроп.

Немцы [65], посланники Эстонии, Литвы и Болгарии поздравляли с заключением мира с Финляндией и подчеркивали удар, который этим нанесен Англии и Франции.

Риттер заявил, что, заключив мир, мы одержали две победы: военную и политическую. «На такое мудрое решение был способен только Сталин»,— закончил он.

На этом же приеме жена итальянского посла Аттолико, владеющая русским языком, познакомила меня с Ольгой Чеховой — известной в Германии актрисой кино и театра. Ольга Чехова является племянницей народной артистки СССР Книппер-Чеховой и сестрой известного советского композитора Льва Книппера. Ольга Чехова в краткой беседе со мной не проявила никакого желания поехать в СССР, мотивировав тем, что ее не приглашают, мол, на гастроли. «Пригласите меня в Москву, и я поеду. Искусство интернационально»,— заявила она.

15 марта принял югославского посланника Андрича. Никаких конкретных вопросов он не поставил передо мной. Я в свою очередь также не проявил ни малейшего интереса к Югославии в смысле ее позиции по отношению к СССР. Беседа носила поверхностный характер, Андрич справился о наших взаимоотношениях с Италией. Я рассказал, что Италия своими антисоветскими выступлениями во время советско-финляндского конфликта не содействовала их улучшению.

Андрич сообщил, что Германия буквально все скупает в Югославии, так же как и Италия, поддерживая с ней торговые отношения на основе клиринга. «Мы живем со всеми в мире и никто нас не трогает»,— заявил Андрич.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 4, л. 190—191.

 

 

79. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛАННИКОМ ЛИТОВСКОЙ РЕСПУБЛИКИ В СССР Л. НАТКЕВИЧУСОМ

16 марта 1940 г.

Наткевичиус поставил следующие вопросы:

1- Об изъятии контрреволюционных групп, проводивших враждебную работу в отношении СССР и Литвы в г. Вильно.

Наткевичус заявляет, что в свое время этот вопрос перед ним был поставлен т. Потемкиным*. Сейчас он имеет специальное поручение своего правительства — рассеять недоразумения, возникшие вокруг этого вопроса. У посланника, как он говорит, было впечатление, что у Советского правительства было какое-то недовольство, и вот в связи с этим он хочет сообщить, что действительно вражеская работа против СССР и

___________________
* См. Полпреды сообщают... М., 1990. — С. 169.

149

 


Литвы со стороны отдельных поляков имела место. Поляки имели даже свои организации, но литовское правительство ликвидировало эти вражеские гнезда. Литовское правительство в этом вопросе другого мнения не имеет и вполне разделяет мнение правительства СССР.

Затем посланник спрашивает т. Молотова, не требуется ли еще что-либо сделать, и если да, то он просит посоветовать.

Тов. Молотов отвечает, что заявление посланника он принимает к сведению и посоветовать ничего не может, т. к. литовское правительство необходимые меры, кажется, принимает.

2. Наткевичус по поручению своего правительства заявляет т. Молотову, что литовское правительство довольно поведением советских войск. Литовское правительство не имеет никаких замечаний и довольно, что войска ведут себя корректно, за исключением кое-каких мелочей вроде, например, того, что в г. Вильно красноармейцы поют песни.

Тов. Молотов спрашивает посланника, не сглаживает ли он острых углов, может быть, есть какое недовольство, а литовское правительство не хочет сказать об этом?

Наткевичус отвечает, что нет. Он выражает удовлетворение литовского правительства поведением советских войск совершенно откровенно.

Далее посланник сообщает, что вопрос о въезде семей нач[альствующего] состава и обслуживающего персонала литовское правительство разрешило положительно.

Тов. Молотов замечает, что иначе и быть не может, т. к. и без семей, и без обслуживающего персонала войскам не обойтись.

3. Посланник сообщает, что в Вильно остались учащиеся бывших польских ВУЗов, место жительства которых — в районах, отошедших к СССР. Он просит, нельзя ли предоставить им возможность посещения родных путем перехода границы по временным удостоверениям.

Тов. Молотов отвечает, что создавать на границе неопределенность положения из-за 1—2 десятков людей нецелесообразно.

4. О возвращении паровозов, вагонов и оборудования ряда фабрик и заводов, вывезенных Красной Армией во время военных действий из Вильно.

Посланник просит положительно решить неоднократно поднимаемый им вопрос о возвращении паровозов, вагонов и другого имущества, перечисленного в вербальной ноте и эд-мемуаре, которые он вручил т. Молотову (приложения № 1 и 2)*.

Тов. Молотов отвечает, что он не находит правильным ставить вопросы о трофеях, и шутя добавляет, что если производить расчеты, то с литовцев потребуется больше за взятие Красной Армией Вильно, переданного Литве.

Наткевичус замечает: «Но ведь мы ваши союзники?..»

Тов. Молотов отвечает: «А у союзников и должны быть взаимные расчеты. А если принимать этот принцип, то с Литвы придется куда больше, чем то, что взято в качестве трофеев Красной Армией в г. Вильно>.

Посланник пространно излагает мотивы, которые побуждают литовское правительство обращаться к СССР с этим вопросом, и еще раз просит о положительном решении этой просьбы литовского правительства.

Тов. Молотов отвечает, что он не находит возможным удовлетворить эту просьбу литовского правительства, и высказывает пожелание покончить с этим вопросом.

___________________
* Не публикуется.

150

 


Посланник просит на оставленный им меморандум по этому вопросу дать письменный ответ.

5. О выкупе советских рублей, имеющихся в Литве.

Посланник заявляет, что в Литве имеется много советских рублей. Их надо или выкупить или обменять. 17 октября 1939 г. литовский банк поставил этот вопрос перед московским Госбанком, который тогда ответил, что он изучит этот вопрос. Однако до сего времени ответа нет. Посланник, передав копию письма литовского банка Госбанку СССР (приложение № 3)*, просит дать соответствующие указания Госбанку.

Тов. Молотов отвечает посланнику, что он не считает этот вопрос актуальным.

6. Посланник, поблагодарив т. Молотова за передачу архивных материалов, о которых он просил ранее, напоминает об обещании передать Литве библиотеку Врублевых.

Тов. Молотов спрашивает: «А разве обещано передать библиотеку Врублевых»? Получив утвердительный ответ, говорит, что он поручит заняться этим вопросом.

7. Посланник вручил два списка — на 28 и 74 человека, задержанных якобы советскими войсками во время занятия Вильно и Виленской области и увезенных в СССР. Просит об освобождении этих лиц и о передаче их литовскому правительству. (См. списки-приложения № 4 и 5.)

8. Во время проведения работы по демаркации на демаркационной линии советскими властями задержаны ксендз Мишкинис и его брат. Литовское правительство ручается, что они не причастны к шпионажу, и просит их вернуть. Наткевичус оставил по этому вопросу вербальную ноту (приложение № 6)*.

Тов. Молотов отвечает, что он поручит рассмотреть этот вопрос т. Деканозову.

9. О литовских репатриантах.

Наткевичус вручил список литовских репатриантов на 30 чел. и просит о выдворении их в Литву (приложение № 7)*. Наткевичус сообщает, что сейчас они являются советскими гражданами.

Тов. Молотов отвечает, что поскольку упомянутые в списке лица являются советскими гражданами, то они должны жить в СССР и подчиняться его закону. Однако он спросит прокуратуру, что тут можно сделать, но не обещает о положительном решении этого вопроса.

Посланник замечает, что его предшественник Балтрушайтис передал ему, что т. Молотов в свое время обещал пойти в этом вопросе навстречу.

Тов. Молотов отвечает, что нет, этого он не говорил, а говорил, что выяснит.

10. Посланник просит обсудить вопрос о возможности расширения поставок хлопка Литве.

Тов. Молотов рекомендует обратиться по этому вопросу в Нарком-внешторг т. Микояну.

И. О строительстве казарм для гарнизонов Красной Армии, расположенных в Литве.

Литовское правительство просит, чтобы подряды на строительство казарм передавались не частным подрядчикам, а правительству, которое Располагает соответствующими строительными организациями. Тов. Молотов отвечает, что он обсудит этот вопрос и если цена будет

___________________
* Не публикуется.

151

 


не высока, то он считает возможным передачу подряда по строительству казарм Литовскому правительству.

12. Об утверждении заключенных соглашений о почте, телеграфе, телефоне и о пользовании автотранспортом.

Наткевичус сообщает, что все эти соглашения заключены, но не вошли в силу, а потому он просит ускорить введение в действие этих соглашений.

Тов. Молотов отвечает, что он поручит заняться этим вопросом.

13. О передаче Литве военнопленных литовцев, служивших в польской армии и находящихся сейчас в лагерях СССР.

Наткевичус заявляет, что он рассчитывает на положительное решение этого вопроса, т. к. Литовское правительство вернуло СССР около 300 интернированных поляков. Наткевичус вручил по этому вопросу вербальную ноту с приложением списка военнопленных на 71 человека (приложение № 8)*.

Тов. Молотов замечает, что мы не просили у Литвы вернуть нам интернированных, а наоборот, об этом просила нас Литва. Вопрос же о возврате Литве находящихся у нас военнопленных литовцев будет рассмотрен.

В заключение посланник спрашивает, доволен ли т. Молотов Литвой.

Тов. Молотов отвечает, что он ничего не имеет сказать, но ему хотелось бы услышать оценку пакта различными слоями общественности Литвы.

Наткевичус отвечает, что общественность Литвы по отношению к СССР настроена хорошо. Дело в том, что у литовцев имеется выбор — либо ориентироваться на Германию, либо на СССР. Выбор падает на СССР.

Тов. Молотов замечает, что вряд ли все слои общественности относятся одинаково. В Литве имеется много католиков, на которых распространяется влияние папы, а папа, как известно, к СССР относится неважно. Хотелось бы узнать оценку пакта различными слоями литовской общественности.

Наткевичус, не давая прямого ответа на поставленный т. Молотовым вопрос, говорит, что влияние папы действительно имеет место, но это не имеет серьезного значения. С ним сейчас идут переговоры о замене епископа.

На этом беседа закончилась.

Записал С. Козырев

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. I, д. 9, л. 55—61.

 

 

80. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ЦАРСТВЕ БОЛГАРИЯ А. И. ЛАВРЕНТЬЕВА В НКИД СССР

16 марта 1940 г.

Сегодня Попов пригласил меня в МИД.

1. Поздравив с заключением мирного договора с Финляндией, Попов сказал, что болгарский народ с большим удовлетворением встретил этот шаг Советского правительства. Теперь Попов видит две возмож-

___________________
* Не публикуется.

152

 


ности: во-первых, Англия и Франция, потерпевшие поражение на севере, поймут бессмысленность разжигания войны на юге и востоке, во-вторых, напротив, Англия и Франция могут усилить здесь свою активность. Попов не имеет никаких сведений о будущей позиции Англии и Франции. Но многое будет зависеть от политики Советского Союза на Балканах, которая Попову не совсем еще ясна. Я ответил, что Советское правительство в выступлении тов. Молотова в 1939 году на Сессии Верховного Совета* ясно высказало свою позицию по внешнеполитическим вопросам. Что касается стремления Англии и Франции на Балканах, то о них можно судить хотя бы по тому, что эти страны считали возможным протестовать перед болгарским правительством по поводу транзита советских товаров в Германию, в то время как Болгария и Советский Союз являются нейтральными странами. Попов замялся, но потом ответил, что собственно официального протеста не было со стороны Англии и Франции. Но в Париже и Лондоне говорили болгарским посланникам по поводу якобы строительства второй железнодорожной линии между Варной и Руссе, нефтехранилища в Варне и так далее. Но Болгария не будет действовать по указанию Англии.

2. Затем Попов заявил, что он попросил меня в МИД затем, чтобы сообщить, что Болгарское правительство дало согласие на назначение Кузько консулом в Варне. Но со своей стороны он просит принципиального согласия со стороны Советского правительства на организацию болгарского консульства в Одессе. У них нет еще человека, но он ставит этот вопрос в принципиальной форме. Я ответил, что о просьбе Болгарского правительства доведу до сведения Советского правительства. Согласие Болгарского правительства на организацию советского консульства в Варне было дано 5 февраля 1940 года[48]. Тогда Кьосеиванов не поднимал вопроса об организации болгарского консульства в СССР. Попов сказал, что этого он не знал.

Лаврентьев

АВП РФ, ф, 059, on. 1, п. 330, д. 2270, л. 186—187.

 

 

81. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

17 марта 1940 г.

В начале беседы Шуленбург поздравляет тов. Молотова с окончанием финской кампании, с успехами Красной Армии и с мудрым, как он выразился, решением финляндского вопроса.

Тов, Молотов, поблагодарив посла за поздравление, заявил, что ему кажется, что та оценка решения финляндского вопроса, которая дана послом, и само решение отвечают интересам как СССР, так и Германии, так как в результате заключения мирного договора** на Севере стало спокойно.

Затем Шуленбург говорит, что в связи с желанием тов. Молотова, выраженным им в прошлой беседе с Шуленбургом***, получить информа-

___________________
* См. Известия. — 1939.— 1 сент.
** См, док. 73.
*** См. док. 71.

153

 


цию о поездке Риббентропа в Берлин*, посол запросил Берлин и получил оттуда подробную информацию.

По поручению посла присутствующий на беседе советник посольства

Хильгер зачитывает следующее сообщение:

«Информация о поездке в Рим г-на фон Риббентропа

1. В беседе от 13-го сего марта г-н фон Риббентроп в общих чертах уже информировал г-на Шкварцева о своей поездке в Рим****.

2.   При тех тесных дружеских отношениях, которые существуют между Германией и Италией, встречи государственных деятелей обеих стран с целью обсуждения общего положения и вытекающих из него актуальных вопросов являются вещью вполне естественной и разумеющейся само собой.

3. Между национал-социалистической Германией и фашистской Италией существует полное единогласие в том, что западные плутократии стремятся уничтожить Германию и Италию. Между тем как Германия в настоящий момент ведет активную борьбу, Италия поддерживает Германию всеми доступными ей средствами. Такого рода кооперация полностью соответствует существующим между Германией и Италией соглашениям.

4. Особым предметом переговоров служило снабжение Италии углем, которое в будущем будет осуществляться сухим путем.

5.   Г-н фон Риббентроп изложил г-ну Муссолини характер отношений между Германией и СССР, подчеркнув, что эти отношения становятся все более тесными, развиваясь на окончательной и твердой основе существующих политических и экономических соглашений.

6.   Г-н фон Риббентроп выразил сожаление о том, что отношения между СССР и Италией за последнее время развивались не совсем благоприятно. Этот факт достоин тем большего сожаления,что Муссолини еще до заключения соглашения между Германией и СССР указывал на желательность улучшения германо-советских отношений. По мнению г-на фон Риббентропа, между СССР и Италией не существует противоречивых интересов, которые могли бы препятствовать установлению хороших взаимоотношений. Муссолини заявил, что он также желает улучшения советско-итальянских отношений и что соответственно своей принципиальной установке он дал указания, чтобы вопросы, касающиеся экономических взаимоотношений между СССР и Италией, были рассмотрены в возможно положительном смысле. Все, что было сказано г-ном Муссолини на тему о советско-итальянских отношениях, не оставляет сомнения в том, что Италия со своей стороны стремится к улучшению отношений с Советским Союзом.

7.   Г-н фон Риббентроп в разговорах с итальянскими государственными деятелями подчеркнул, что поведение Германии в финском вопросе было продиктовано исключительно характером германо-советских дружеских отношений.

8.   Посещение Папы представляет собой только акт вежливости, вызванный тем фактом, что курия за последнее время неоднократно проявляла желание к улучшению взаимных отношений. Разговор не вышел за рамки общих рассуждений об отношении между национал-социализмом и католической церковью. Г-н фон Риббентроп принципиально считает возможным улучшение взаимоотношений между Германским правительством и курией при условии, что католическая церковь откажется от всякой политической активности служителей католического

___________________
* Так в тексте оригинала; следует читать «Рим».— Прим. сост.
** См. док. 77.

154

 


культа в Германии. Принципиальное соглашение требует, однако, более продолжительного времени и должно быть поэтому пока отложено. По вопросу о германо-советских отношениях г-н фон Риббентроп в разговоре с папой со всей ясностью подчеркнул, что эти отношения покоятся на твердой основе и что Германия надеется их еще более углубить.

Москва, 16 марта 1940 г.»

Шуленбург обращает внимание тов. Молотова на тот факт, что поездка Риббентропа в Рим не содержит якобы ничего сенсационного, а является обычной встречей государственных деятелей дружественных стран.

Далее Шуленбург останавливается на той части информации о беседах Риббентропа с Муссолини, где сказано о советско-итальянских отношениях. Шуленбург заявляет, что ему хочется подчеркнуть, что Муссолини выразил готовность принять меры к улучшению советско-итальянских отношений. В информации не сказано о том, что Муссолини, кроме того, сказал Риббентропу, что не Италия начала ухудшать отношения с СССР, а СССР, поскольку последний первым отозвал своего посла. Сам Шуленбург не видит причин, препятствующих улучшению советско-итальянских отношений.

Шуленбург просит сообщить мнение тов. Молотова относительно информации о беседах Риббентропа с Муссолини, так как Риббентроп желает знать, как отнесется тов. Молотов к этой информации.

Тов. Молотов просит посла передать Риббентропу благодарность за информацию о его беседах в Риме. По мнению тов. Молотова, информация является ценной, так как речь идет об отношениях двух крупных держав. Что же касается вопроса об улучшении советско-итальянских отношений, то, как об этом уже было сказано раньше, он не вызывает интереса. Инициатором ухудшения советско-итальянских отношений был не СССР, а Италия, так как началось с того, что едва успел полпред СССР приехать в Рим, как там начался «кошачий концерт», не говоря уже об антисоветском тоне итальянской печати[2]. С тех пор не произошло никаких существенных изменений, и высказывания Муссолини ничем не подкреплены.

Далее тов. Молотов говорит, что он отмечает как положительное явление, что между Италией и Германией поддерживается дружественный контакт, так как это выгодно для Германии.

Шуленбург говорит, что он не имеет последних данных о поведении итальянской прессы, но он находит, что как итальянская, так и советская пресса в последнее время тон смягчила.

Тов. Молотов замечает, что частично, видимо, антисоветский тон итальянской прессы смягчился.

Шуленбург спрашивает, правильно ли будет, если он сделает такой вывод, что СССР занимает выжидательную позицию в отношении Италии.

Тов. Молотов отвечает, что нет, он этого не сказал. Он сказал, что вопрос этот не представляет сейчас интереса, так как для нас непонятно, для чего нужно было Италии всю эту кашу затевать. Посмотрим, что будет дальше, заключает тов. Молотов.

Шуленбург спрашивает, можно ли так сообщить в Берлин.

Тов. Молотов отвечает, что да, и добавляет, что посмотрим, что будет дальше, а пока сказать что-либо определенное не представляется возможным.

затем Шуленбург поставил перед тов. Молотовым следующие вопросы:

155

 


1. Об имущественных интересах Германии в бывших районах Финляндии, ныне отошедших к СССР.

Шуленбург заявляет, что в районах, отошедших к СССР, имеются предприятия, в которых заинтересована Германия, в частности большой интерес для германского правительства представляет целлюлозная фабрика, в которую германский концерн «Целлштоффабрик» в Валдгофе вложил большие капиталы. Шуленбург просит до решения общего вопроса о судьбе такого рода предприятий дать указания советским воинским частям о проявлении необходимого внимания к сохранности этой фабрики.

Тов. Молотов отвечает, что нашим военным дано строгое указание относиться к ценностям бережно.

2. Об освобождении и выдворении в Германию заключенных в СССР немецких граждан и граждан протектората.

Шуленбург заявляет, что до конца января 1940 года из 430 германских граждан, подлежащих освобождению и высылке в Германию, освобождено только 237 человек. Просит решить вопрос об остальных.

Шуленбург вручает по этому вопросу памятную записку (приложение № 1)*.

3. Об эвакуации арестованных граждан немецкой национальности с территории бывшей Польши.

Шуленбург заявляет, что на основании соглашения об эвакуации эвакуируются также и лица, находящиеся в местах заключения или преследовавшиеся бывшим польским правительством. В настоящее время таких немецких граждан насчитывается около 300 человек.

Шуленбург вручает поименной список на этих лиц и просит распоряжения об их освобождении и эвакуации (приложение № 2)*.

4. Шуленбург вручает четыре списка лиц, которые ранее проживали в районах бывшей Польши, отошедших к СССР, и судьбой которых интересуется ряд влиятельных лиц как в Германии, так и за границей.

Он просит дать соответствующие указания советским властям о выдворении этих лиц в Германию.

Тов. Молотов отвечает, что он поручит всеми этими вопросами заняться.

В заключение беседы Шуленбург благодарит тов. Молотова за принятие его приглашения на обед, который должен состояться сегодня, 17-го, вечером.

На беседе присутствовал советник германского посольства Хильгер.

Беседу записал С. Козырев

АВП РФ, ф. 06, on. .2, п. 14, д. 155, л. 60—65.

 

 

82. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО С ПАРЛАМЕНТСКИМ ЗАМЕСТИТЕЛЕМ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ Р. О. БАТЛЕРОМ

Разослано: т. Молотову, т. Лозовскому

18 марта 1940 г.

1. Я посетил Батлера для того, чтобы заявить протест по поводу задержания и обстрела в Тихом океане (вблизи Японии) советского

___________________
* Не публикуется.

156

 


судна «Владимир Маяковский» и потребовать его немедленного освобождения. Я сообщил Батлеру при этом подробности, касающиеся груза «Маяковского» (4655 тонн меди и 216 тонн молибдена, всего стоимостью 1 444 000 американских долларов). Я предупредил также Батлера, что Советское правительство резервирует за собой право потребовать компенсацию за причиненные убытки и потери. Батлер уже знал о захвате «Маяковского». Он даже сказал, что, получив мою просьбу о срочном свидании, он сразу догадался, в чем дело, и навел сегодня утром некоторые справки касательно инцидента. Он, Батлер, должен прежде всего сказать, что «Маяковский» не был «обстрелян». Произошло же на самом деле вот что: когда английские военные суда сигнализировали «Маяковскому» остановиться, он не сразу исполнил это приказание. Тогда английские военные суда в соответствии с обычными морскими правилами произвели так называемый «предупредительный выстрел» через нос корабля. Далее Батлер сообщил, что «Маяковский» направлен в Гонконг для контроля его груза, ибо у Министерства экономической войны существуют серьезные подозрения, что этот груз идет не в СССР, а в Германию, транзитом через СССР. Я категорически опроверг последнее заявление Батлера и подчеркнул, что груз «Маяковского» предназначен исключительно для наших собственных внутренних нужд, и еще раз настойчиво поставил вопрос об освобождении судна. Батлер ответил, что он регистрирует наш протест, наше требование об освобождении судна и нашу резервацию по вопросу о компенсации. Он учитывает также мое заявление о том, что груз предназначается исключительно для внутренних надобностей СССР. Батлер обещал еще раз снестись с соответственными органами (имелось в виду Министерство экономической войны) и через несколько дней сообщить о результатах. Он уклонился, однако, от каких-либо связывающих его обещаний. Тут же я поднял вопрос о «Селенге» и спросил, долго ли это наше судно будет стоять в Гонконге? Вот уже свыше двух месяцев, как оно задержано и, несмотря на мои неоднократные демарши, оно до сих пор не может двинуться в путь. Батлер еще раз извинился за задержку с «Селенгой» и заявил, что у Британского правительства, собственно, нет возражений против освобождения «Селенги», но, так как в этом деле завязано также Французское правительство (вольфрам, находящийся на «Селенге», шел транзитом через Индокитай), то англичанам приходится согласовывать свои действия по данному предмету с французами. Французы же все время противятся освобождению груза. Батлер, однако, надеется что англичанам в ближайшее время удастся сговориться с французами и «Селенга» будет освобождена[67].

2. Когда мы закончили разговор по вопросу о советских судах, Батлер (как это у него является привычкой) воспользовался случаем для того, чтобы обменяться мнениями со мной по некоторым другим предметам.

частности, он коснулся общего положения в Европе и упомянул между прочим о приезде Самнера Уэллеса [37]. Я спросил тогда Батлера,

то ему известно о настроениях Самнера Уэллеса, поскольку речь идет о перспективах европейского мира, ибо совершенно очевидно, что

Рузвельт послал своего представителя через океан главным образом для ориентировки в данной проблеме. Батлер ответил, что, насколько он знает, Гитлер в разговоре с Самнером Уэллесом развил примерно такую концепцию: Германия будто бы готова восстановить этнографическую Польшу в сравнительно скромных размерах, но с тем, чтобы она перестала представлять из себя какую-либо военную опасность для Германии. Далее, Германия готова создать из Богемии и Моравии из-

157

 


вестную государственную единицу с автономным управлением. Германия требует, однако, возврата своих бывших колоний, допуская, впрочем, различные компромиссы в этой области (т. е. колонии могут быть возвращены не все и не сразу, одни колонии могут быть обменены на другие и т. д.). Однако колонии являются для Гитлера лишь вопросом «престижа». Основное будущее Германии он видит в Европе, и с этой целью требует возможности без всякого вмешательства со стороны западных держав создать свою «экономическую империю» из государств Скандинавии, Центральной и Юго-Восточной Европы путем установления преференциальных тарифов. Короче, Гитлеру рисуется образование огромного экономического блока под гегемонией Германии примерно по тому образцу, как в Оттаве был создан британский экономический блок[68]. Гитлер указал далее, что в его программу входит развитие экономических отношений с СССР. Еще одно впечатление, вынесенное Самнером Уэллесом из разговора с Гитлером, а также вообще из пребывания в Германии,— это то, что все немцы без различия направлений полны страха перед опасностью «Вестфальского мира»[69] (т. е. мира с расчленением Германии), который им будет угрожать в случае военного поражения. Этот страх является сильно цементирующим элементом, заставляющим поддерживать Гитлера даже такие группы и слои населения, которые по другим соображениям относятся к нему отрицательно. Развив указанную выше программу, Гитлер заявил Самнеру Уэллесу, что если в ближайшее время на этой базе не удастся заключить мир с «союзниками», то Германия перейдет к ведению войны всерьез и в течение каких-нибудь 6 месяцев совершенно разгромит Англию и Францию: у Германии будто бы имеются новые военные изобретения, которые должны ей дать решительный перевес в войне.

3. Я поинтересовался характером впечатлений Самнера Уэллеса от Италии. Батлер ответил, что, по мнению американского уполномоченного, Муссолини хотел бы мира, и даже в нем сильно заинтересован, но, конечно, он запрашивает за свое участие в организации мира сравнительно высокую цену. Цена эта, насколько понимает Батлер, сводится примерно к следующему: передача Италии Джибути, предоставление Италии мест в совете Суэцкого Канала, урегулирование статуса итальянцев в Тунисе, интернационализация Гибралтара, финансовая помощь Сити. В порядке уточнения я спросил, имеет ли Батлер в виду только урегулирование статуса итальянцев в Тунисе или же переход самого Туниса к Италии? Батлер ответил, что Италия вряд ли претендует на Тунис, по крайней мере на весь Тунис, и что здесь, по всей вероятности, возможен компромисс между Францией и Италией по линии повышения статуса итальянцев в этой французской колонии. Далее Батлер высказал мнение, что если Муссолини будет иметь надежду на получение указанной цены, то он вместе с Рузвельтом и Папой Римским сможет, пожалуй, принять участие в мирной оффензиве в ближайшее время. Такой оффензивы Батлер отнюдь не исключает, если, конечно, на обратном пути через Италию Самнер Уэллес не узнает чего-либо противоречащего его нынешним впечатлениям.

4. Выслушав указанное сообщение Батлера, путем ряда наводящих вопросов я постарался выяснить, какова же была бы реакция «союзников» на ту базу мира, которую в разговоре с Самнером Уэллесом развили Гитлер и Муссолини. Суммировать настроения Гитлера можно было бы примерно так: хотя Британское правительство имеет вполне определенные, всем известные «военные цели», тем не менее оно заранее не отвергает возможности мира. Ко всякой наметке мирных условий оно го-

158

 


тово подходить «open minded», т. е. с «открытым умом», без заранее предвзятых мнений. Основное, что интересует Британское правительство,— это создание безопасности и прочного порядка в Европе. Именно под этим углом зрения оно готово рассматривать и базу, выдвинутую Гитлером и Муссолини. Из замечаний Батлера было очевидно, что из всех пунктов, о которых говорили эти последние, только один является для Британского правительства абсолютно неприемлемым — интернационализация Гибралтара. Все остальное дискутабельно, хотя, конечно, требует значительных видоизменений и модификации, которые могут быть достигнуты в процессе переговоров.

5. Само собой разумеется, что в разговоре о европейских делах мы не могли обойти ликвидации финской войны. Батлер заявил по этому поводу, что не хочет возвращаться к обсуждению вопроса о происхождении данной войны или об условиях советско-финского мира, а просто с удовлетворением констатирует, что сейчас из советско-английских отношений ушел конфликтный момент. В связи с этим он выражал надежду на возможность улучшения этих отношений. В данной связи Батлер между прочим опять вернулся к вопросу о захвате советских судов в Тихом океане и довольно прозрачно намекнул, что, пожалуй, наилучшим способом для ликвидации данного рода трудностей, а также для укрепления англо-советских отношений вообще было бы возвращение к торговым переговорам, которые имелись в виду в сентябре — октябре прошлого года*. Батлер интересовался также слухами о пресловутом «тройственном блоке» (Германия — Италия — СССР), который будто бы пытается создать Риббентроп и который будто бы должен в первую очередь регулировать положение на Балканах. Я опроверг все эти газетные спекуляции, напомнил Батлеру то, что говорил ему о характере советско-германских отношений 22 февраля**. Советский Союз ведет свою собственную, независимую внешнюю политику, и этого никто не должен забывать. Вместе с тем я обратил внимание Батлера на тот вред, который сенсационная газетная шумиха того типа, какая имеет место в связи со спекуляцией о «тройственном блоке», приносит развитию советско-английских отношений. Батлер согласился со мной и обещал со своей стороны поговорить с дипломатическими корреспондентами крупных газет (он назвал, в частности, «Таймс» и «Дейли Геральд») с тем, чтобы они проявляли больше спокойствия и объективности в изображении всего, что касается СССР. Не знаю, будет ли это иметь особый результат. В заключение Батлер заявил, что Галифакс охотно повидал бы меня, если бы у меня был какой-либо вопрос такой важности, по которому стоило бы обратиться к Министру иностранных дел.

И. Майский

АВП РФ, ф. 069, оп. 24, п. 68, д. 7, л. 54-59,

___________________
* См. Документы... Т. XXII.— Док. 627, 634, 636, 687, 68.1, 689, 709, 719, 724.
** См. док. 50.

159

 


 

 

83. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО В НКИД СССР

18 марта 1940 г. Немедленно

1.Из всей имеющейся в моем распоряжении информации с несомненностью вытекает, что Самнер Уэллес[29] имеет своей задачей не просто застенографировать мнение различных государственных людей Европы, но также прощупать, есть ли в настоящее время какая-либо база для заключения мира между воюющими сторонами, проще, от доклада Уэллеса зависит, выступит ли Рузвельт в ближайшее время с мирной инициативой или нет, а также выставит ли он свою кандидатуру в президенты в третий раз или предпочтет уйти в частную жизнь. Держится Уэллес очень таинственно. В разговорах с министрами и политиками сам говорит очень мало, но ставит много вопросов. Всякое заслушанное мнение сохраняет в секрете и не делится им ни с кем, например, Уэллес содержанием своей беседы с английскими министрами не поделился даже со здешним американским послом. Поэтому «просачивание» собранного Уэллесом очень затруднено. Окончательный вывод Уэллес пока еще не формулировал — это он сделает, вероятно, на пароходе по пути от Италии до США или даже в Вашингтоне.

2. Тем не менее мне удалось из вполне достоверных источников узнать о поездке Уэллеса по Европе следующее: Муссолини произвел на него хорошее впечатление, и он считает его искренним другом мира, с которым Рузвельту следует «кооперировать». Гитлер, вопреки газетным сообщениям, в разговоре с Уэллесом не только не был агрессивен, но, наоборот, поразил последнего своим спокойным, разумным тоном и своей «умеренностью». Гитлер, между прочим, дал понять Уэллесу, что он готов пойти на восстановление небольшой по размерам Польши и на широкую автономию для Богемии и Моравии. Геринг американцу очень понравился, как «деловой и разумный» человек. Вообще из Берлина Уэллес вынес впечатление, что Германия склонна к миру, но что если в ближайшее время мир заключить не удастся, то Гитлер устроит большое наступление на Запад, соединенное с бешеной бомбардировкой Англии с воздуха. В Париже Уэллес констатировал крайнюю воинственность и одновременно известное беспокойство за ход и исход войны. Из французских министров ему больше всего понравились Рейно и Мандель.

3. В Лондоне Уэллес видел короля, Чемберлена, Галифакса, Стэнли, Саймона, Черчилля, Идена, Эттли, Гринвуда, Синклера и других. Первоначально в составленном Британским правительством списке лиц, с которыми Уэллесу надлежало встретиться, был пропущен (конечно, сознательно) Ллойд Джордж. Уэллес сам внес его в список. Тогда британское правительство отвело на беседу с Ллойд Джорджем всего лишь 30 минут и в соответствии с этим составило распорядок дня. Когда, однако, Уэллес приехал к Ллойд Джорджу, он просидел у него 2 часа, безжалостно сломав тщательно приготовленное Британским правительством расписание. Потом Уэллес говорил, что из всех бесед в Лондоне только разговор с Ллойд Джорджем произвел на него впечатление «струи свежего воздуха». Все остальные персонажи в более или менее трафаретной форме повторяли то, что они обычно говорят и печатают о войне и условиях заключения мира. Черчилль к тому же, прибавил он, не понимает, почему так беспокоится Америка: «союзники» сейчас мира заключать не собираются, а если бы они пришли к выводу, что заклю-

160

 


чение мира необходимо, то сумели бы устроиться без всяких посредников. Ллойд Джордж высказался в пользу мира и рекомендовал Рузвельту выступить с соответственной инициативой, используя для своей цели Муссолини и Папу Римского. Общее впечатление Уэллеса таково, что Лондон настроен тоже воинственно, но менее воинственно, чем Париж.

4. Хотя, как я уже говорил выше, Уэллес пока еще не делал окончательных выводов, однако, судя по некоторым замечаниям, у него, видимо, складывается представление, что при сложившемся соотношении сил войну не может выиграть ни та, ни другая сторона и что посредничество в настоящий момент довольно затруднительно. Таково, по крайней мере, было настроение Уэллеса перед отъездом из Лондона. Как повлияло на него и вообще повлияло ли то, что он слышал в Риме на своем обратном пути, сведений пока не имеется.

Майский

АВП РФ, ф. 059, on. 1, я. 325, д. 2233, л. 252—255.

 

 

84. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В США К. А. УМАНСКОГО В НКИД СССР, ДЛЯ КЕМЕНОВА

19 марта 1940 г.

Имел в виду именно ту завышенную сумму, которую Вы упоминаете и на уплату которой Стоковский с большим трудом добился согласия реакционных хозяев оркестра. По-прежнему считаю, что в подобных случаях, особенно в нынешней обстановке, к делам культурно-политического значения нельзя подходить делячески и расхолаживать крупных деятелей искусства, желающих популяризовать наше искусство[70].

Уманский

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 320, д. 2198, л. 131.

 

 

85. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ТУРЕЦКОЙ РЕСПУБЛИКЕ А. В. ТЕРЕНТЬЕВА В НКИД СССР

19 марта 1940 г.

Антисоветский тон турецкой печати в оценке советско-финского мирного договора* в последние дни заметно перемежается с различного рода гаданиями «о дальнейших планах СССР». Одна категория журналистов придерживается того взгляда, что Советский Союз, закончив войну с Финляндией, «не замедлит перейти к разрешению другой интересующей его стратегической проблемы, главным образом на Балканах и

Ближнем Востоке». Все статьи подобного типа заканчиваются предупреждением по нашему адресу и даются советы «не забывать, что Тур-

ция сильна своей дружбой с союзниками, которые немедленно придут ей на помощь в случае какого-либо нападения извне». Другая категория

___________________
* См. док. 73.

161

 


журналистов в своих передовицах проводит ту мысль, что «Советский Союз после финской войны нуждается в отдыхе и поэтому примет все меры к тому, чтобы как можно дольше остаться вне европейской войны». И в том и в другом случае газетчики не скупятся на явно выраженные выпады по отношению к СССР. Заслуживает внимания инспирированный тон нескольких вчерашних статей, помещенных истанбульскими газетами на тему «о возможности подписания турецко-советского пакта о ненападении». Поводом для этих статей послужил оптимизм рейтеровской телеграммы из Амстердама, в которой говорится о дипломатической активности Германии, и телеграмма Анатолийского агентства из Москвы о том, что «внешняя политика СССР вошла в новую фазу и что программа «сталинского мира» исходит из принципа безопасности СССР во всех направлениях — на юге, северо-востоке, на западе и северо-западе». Турки приписывают Германии намерение, во-первых, помешать Советскому Союзу «броситься в новую авантюру», во-вторых, замирить СССР с Италией и, наконец, обеспечить заключение пакта о ненападении между СССР, Румынией и Турцией. Газеты охотно ухватились за сообщение, появившееся в иностранной прессе о «возможности подписания советско-турецкого пакта о ненападении».

Расценивая теперешние советско-турецкие отношения как «нормальные», Ялчин пишет, что «только лишь от желания Советского Союза зависит привести эти отношения к уровню прежней взаимной искренности и доверия». Газеты повторяют тот тезис, что «если и произошли какие-либо изменения во взаимоотношениях между обеими странами, то они возникли не по вине Турции, а по вине Москвы». Тенденциозно излагая историю московских переговоров с Сараджоглу[42], Ялчин делает следующее заключение: «Если в истекший после этих переговоров срок государственные деятели Москвы имели возможность о всем подумать и если они желают вернуться к отношениям сердечной дружбы, то мы это желание встретим с радостью. Турция не откажется заключить с СССР пакт о ненападении в рамках старого проекта. Однако с момента первых переговоров прошло много времени и пакт о ненападении между СССР и Турцией может быть заключен только лишь для защиты турецко-русских интересов, так как мы не согласимся быть инструментом для защиты интересов Германии». Говоря о «возможности» начала каких-то переговоров относительно заключения двустороннего пакта, турки, очевидно, хотят прощупать точку зрения ивызвать нас на какой-то ответ о позиции СССР по отношению к Турции.

Терентьев

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 314, д. 2160. л. 221—223.

 

 

86. ТЕЛЕГРАММА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА ПОЛНОМОЧНОМУ ПРЕДСТАВИТЕЛЮ СССР В ЯПОНИИ К. А. СМЕТАНИНУ

19 марта 1940 г.

17 марта я вызвал Того и сказал ему следующее. Японское правительство заявило в Токио протест против перелета границы на Сахалине двумя советскими самолетами, а также против обстрела и ранения советскими пограничниками 15 марта двух японских полицейских, перешед-

162

 


ших границу (остались лыжи от них на нашей стороне). В связи с этим я вручил Того справку, по которой видно, что за январь — февраль — март было зарегистрировано три случая на Сахалине и 10 случаев на советско-маньчжоугосской границе перелетов японскими самолетами нашей границы. Ввиду этого я предложил: если японское правительство выразит сожаление по поводу этих инцидентов, то таким же образом поступит и Советское правительство. Но дело не только в этом. Если японское правительство стремится раздувать эти и подобные им инциденты и придерживается установки на ухудшение советско-японских отношений, то Советское правительство готово к этому. Если же японское правительство держится другой установки, не хочет раздувать этих инцидентов и стремится к улучшению советско-японских отношений, то и советское правительство будет реагировать соответствующим образом.

Того подтвердил, что ему известно о заявленных японскому правительству протестах, но сказал, что ему ничего не известно о случаях, приведенных в моей справке о нарушениях границы со стороны японских самолетов. Поэтому он должен запросить Токио об этих случаях. Того заявил, что теперь, как и раньше, он подтверждает, что японское правительство стоит за улучшение советско-японских отношений, но будто бы со стороны СССР имеется задержка в ответах на соответствующие японские предложения (о пограничных комиссиях, отдельной рыболовной конвенции).

Я ответил, что нежелание Японии принять предложение СССР по пограничному вопросу в районе недавнего конфликта отрицательно отражается на разрешении всех других вопросов советско-японских отношений.

Кроме того, я предложил ускорить обмен оставшимися после осеннего перемирия военнопленными. Того согласился с этим.

Молотов

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 334, д. 2292, л. 99—100.

 

 

87. ОПРОВЕРЖЕНИЕ ТАСС

20 марта 1940 г.

В иностранной печати сообщается, что между Финляндией, Швецией и Норвегией будто бы ведутся переговоры о заключении так называемого «оборонительного союза» с задачами военной охраны границ Финляндии. При этом сообщается, что будто бы Советский Союз не возражает против такого «оборонительного союза» между Финляндией, Швецией и Норвегией.

ТАСС уполномочен заявить, что эти сообщения насчет позиции Советского Союза не отвечают действительности, ибо, как это видно из известной антисоветской речи председателя норвежского стортинга г-на Хамбро от 14 марта, подобный союз был бы направлен против СССР и находился бы в прямом противоречии с Мирным Договором, заключенным СССР и Финляндией 12 марта с. г.*

Известия. - 1940. - 20 марта.

___________________
* См. док. 73.

163

 


 

 

88. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С УПОЛНОМОЧЕННЫМИ ПРАВИТЕЛЬСТВА ФИНЛЯНДСКОЙ РЕСПУБЛИКИ Ю. ПААСИКИВИ И Т. ВОЙОНМАА

20 марта 1940 г.

После обмена ратификационными грамотами, составления о том протокола и после обмена шведским текстом мирного договора*, протокола к нему и составления протокола подписания шведского текста договора Паасикиви поставил следующие вопросы:

1) О Смешанной комиссии по подробному описанию границы. Паасикиви спрашивает, как она должна быть сконструирована, порядок ее работы, сроки и должна ли комиссия иметь какую-либо инструкцию.

Тов. Молотов отвечает, что советская часть этой комиссии уже назначена в составе четырех человек: комбрига Василевского, комбрига Иванова, полковника Иловлева и работника Наркоминдела Маевского. В отношении порядка работ комиссии тов. Молотов заявляет, что вначале эта комиссия должна провести подробное описание границы по карте с последующим составлением дополнительного протокола, а затем провести демаркацию на местности.

Паасикиви предлагает установить срок проведения демаркации на местности на юге к — 1 июля и на севере — к 1 ноября.

Тов. Молотов на это отвечает, что он считает целесообразным провести эту работу быстрее, однако конкретные сроки он назвать не может и проконсультируется об этом с советской делегацией в Смешанной комиссии. Что касается инструкции, то тов. Молотов сообщает Паасикиви, что по опыту работы Смешанной советско-германской комиссии советской делегации соответствующая инструкция давалась.

Паасикиви просит, нельзя ли ознакомиться с этой инструкцией.

На это тов. Молотов отвечает, что он выяснит и, если будет возможность, ознакомит с ней Паасикиви.

2) Паасикиви спрашивает, прибудут ли 22 марта и к какому часу советские войска на полуостров Ханко. Финляндское правительство готово принять советские войска в 12 час. финского времени 22 марта.

Тов. Молотов отвечает, что согласно договору полуостров переходит в управление СССР 22 марта. На полуостров должна вылететь наша военная комиссия для его осмотра и проведения подготовительных работ, о чем мы просили еще 16 марта финляндское правительство, однако ответа до сего времени нет.

Тов. Молотов спрашивает Паасикиви, сможет ли завтра, 21 марта, наша комиссия вылететь на полуостров Ханко.

После долгих объяснений Паасикиви, что финские летчики там изучают возможность посадки самолетов, глубину снега и т. д., он соглашается дать ответ завтра, 21 марта, утром о возможности полета советской военной комиссии на полуостров Ханко.

3) Об установлении дипломатических отношений между СССР и Финляндией. Паасикиви спрашивает, будут ли эти отношения установлены.

Тов. Молотов отвечает, что да, взаимно.

4) О выделении двух уполномоченных из числа гражданских лиц на время отвода войск согласно протоколу к мирному договору для разрешения вопросов, касающихся эвакуации гражданского населения.

___________________
* См. док. 73.

164

 


Тов. Молотов отвечает, что выделенным нами уполномоченным предоставлено право решать все вопросы, вытекающие из протокола.

5) О двухкилометровой зоне между советскими и финскими войсками.

Паасикиви заявляет, что в целях предупреждения всякого рода конфликтов желательно установить временно до проведения демаркации двухкилометровую зону между советскими и финскими войсками.

Тов. Молотов отвечает, что в практике проведения нами подобных мероприятий с Германией и Литвой такого вопроса не поднималось и установление такой зоны ничем не вызывалось, поэтому он находит, что и в данном случае нет смысла устанавливать такую зону. Кроме того, продолжает тов. Молотов, непонятно, от какой линии отходить при установлении этой двухкилометровой зоны. Затем тов. Молотов добавляет, что этим вопросом должна заняться Смешанная комиссия.

Паасикиви с мнением тов. Молотова соглашается.

6) Паасикиви просит дать указание военным не занимать станцию Энзо, так как по карте она должна принадлежать Финляндии, об этом они просили советское правительство через Ассарссона, но ответа не получили.

Тов. Молотов отвечает, что он считает целесообразным сноситься по всем вопросам непосредственно с представителями финляндского правительства, поскольку они находятся в Москве. Что же касается станции, то ему кажется, что этот вопрос должна рассмотреть Смешанная комиссия.

Паасикиви соглашается с мнением тов. Молотова, однако продолжает настаивать, что данная станция принадлежит Финляндии, и просит дать указание частям РККА ее не занимать.

Тов. Молотов замечает, что он без карты не может обсуждать этот вопрос. Необходимо ускорить организацию Смешанной комиссии, которая лучше разбирается в этом вопросе.

7) О предоставлении права выезда в Финляндию со своим имуществом лицам, остающимся на силовой станции в Роухияна, для ее передачи советской стороне.

Паасикиви просит оговорить право выезда со своим имуществом в Финляндию остающихся лиц на этой станции после ее сдачи советской стороне.

Тов. Молотов отвечает, что оставшихся на станции инженеров и рабочих не обидят, услуги их будут вознаграждены и необходимое имущество им будет разрешено вывезти.

8) Об обмене сведениями о минированных зонах.

Тов. Молотов и Паасикиви условились, что обмен соответствующими сведениями с передачей необходимых материалов и карт будет произведен 21 марта. Обмен произведут представитель финляндской делегации и представитель Наркомвоенморфлота.

Беседу записал С. Козырев

АВП РФ, ф. 06. оп. 2, п. 1, д. 10, л. 10.

165

 


 

 

89. ТЕЛЕГРАММА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА ПОЛНОМОЧНОМУ ПРЕДСТАВИТЕЛЮ СССР ВО ФРАНЦУЗСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ Я. 3. СУРИЦУ

20 марта 1940 г. Вне очереди

19 марта я принял французского поверенного Пайяра, который сделал следующее заявление от имени правительства:

15 марта полпред Суриц передал на телеграф клерную телеграмму на французском языке на имя Сталина по поводу мира с Финляндией. Эта телеграмма была задержана цензурой, так как в ней были такие выражения, как «планы англо-французских поджигателей войны» потерпели неудачу, СССР остается неприступной крепостью, о которую в будущем разобьются «темные замыслы врагов социализма». Французское правительство считает, как заявил Пайяр, употребление полпредом в клерной телеграмме таких выражений вмешательством во французскую политическую жизнь, что Суриц «лишил необходимого элемента корректности свои отношения с Французским правительством», что «Суриц более не будет считаться «персона грата» Французским правительством» и что Французское правительство просит Советское правительство «положить конец миссии Сурица при Французском правительстве». Пайяр добавил, что, по его мнению, дело в данном случае не идет об отношениях между СССР и Францией, а только о персоне полпреда.

Я пообещал дать ответ после обсуждения в Советском правительстве представления Французского правительства. Смысл этого представления Французского правительства в общем понятен, но, прежде чем дать ответ, я прошу Вас дать свою оценку этому демаршу и сообщить Ваши выводы и предложения.

Отмечаю, что Вы поступили неправильно, не сообщив в НКИД о задержке цензурой Вашей телеграммы, не говоря уже о том, что Вам не следовало подписывать такой клерной телеграммы.

Молотов

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 328, д. 2255, л. 43.

 

 

90. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ АФГАНИСТАН К. А. МИХАЙЛОВА С ПОСЛАННИКОМ ГЕРМАНИИ В АФГАНИСТАНЕ X. ПИЛЬГЕРОМ

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, Ген. Секретариат

21 марта 1940 г.

Мы устроили обед немцам. На обед пришли посланник Пильгер, военный работник майор Шенк (служит у афганцев, преподает историю военного искусства и тактику афганским офицерам), профессор Фишер, медицинский инспектор г. Кабула.

Вечер прошел в оживленной беседе. Мы показали немцам фильм «Трактористы».

Немец сообщил мне следующее. По его сведениям:

1) афганское правительство весьма обеспокоено возможностью воен-

166

 


ного нападения СССР на Индию через Афганистан. Причем именно боится военного похода СССР на Индию больше, чем непосредственной угрозы со стороны СССР Афганистану. Это беспокойство резко усилилось в связи с заключением советско-финляндского договора о мире*. Теперь, когда СССР получил новую огромную победу, он-де может начать свою борьбу с Англией в Азии, и прежде всего в Индии. Никаких, однако, более или менее решительных мероприятий Афганистан не предпринимает;

2)   Афганистан, по мнению немца, не идет на создание какого-либо военного объединения против СССР. Внутреннее состояние Афганистана слишком непрочно, чтобы он мог решиться на военную авантюру без основательных причин;

3)   никакого договора между афганским правительством и англичанами еще не заключено. Торговые переговоры не закончены;

4)   англичане сконцентрировали на северных и северо-западных границах Индии пятьсот тысяч индийских и английских войск. Они могут с трудом снарядить, снабдив всем необходимым, еще пятьсот тысяч, итого 1 миллион солдат. Вряд ли, однако, англичане по своей инициативе пойдут воевать против Афганистана, поскольку у них много своих забот, особенно внутри самой Индии.

Я спросил немца, кто распространяет здесь слухи о нашей якобы политике нападения на Афганистан. Немец заявил, что, по-видимому, боль